Тауриссан интереса не проявил, решив потратить время на другие дела.
— Как ты смог сделать Свет частью себя? — Устроившись на своем месте, Алекстраза положила руки на ноги, проигнорировав выставленные на столе угощения.
— Изначально, я родился высшим эльфом. — Последний из Обугленных пожал плечами. — Минули многие приключения, прежде…
…
К концу длинного рассказа, воины крови притащили ко столу целую ногу, положив ее на соответствующий размеру поднос. Благодаря традиции обширных пиров и самой дичи, на которую орден вел охоту, подходящей посуды имелось более чем достаточно.
— Галакронд? — Увлеченно слушавшая драконица вскинулась, расширив глаза.
— Как такое возможно? — Поддержал ее старший супруг. — Он мертв.
— Мертвее некуда. — Воевода смачно вгрызся в здоровенный кусок мяса, предварительно оттяпав его большим ножом из черного железа.
— Что вас смутило? — Рейнхарт покосился на господина, а следом обвел взором драконов.
— Имя и… титул. — Королева опустила брови. — К тому же, сама история очень похожа.
— Видимо, имеет место какое-то совпадение. — Алголон откинулся на спинку, увлекая за собой кубок. — Прошу, поделитесь с нами деталями.
— На заре времен, — слова давались экзотичной эльфийке с трудом, — драконов не существовало. Мы были другими, дикими. И звались иначе — протодраконами. Тогда же жил Галакронд, самый старый, большой и почитаемый среди нас. Мы звали его своим Отцом.
— Грм… — Вестник Войны выпустил пламя из ноздрей и положил еду обратно в тарелку. — Ничего не понимаю. Обугленные Стражи, величайшие герои, отыскали и убили Галакронда в девяти мирах.
— Два одинаковых имени. Два одинаковых титула. — Тихо проговорил человек. — Разные миры.
— Оба пали. — Дополнила глава красного рода. — Наш великий предок оказался сражен неизвестной порчей. Она исказила его разум, наполнила чрево бесконечным голодом. Сколько бы он ни ел, насытиться не мог. Впав в безумие, Галакронд начал пожирать себе подобных и стремительно расти. По всему его телу наружу вырывались слепые глаза, части тел протодраконов и отвратительные наросты. Некоторых он отрыгивал наружу и тогда они, полупереваренные, начавшие гнить, восставали…
— То было время ужаса и скорби. — Тиранастраз положил руку на плечо супруги.
— Нежить. Так зовутся мертвецы, что лишились покоя. — Сенешаль погладил Свет Надежды, реликвию. — Как вам удалось победить? В борьбе с подобным врагом, каждый павший союзник пополняет его ряды.
— Пять стай объединились вместе, в едином порыве борясь за выживание. — Тиран Мудрый, видя боль своей королевы, говорил за нее. — Заметив это, к нам на помощь пришел Хранитель Тир. Величайший воин титанидов. С его помощью нам удалось низвергнуть Галакронда, но за победу он отдал свою руку.
— Рука — ничтожная жертва. — Драконид погладил древко приставленной ко столу секиры. — Жизни не жалко в обмен на избавление от такой твари.
— Многих не стало в тот день. — Красный дракон с горечью покачал головой.
— Их величие огромно. — Грамдар поднял кубок и вылил его содержимое в пасть. — Пожертвовать собой, чтобы спасти братьев и сестер… что может быть еще достойнее?
— За самоотверженность и готовность защищать этот мир, нам, возглавившим стаи в борьбе, титаны даровали силу. — Произнесла Алекстраза. — Так мы и стали драконами, изменившись.
— Конец историй одинаков. В конце концов, оба Галакронда оказались подвергнуты скверне. Оба убиты, а убийцы обрели силу.
— Да. — Эльфийка согласно кивнула, подняв глаза. — Титаны помогли и твоему ордену?
