начали.
— Дай-ка проверить… — Никита оторвался от моих губ, его глаза горели тем самым огнем, как и у Клима, от чего подкашивались ноги.
Мой босс рукой залез мне под юбку, коснулся киски и грубым пальцем прошелся между распухших складок, ловя струйку сока и скользя ею по возбужденному клитору.
Я вздрогнула, бедрами самопроизвольно качнув вперед, ища большего.
— Высунь язык, — приказал Никита.
Я послушно подчинилась.
Никита медленно облизал свои пальцы, запачканные моим секретом, не сводя с меня тяжелого взгляда. Потом наклонился, захватил мои губы, вплетая мой вкус в яростный поцелуй. Я застонала, мой язык сплелся с его горячим, влажным — почувствовала свои возбуждение, сладость, похоть, отданную им двоим.
Клим раздвинул мои складки своими пальцами и прижался к ним ртом.
— А-а-х!.. — мой вскрик поглотили губы Никиты.
Клим слизывал, сосал, покусывал мою киску. Языком скользил по всей моей расщелине, собирая соки, смешивая их со своей слюной.
— Ты такая мокрая… — заурчал Соколов, усиливая напор.
Никита отпустил мой рот, затем провел языком по подбородку, шее, ключице. Они распахнул мою блузку, высвобождая мою грудь из тесного лифчика.
— Красивая… — прошептал он, захватывая сосок губами.
Я тихо взвизгнула, когда зубы моего начальника слегка сжали нежную плоть.
Клим тем временем раздвинул мои половые губки шире, обнажив темно-розовый набухший бугорок и языком проведя по нему, заставляя меня выгнуться.
Я зарылась пальцами в волосы мужчин: притянув Никиту крепче к груди, а Клима — глубже к промежности.
Мне хотелось орать от наслаждения, но сдерживалась.
Тишина за дверью говорила об одном — Алсу ушла, но кричать все равно было нельзя. Рядом — коллеги. Если и придется потом объяснять подруге, куда я делась, то перед остальными сотрудниками отчитываться не хотелось.
Мужчины же продолжали пытки.
Клим углубился языком в мою дырочку, заставляя меня всю затрястись. Никита перешел на вторую грудь, закручивая сосок губами.
Я закинула голову, едва дыша. Мое тело горело, пульсировало, требовало большего.
Клим вдруг поднялся, его дыхание было тяжелым, горячим, а в глазах горело что-то животное. Он сжал мои бедра железной хваткой, не отпуская от себя далеко.
Никита отстранился на шаг, освобождая место, но его взгляд не отпускал меня, следя, как я поддаюсь их воле.
Я была уже на грани — мышцы дрожали, внизу сжималось и требовало разрядки, но Клим подхватил меня руками под попу, заставляя обвить ногами. Одним движением он вытащил свой вздыбленный член из штанов, и прижался им к моей дрожащей плоти.
— Клим… — выдохнула я, срывая голос на мольбе.
Глава 16
Лариса
Он не заставил ждать, и одним уверенным толчком вошел в меня до предела.
Я вцепилась в плечи Клима, не желая отстраняться от него. Наполненность внутри меня была невыносимой — горячей, грубой, идеальной.
И тут — легкий поцелуй на моем плече.
Никита.
Я повернулась к нему, жадно ловя его губы, когда Клим начал двигаться во мне.
Резко. Глубоко. Без пощады.
Никита обхватил руками мою грудь, соски сразу же затвердели под его ладонями.
Тело вздрагивало от двойной атаки — Клим вбивался снизу, а Никита — мучил грудь, то сжимая, то проводя большими пальцами по набухшим кончикам.
Я застонала, и рукой потянулась к ширинке Никиты. Погладила по ткани брюк, нащупывая твердый, пульсирующий, готовый член.
— Ах ты маленькая похотливая шлюшка, — резко выдохнул босс, отстраняясь на секунду, чтобы расстегнуть штаны и освободить свой ствол.
Я обхватила ладонью пенис Авдеева, чувствуя, как кожа мужского хозяйства натягивается под моими пальцами и как жилы пульсируют.
Мастурбировала Никите, двигая рукой вверх-вниз точно в такт ударам Клима внутри меня.
— Да… Вот так… — рычал Соколов, ускоряясь, вгоняясь в меня глубже.
Никита наклонился и захватил мои губы, пока я продолжала дрочить ему в том же ритме, в каком меня трахал Клим.
Гулкий шлеп плоти, частое дыхание, сдавленные стоны — все слилось в один порочный круг.
Мои внутренние мышцы сжимались вокруг члена Клим, а дыхание разрывалось на горячие прерывистые вздохи.
— Ох, да… — стонала, ногтями впиваясь в плечи Соколова.
Но он не дал кончить!
Резким движением Клим вышел из меня, оставив пустой, дрожащей, на грани ярости и желания.
— Что… за… — мои глаза распахнулись в недоумении и губы раздраженно поджались.
Никита усмехнулся и кивнул в сторону дивана.
— Ты думала, мы уже закончили? — прошептал Клим, подхватывая меня удобнее.
Он отнес к дивану, но не уложил, а поставил на пол.
— Развернись, — приказным тоном сказал Клим.
Я послушалась, мое тело стало податливым и горячим от возбуждения.
Клим повернул меня, наклонил под нужным углом, чтобы перегнулась через подлокотник и уперлась локтями в оббивку дивана. Моя попа выгнулась кверху, соблазнительно приподнявшись. Никита подошел ко мне сзади и задрал мою юбку еще выше, а трусики спустил ниже до колен, тем самым открывая доступ себе.
Клим расположился передо мной, его член стоял тяжелым столбом на уровне моего лица.
Никита провел головкой по моим раскрытым складкам, наслаждаясь тем, как вздрагиваю, ожидая проникновения.
— Ну же… — простонала я, вильнув попой, призывая его внутрь.
Никита мощным толчком и вошел до самого основания, заставив вскрикнуть меня снова от офигенного чувства наполненности. Он начал медленно двигаться, наверняка ощущая, как мое тело обволакивает его член горячей волной. Скорость движений моего босса росла, а рывки становились глубже и жестче.
Я потянулась к члену Клима, руками обхватывая его манящее хозяйство основание, а губами скользя по головке. Языком провела по узкой щели на основании, ощущая солоноватый вкус предэякуляции.
— Ммм… — всосала пенис чуть-чуть, а Клим резко вздохнул.
— Черт возьми… — прохрипел он, собирая мои волосы на затылке и притягивая ближе к члену.
Я начала насаживаться на пенис, двигая головой вперед-назад. Клим ответил толчками бедер, проникая глубже в горло и наращивая темп долбежки.
Никита ударил своими бедрами об мои, и я подалась навстречу Климу, загоняя в себя его член до кончика, который уперся мне в горло.
Мы втроем двигались в унисон.
Никита трахал меня сзади — я встречала его толчки, а рот был занят Климом, который двигал бедрами, глубоко проходя внутрь глотки.
Звуки слились в один порочный хор: частые шлепки тел, хриплое дыхание, глухие стоны, которые я не могла сдержать, несмотря на то, что мой рот заполнен.
Это было слияние трех людей в одном бешеном ритме.
Я чувствовала, как каждая клеточка натянулось струной, приготовившейся лопнуть.
Никита вгонялся в меня с такой яростью, что казалось, он хочет пробить насквозь. Клим держал за волосы, глубоко трахая рот, не давая отдышаться.
— О-о-ох… я…
