инструменты и как следует приготовиться.
Глава 6
С тридцатью теплыми медяками в кармане ощущалась почти роскошь. Деньги приятно оттягивали ветхую ткань штанов.
Я направился к единственному зданию, похожему на полноценный магазин. Над дверью висела вывеска с изображением весов и мешка зерна, нарисованных с детской непосредственностью. «Всё, что нужно».
Толкнул дверь и вошёл внутрь. Здесь пахло пылью, сушеными травами и чем-то неуловимо старым. В отличие от светлых и стерильных супермаркетов из прошлой жизни, это место было темным и тесным.
Полки ломились от товаров, наваленных без всякой системы. Мешки с зерном стояли рядом с мотками веревок, глиняные горшки соседствовали с железными инструментами, а на прилавке лежали пучки трав, связки сушеного перца и несколько ржавых подков.
Хаос, но хаос упорядоченный, в котором хозяин, без сомнения, ориентировался с закрытыми глазами.
За прилавком сидел полноватый мужчина средних лет с блестящей лысиной и улыбкой, которая, казалось, никогда не сходила с его лица. На поясе у него висели счеты, а пальцы непрерывно перебирали костяшки, даже когда он просто смотрел на меня.
На столешнице стояла табличка: Чжао. Видимо так звали этого торговца.
— Добрый день, молодой человек, — голос мужчины был таким же мягким и гладким, как и он сам. — Чем могу помочь?
Его взгляд скользнул по мне, не выказывая ни презрения, ни удивления. Просто деловой интерес. Он видел во мне не пацана в обносках, а своего потенциального клиента. Приятная перемена.
— Скажите, — а у вас есть что-нибудь для рыбалки? Крючки, леска?
Улыбка Чжао на мгновение дрогнула. Он посмотрел на меня с искренним недоумением, словно я спросил у него крылья грифона.
— Рыбалки? — переспросил он. — Зачем тебе это, парень?
— Рыбу ловить, — я пожал плечами. — Логично же.
Чжао покачал головой и по-отечески вздохнул. Он облокотился на прилавок, его дружелюбный вид стал серьезнее.
— Послушай моего совета, Ив. Брось ты это дело. У нас в деревне рыбалкой не промышляют. И на то есть веские причины.
Он выдержал паузу.
— Видишь ли, вся рыба у нашего берега «пустая». В ней нет ни капли духовной энергии. Просто еда от которой нет никакой пользы для Закалки Тела. А заплывать на глубину, — он понизил голос, — это чистое самоубийство. Там речные монстры. Твари размером с лодку, которые перекусят человека пополам и не заметят. Сколько смельчаков пыталось, столько и сгинуло. Река не прощает.
Духовная энергия? Значит так они называют жизненную энергию, которую я поглощал из раков.
Он выпрямился, его деловая улыбка вернулась на место.
— Поэтому все наши культиваторы, ходят в лес. Охотятся на зверей. Собирают травы. Это проверенный путь. Надежный. А река… река это смерть.
Его слова падали на благодатную почву. Пустая рыба у берега. Монстры на глубине. Никто не рискует.
А у меня есть плот, есть остров и «Локатор», чтобы видеть опасность. Да и не было там ни каких монстров. Для меня река, самая настоящая золотая жила, которую все вокруг считают проклятым местом.
— Спасибо за совет, — произнес я совершенно искренне. — Я подумаю над этим.
— А сейчас мне нужен нож и моток крепкой нити, — произнес, выкладывая на прилавок свои монеты.
Торговец кивнул, его улыбка стала чуточку шире. Он ловко соскочил со стула и скрылся в полумраке за стеллажами. Через мгновение он вернулся, положив на прилавок два предмета.
Нож был простым. Костяная рукоять, короткое, но острое на вид лезвие, заточенное с одной стороны. Не шедевр кузнечного искусства, но для разделки рыбы и бытовых нужд подойдет.
Нить же представляла собой туго скрученный моток из льняных волокон. Выглядела прочной. Я попробовал на разрыв. Отлично, то что нужно
— Двадцать медяков за нож, пять за нить, — объявил торговец и его пальцы снова забегали по счетам, будто проверяя собственные расчеты.
Мой взгляд скользнул по заставленным полкам. В самом дальнем углу, под слоем пыли, я заприметил несколько холщовых мешочков. Из одного торчали сухие зонтики укропа с семенами. Рядом виднелся еще один, поменьше, с крупной солью, и третий, из которого доносился знакомый пряный аромат сушеного орегано.
— А что это за трава? — я небрежно махнул рукой в сторону пыльного угла.
Торговец проследил за моим жестом и пренебрежительно фыркнул.
— «Болотный дурман». Бесполезная дрянь с топей. Мясу придает отвратительную горечь, да и духовную энергию глушит. А остальное просто соль да сухой лист. Могу отдать все за пару медяков, чтобы место освободить.
В голове мгновенно сложилась картина. Укроп идеально уберет илистый привкус речной рыбы. Грубая соль позволит создать соляной панцирь, который сохранит внутри весь сок и аромат. А щепотка орегано добавит тот самый терпкий штрих, завершающий блюдо.
Эти люди зациклились на мясе и духовной энергии, совершенно не понимая базовых принципов кулинарии. Их невежество станет моим главным инструментом.
После небольшого обмена репликами общая цена составила двадцать семь монет. Ещё даже три останется.
— Договорились.
Я кивнул и подвинул монеты к нему. Торговец сгреб их в ящик под прилавком с ловкостью фокусника.
Нож лег в руку как влитой, обладая хорошим балансом. С этим инструментом работа на острове станет в разы проще.
Убрал его за пояс, нить в карман, развернулся и вышел из лавки, оставив торговца в уверенности, что он только что спас очередного дурачка от неминуемой гибели.
На улице солнце стояло уже высоко. Я снова прошел мимо центральной площади. Подростки все так же выполняли свои плавные движения. Я подошел ближе, вглядываясь в их упражнения.
Один из парней, заметив мой пристальный взгляд, остановился и смерил меня презрительной усмешкой.
— Чего уставился, Ив? — бросил он. — Это Закалка Тела. Тебе, этого все равно не понять. У тебя же таланта ноль.
Его приятели загоготали. Я их проигнорировал. Что взять с дурачков.
Направился к выходу из деревни, но пошел не главной дорогой, а свернул в тихий проулок, чтобы срезать путь. Здесь дома стояли реже, а заборы были ниже и кривее. И именно тут, на пересечении двух тропинок, я его увидел.
Пустующее здание. Крепкий сруб, слегка покосившийся от времени, с заколоченными досками окнами на первом этаже. Участок вокруг зарос бурьяном, но само расположение было отличным. Не на центральной площади, где каждый шаг на виду, но и не на глухой окраине. Мимо дома проходила основная тропа, ведущая в деревню со стороны реки.
На столбе у калитки висела выветренная дощечка с одним единственным словом, выведенным углем: «Продаётся».
Я остановился. Кот, семенивший у моих ног, тоже замер и вопросительно мяукнул.
В голове мгновенно сложилась картина. Торговец сказал, что местная рыба «пустая».