— Эти титаны очень похожи на богов, обитавших на просторах Иггдрасиля, но нет. — Владыка Цитадели потер подбородок. — Они там не помогали. Мы сразили Отца Драконов сами. После битвы я поглотил остатки благой силы, сохранившейся в его сердце, сам став драконом.
— Так вот откуда эта мощь. Какой у тебя Аспект?
— Не понимаю. — Эльф на несколько градусов наклонил голову к плечу.
— Я Аспект Жизни. — Королева драконов посмотрела в глаза собеседника. — Нелтарион, на которого ты так похож, Аспект Земли. Ему титаны даровали власть над твердью.
— Не уверен, что могу претендовать на подобный титул.
— Неужели? Твой истинный облик не несет в себе лишней скромности. Сила и размеры неоспоримы. Сама земля плавится от соприкосновения, когти раскалены, а золотой огонь укрывает крылья. — Хранительница Жизни чуточку приосанилась. Присутствие столь могучего самца поблизости несколько будоражило ее.
— Истинное Пламя. — Первый Страж зажег на пальце крошечный огонек. — От него нет спасения. Таково мое наследие, полученное из сердца Отца.
— Аспект Пламени?
— Если так будет угодно.
— Мне нужно знать, как правильно представить другим стаям главу шестого рода.
— Алголон, Последний Обугленный Страж, Убийца Драконов, Владыка Цитадели, Защитник Слабых и Отец Драконов. Можно выбрать любой.
— Остановлюсь на своем. — Алекстраза покачала головой. — Нужно дать понять, что вы не несете угрозы Азероту и нам.
— Вынужден оспорить. — Сенешаль выставил перед собой ладонь. — Мы не отказываемся от своих притязаний на истребление драконов, впавших во зло.
— Черный род величайший враг всех стай. Всей жизни на Азероте. — Королева выдохнула. — Как бы больно мне ни было это произносить, но никто не станет их оплакивать. Мы и сами стараемся при случае убивать потомков Нелтариона.
— Ты назвала его безумным, я помню.
— Когда-то Аспект Земли был совсем иным. Сильным, благородным и мудрым. Он возводил горы, не давая смертным расам воевать друг с другом. Прокладывал реки. Простирал плодородные долины, чтобы всем хватало места и не приходилось сражаться. Стремился сохранять мир.
— Как это часто бывает, что-то его подкосило. — Эльф допил из кубка остатки сока и поставил его на стол.
— Не хочу сейчас об этом говорить.
— Где их искать? — Воевода взял слово. — Чего следует ожидать?
— Всюду, за пределами Нортренда. Они расселились по Восточным Королевствам и Калимдору небольшими анклавами. — Говорил Тиранастраз. — Отличаются коварством, злобой, да жестокостью. Упиваются чужими муками. Обожают наблюдать за битвами, часто сами стравливают обе стороны. Не редко прячутся среди людей.
— Самые обычные драконы. — Вестник Войны довольно рыкнул и откусил мяса. — Нам нужды карты. — Констатировал он, прожевав.
— Да уж, названия ни о чем нам не говорят. — Согласился бывший игрок. — Языки выучить тоже не помешает.
«Амулетов Легкой Речи на всех не напасешься. Все-таки заклинание седьмого уровня…»
…
Глубокий вечер
Стоя на вершине созданной башни, вынесенной за пределы земляной насыпи, Алголон смотрел на звезды. Холодный ветер трепал его волосы и одежду, однако он низкой температуры почти не чувствовал.
— Скажи, Рейнхарт, ты не находишь это странным?
— В своей жизни я повстречал одного мирного дракона, Белого Рикратуса. И десятки чудовищ ему в противовес. Целая стая же, проявляющая искреннее миролюбие, воспринимается тяжело, но с надеждой.
— Они отличаются внешне от ящеров Иггдрасиля и Нового Мира. С другой стороны, друг на друга похожи, как члены одной семьи. Я не заметил никаких мутаций или излишней агрессии. — Бывший игрок опустил глаза и
