утро, и я наливала себе кофе из автомата, когда за спиной раздался знакомый голос:
— Лариса, ты уже подготовила отчет по квартальным продажам?
Я неспешно обернулась к Авдееву, будто его появление не заставило мое сердце учащенно забиться.
— Да, Никита Владимирович. Отправила правки коллеге. Все по плану, — отрапортовала официальным тоном.
Взгляд Авдеева скользнул по моей строгой белой блузе, застегнутой до последней пуговицы, затем по собранным в тугой пучок волосам — ни намека на ту Ларису, которую он знал за пределами офиса.
— Хорошо, — кивнул босс, и в его глазах мелькнуло что-то. Раздражение? Недовольство? Только что именно его не устраивало? Он прожег меня взглядом и добавил: — Не забудь о собрании на следующей неделе в конференц-зале. Явка обязательна.
— Конечно, — дежурно улыбнулась, сохраняя профессионализм, чтобы не творилось на душе.
Авдеев задержался на секунду, будто ожидая чего-то еще, но я отвернулась от него и медленно сделала глоток кофе, сосредоточившись на нем.
На обеденном перерыве в буфете меня застал Соколов, когда сидела за столиком с коллегами и вела непринужденную беседу.
— Лариса, я хочу уточнить один момент. Прошу уделить немного времени, — голос Клима был ровным, без намека на малейший флирт.
Я подняла на него взгляд, прервав разговор с коллегами.
— Хорошо, Клим Альбертович, — встала из-за стола, и вышла следом за ним в коридор. — Что-то срочное?
— Мне нужны документы по тендеру, они готовы? — проговорил Соколов так серьезно, что не казалось, будто искал повод поговорить со мной наедине.
— Данные в моем компьютере. Идемте, распечатаю, — сказала, перемещаясь по коридору в сторону рабочего места.
Клим замедлил шаг, отчего я остановилась и удивленно посмотрела на него.
— Ты выглядишь такой… собранной, — сказал он тихо, и в его голосе прозвучала едва уловимая насмешка.
— Работа требует, — пожала плечами, возобновив ход.
— Только работа? — Клим поравнялся со мной.
Я вновь остановилась и повернулась к нему.
— А должно что-то еще? — спросила с наигранным непониманием.
Соколов внимательно изучал мое лиц, желая считать эмоции. Возможно, пытался обнаружить слабину.
Не смог.
— Ничего, — наконец сказал Клим с усмешкой. — Просто интересно.
Я улыбнулась в ответ, но ничего больше не сказала и пошла дальше.
Вечером в своей квартире сбросила строгий костюм, позволив себе вздохнуть свободно. Хотя покой лишь снился, ведь на душе был раздрай. Как не прискорбно, но меня задевало, что ни Авдеев, ни Соколов не звонили, не писали, никак не намекая о желании продолжения.
Может, нашли другую женщину для утех? Подобная мысль обожгла изнутри, но тут же подавила ее.
Нет, это игра. Проверка. Они ждут, чтобы поддамся первой. Но я не сдамся.
Подошла к зеркалу, расстегнула блузу и провела пальцем по обнаженной шее — там, где после нашей последней близости красовались следы от страстных прикосновений Соколова и Авдеева.
Повторила себе: если хотят меня — пусть возьмут, но на моих условиях.
Отойдя от зеркала, взяла телефон и проверила его. Снова ничего.
Я улыбнулась. Что ж, посмотрим, кто дольше продержится.
*****
Как бы дни не тянулись мучительно, но я держалась.
Офисная жизнь шла своим чередом: планерки, отчеты, деловые разговоры. Никаких намеков, лишних взглядов.
Авдеев и Соколов держались так, будто между нами никогда ничего не было. Я отвечала тем же — холодной вежливостью, безупречным профессионализмом.
Но однажды мое самообладание едва не дало сбой.
Вечером, когда большинство сотрудников уже разошлись, я задержалась, доделывая презентацию. В коридоре раздался звонкий женский смех от одной из коллег, работающей в отделе маркетинга. Это была та самая сотрудница, что уже не раз бросала на Авдеева заигрывающие взгляды. Я ранее притворялась, что ничего не замечаю, но теперь, услышав ее шаги, застыла, присматриваясь к ситуации.
Пока я незаметно испепеляла коллегу взглядом, она постучала и открыла дверь кабинета Авдеева.
— Никита Владимирович, можно к вам на минуточку? — молодая женщина заглянула внутрь, игриво прикусив губу.
— Заходи, — раздался спокойный голос Авдеева.
Дверь за легкомысленной особой закрылась, а я сжала кулаки, думая о не самом положительном раскладе для себя.
Ну, конечно, как удобно для Авдеева. Я не поддаюсь — он тут же нашел замену.
Хуже было то, что через пару минут к кабинету подошел Соколов, который без стука вошел внутрь.
Дверь снова захлопнулась, а я чуть не сломала ручку, которую как-то автоматически схватила до этого и сжала пальцами.
Что, черт побери, происходит?!
Мысли лезли одна страшнее другой: вдруг они в кабинете втроем... так же, как когда-то со мной сблизились? Что, если девка уже сидит у Авдеева на коленях, а Соколов стоит сзади, снимая с нее тонкую кофту, через которою виден лифчик?
Я прикусила губу до боли.
Нет, не может быть. Они же не настолько козлы?
Но кто их знает?
Я впилась взглядом в дверь, представляя, как врываюсь туда, застаю троицу врасплох, набрасываюсь на коллегу и срываю с ее ярко накрашенных губ глупую улыбку, потом начальникам достается и плевать на последствия.
Нет, так нельзя. Не хочу превращаться в безумную ревнивицу, которая бросается воевать за члены Соколова и Авдеева.
Приказала себе терпеть, иначе сделаю только хуже.
Прошло десять минут. Пятнадцать.
Черт, они что, там устроили оргию?!
Я уже размышляла над предлогом зайти в кабинет и хоть глазком взглянуть на происходящее, но в этот момент дверь открылась.
Опустив глаза в монитор, изобразила полную погруженность в работу.
Коллега вышла первой, и я украдкой скользнула по ней взглядом: волосы в порядке, блузка не помята, юбка на месте. Нет следов поцелуев, никаких признаков растрепанности.
Хм, значит, ничего не было? Но почему тогда она задержалась?
Авдеев и Соколов вышли следом, о чем-то переговариваясь и даже не посмотрев в мою сторону.
Я смерила их взглядом, полным ярости и... ревности.
Негодяи. Играют на нервах и наслаждаются.
Я резко перевела взгляд на экран, но внутри все кипело. Не отпускало, когда вернулась домой. Долго ворочалась в постели, задавая себе множество неприятных вопросов.
Что, если правда переключатся на эту коллегу? Или на кого-то еще? Что, если забыли про меня?
Это плохо, ведь я до сих пор помнила их крепкие руки, похотливые взгляды, хриплые от страсти голоса, шепчущие на ухо сладкие слова...
Уф, надеюсь, новый день принесет мне малейшее успокоение.
На следующее утро я пришла в офис в безупречном темно-синем костюме, идеально сидевшем на моей пышной фигуре. Что бы не ощущала внутри, смогла сохранить бесстрастное выражение лица.
Авдеев прошел мимо, бросив короткий взгляд.
— Лариса, отчет по клиентам готов? — обычным тоном проговорил он.
— Да, Никита Владимирович, одна минута и отправлю на вашу почту, — заверила босса.
