ты прыгала с парашютом?
– О да! – она громко рассмеялась. – Я – не самый удачный пример, я, скорее, смельчак поневоле. Каждый раз садясь в самолет, я практически ненавижу себя, что снова согласилась, и успокаиваюсь только на земле после приземления.
– Зачем же ты прыгаешь? – я был удивлен новым граням, которые открывала мне Софи.
– Азарт? Вечное соперничество с Маем? – она вновь пожала плечами. – А может, любовь к тому чувству, когда вот-вот сделаешь шаг вниз: я так сосредоточена и напряжена, ветер пронизывает насквозь, мысли – только о том, что надо сделать, чтобы через минуту стоять живой на земле. И вот короткий взгляд через километровую бездну и… шаг. Решительный, смелый, бескомпромиссный.
Я с восхищением смотрел на Софи, рассказывая, она словно стояла в самолете, во взгляде – бесстрашие, мышцы напряжены как перед прыжком. Она так сжала рукоятку своего сложенного зонта, будто он вот-вот раскроется, подобно парашюту, и безопасно спустит ее вниз через толщу облаков. Мы незаметно остановились перед лифтом, Софи прикоснулась к терминалу распознавания и дверь лифта скользнула в стену. Только в лифте я пришел в себя после ее рассказа. Мы поднялись на платформу с двух сторон огороженную стеклом: с одной стороны были бесконечные высотные дома и улица, пролегающая внизу, с другой располагались рельсы маглева. Спустя несколько секунд прибыл поезд, стеклянные автоматические двери открылись синхронно с дверями маглева.
– Мой следующий, – сказала Софи. Я проследил за ее взглядом: на стекле отображалось расписание ближайших поездов, я нашел свой – номер 35. Пассажиры зашли в маглев, две пары дверей закрылись за ними, и поезд стремительно исчез в темноте тоннеля. Я грустно улыбнулся: встреча с Софи завершалась. Я обернулся к ней, чтобы попрощаться, но встретил ее губы.
Она поцеловала меня с таким жадным неистовым вожделением, но так быстро, что я не успел сориентироваться. Я всецело ответил на ее поцелуй, подавшись вперед, но, когда я хотел притянуть Софи к себе, она уже отстранилась. За ее спиной мелькнул маглев, двери открылись, и она побежала, чтобы успеть на него. Я хотел было рвануть за ней, но Софи подняла руку, не то останавливая меня, не то прощаясь. Мы смотрели друг на друга, казалось, что между нашими взглядами протянулся искрящийся оголенный электрический провод с напряжением в миллионы ватт. Стеклянные и металлические двери одновременным закрытием перерезали этот провод, унося от меня Софи.
Я бестолково смотрел вслед ушедшему маглеву, а губы еще горели жаром нашего поцелуя. Сердце бешено стучало, мысли сконцентрировались на том, как мне скорее добраться до Софи. Теперь я не был готов к тому, что не встречусь с ней до пятницы, но я не знал, где она живет. Я открыл наш диалог, нажав на ее личико вверху виртуального монитора, но рука безвольно зависла над клавиатурой. «Надо дать время, не спеши», – я восстанавливал дыхание, стараясь успокоиться. За всеми нахлынувшими эмоциями я почти пропустил яркие цифры «35», «побежавшие» по стеклянному тоннелю над рельсами. Спустя миг двери открылись, и я вошел в маглев, который понес меня в Зал Терапии.
Глава 5. Виртуальная реальность
Две станции пролетели слишком быстро, а мне так хотелось восстановить в памяти последние пять минут. «Ничего, во время Терапии я полностью погружусь в воспоминания, – подбадривал я себя, хотя мое настроение было весьма смутным: я одновременно чувствовал возбуждение, счастье, досаду и тоску от упущенной возможности догнать Софи. – Интересно, будет ли она в своей сегодняшней Терапии возвращаться к нашему поцелую?»
Зал Терапии располагался в старинном здании с величественными колоннами на парадном подъезде, таких в городе осталось слишком мало, и, как правило, ими никто не занимался, оставляя их доживать свой век «объектов культурного наследия», чтобы потом на их месте построить новенький сверкающий небоскреб. Я поднялся на второй этаж и прикоснулся к терминалу распознавания на герметичной белой двери. Все было, как обычно: в полумраке на креслах располагались молодые люди, а в воздухе висела звенящая тишина. Я виртуально выбрал ближайшее свободное кресло и забронировал его для себя на следующий час, затем привычно ввел код программы, удобно расположился и надел VR-накладку.
Я сидел на невысоком парапете небоскреба, а город подо мной тонул во мраке глубокой ночи, разрываемой вспышками неоновой рекламы и светом из редких бессонных квартир. Я много лет проделывал этот путь и довел его до автоматизма: реальность темного Зала Терапии сменялась виртуальной ночной панорамой, работающей, словно триггер: всматриваюсь в огни, закрываю глаза, вспоминаю день смерти Марты, выдыхаю, открываю глаза и начинаю анализировать прожитый день – спокойно, без лишних эмоций. Сегодня триггер не сработал, и я понятия не имел, что пошло не так. Я смотрел вперед сквозь лес высоток и никак не мог закрыть глаза. Я опустил взгляд, в нескольких десятках этажей внизу в едва освещенных тоннелях молниеносно пролетали маглевы. У меня вдруг закружилась голова, и я машинально вцепился в холодный бетон парапета. Только спустя секунду я осознал бессмысленность своих действий и рассмеялся, я разжал кулаки и немного расслабился, позволяя телу и мыслям прийти в правильный настрой, чтобы начать Терапию. Я сделал несколько глубоких спокойных вдохов и обратил внимание на ветер, треплющий рукава рубашки. Я никогда прежде не замечал ветер, хотя, безусловно, на такой высоте он был, точнее, должен быть. Виртуальный мир точно отражал реальность, хотя каждый параметр можно было изменить под себя. «Юго-западный ветер, – подумал я, – влажный и теплый, но такой сильный».
Я всегда сидел с западной стороны небоскреба, даже себе не в силах признаться, что не могу подойти туда, откуда она прыгнула. Следуя течению появившейся мысли, я обернулся и в ужасе замер: около парапета с восточной стороны здания спиной ко мне кто-то стоял. «Марта!» – гулко раздалось в голове, я даже не мог сбросить жуткую навязчивую идею, расходящуюся по мне холодным эхом, лишь во все глаза пялился сквозь темноту, приколоченный к месту первобытным страхом. Фигура сделала шаг в сторону и развернулась: тонкие ножки-спички в длинных широких шортах, а правая рука машет мне. Я выдохнул и тоже поднял отяжелевшую свинцовую руку, приветствуя Лиану. Она быстрым шагом направилась ко мне, из темноты проступила ее худенькая мордашка, обрамленная непонятным ершиком русых волос, а на лице сияла широкая доверчивая улыбка.
– Привет, – крикнула она мне еще издали. – Как дела, Вэл?
Пока Лиана подходила, я поборол резкое желание выйти из виртмира. Я четко осознавал, что набрал правильный код, и никто не должен был появиться кроме меня на чертовом небоскребе. Однако страх того, что вчера
