челюсть.
Андреевич, – поправил он меня. – Перестаньте коверкать моё отчество.
Вы ведь прекрасно знаете, что мне всё равно, Роман Андреевич.
Хотелось ему глаза выцарапать. Из кокетливой красотки на высоких каблуках, я превратилась в злого дракона, который готов был испепелить Светлого, до последней косточки. Впервые человек меня настолько сильно бесит.
Какой же урод вперемешку с дебилом.
Чтобы я вас больше никогда в своей жизни не видел. Усекли?
Усекла.
Конечно усекла.
Валя и усекла. Очень уж вы наивны, Роман Андреевич.
Я найду лазейку. Хочешь поиграть в игры, Светлый? Отлично.
Игра началась…
Только правила мои.
Глава 7
ДОПИВАЯ ТРЕТИЙ СТАКАНЧИК с кофе из автомата, я пыталась сосредочиться на голосе Кати, которая была единственной ниточкой связующей с реальностью.
Уже неделю не могу нормально спать. Этот Светлый преследует меня каждую ночь. В виде чёрного монстрика, который хочет съесть мой мозг. Вот таким его видит моё подсознание.
Это уже какая-то Светлая зависимость. Я не видела его уже несколько недель. Как сквозь землю провалился.
Пришлось стать его личным сталкером. Выискивать его имя в расписании, ждать его под университетом и искать машину этого урода среди десятка других. Но ничего.
Исчез.
Мне же лучше. Не нужно влюблять этого павлина.
– Смотри, – повернула подруга экран в мою сторону.
Я лениво провела по нём взглядом. На экране была страница известного бренда. А точнее, серебряный браслет с крокодилом на нём.
– Красиво, – сказала я.
– Красиво… пфф... – цокнула Катька. – Идеально. Прекрасно. Восхитительно. Надеюсь, он так и скажет.
– Катька, твой зайка заслуживает самого дешёвого батончика, а не серебряного браслета. На который ты, между прочим, потратишь последние деньги.
Всегда удивлялась доброте Катьки. Максимка ничего ей не подарил на день рождения, забыл о месяце их отношений, гулял с какой-то подругой, в то время, когда она ждала его звонка, и на секундочку… целовался с той самой подругой прямо у неё на глазах. А она прощает. Ещё и подарки дарит. Влюблённая идиотка, которая себя не ценит.
– Оленьева, по-моему, ты просто завидуешь.
– Я? Завидую? – удивилась я такой наглости.
– Да. Ведь, твой Светлый шарахается от тебя, как от огня. В отличие от моего Максима.
– Он не мой! – прикрикнула я. – А во-вторых, он не шарахается, а просто не попадается мне на глаза.
Глупости это всё. Он просто заболел или в отпуске. Точно. В отпуске. Людям иногда нужен отпуск. Вот и всё. Поэтому я его не вижу. Взрослый человек не может вести себя подобным образом. Прятатся от шикарной девушки, которая сама в руки идёт.
Аудитория начала наполнятся студентами.
Я не успела прикрыть глаза, чтобы немного вздремнуть на моём любимом предмете унылого старичка, как Катька пнула меня в бок. В своей стандартной манере.
– Видишь?
Выругавшись себе под нос, я проследила за взглядом подруги, которая всматривалась в поток, который явно больше, чем обычно. Куча незнакомых лиц.
Мы с Катей переглянулись и тут же одновременно выгнули бровь. Что-то здесь нечисто.
А когда нечисто – появляется Андрей.
Который выглядывает из потока, и увидив нас, тут же расталкал некоторых парней, которые вслед прокричали ему какой он приятный человек.
– Это что такое? – приоткрыла рот подруга.
– Сейчас узнаем.
Хлыстов тут же приземлился рядом со мной. Его „свежее” никотиновое дыхание ударило в нос, когда он сказал:
– Снова мы вместе. Как в старые добрые.
Я громко, показушно выдохнула и тут же отодвинулась от этого самца в белой футболке.
– Ты что здесь забыл? – обвела я взглядом аудиторию. – И не только ты.
– Глупый вопрос, дорогая Валечка, – улыбнулся Андрей. – Пришёл получать знания. Заодно узнать, как у тебя дела с философом.
Дела так себе. Но ему это знать необязательно. Сразу поймёт, что моей победой не пахнет. Идиота кусок.
– Лучше, чем можно было представить, – закинула я ногу на ногу, откидывая волосы назад. – Перешли на новый уровень... Теперь Ромочка называет меня Валюшей.
Видели бы вы лицо Катьки, у которой глаза на лоб полезли. Врать я умею, в этом мне равных нет.
– Валюшей? – недоверчиво спросил Андрей.
– Валюша, любимая, солнышко... По-разному.
– Да. Валя уже все уши прожужжала этим преподом. Светлый то, Светлый сё, – вклинилась подруга поддерживая моё враньё. – А как он мило её обнимал на одной из перемен… Загляденье.
Андрею явно не хотелось в это верить. Он ведь всё ещё думает, что я по нему страдаю и слёзы лью. Но его ехидная улыбочка мне не понравилась. От слова совсем.
– Я за тебя рад, – бросил на меня взгляд бывший. – Правда рад.
– Чего? – недоверчиво посмотрела на него я. – Кто ты и что сделал с Андреем?
Тот вальяжно посмотрел в телефон. И будто невзначай сказал:
– Кстати, забыл сказать, Тимофей Игоревич заболел.
– К чему ты клонишь?
– Включи мозг, Ва-лю-ша, – рассмеялся тот. – Кому-то нужно заменить Игоревича. А теперь давайте втроём подумаем, кто это будет?
Внутри что-то дрогнуло. Я посмотрела на дверь, которая вот-вот должна открыться. Секунды длились вечно. Это не Светлый. Не может быть.
– Сложи дважды два, – прислонился Андрей к моему уху. – Куча незнакомых людей, замена Игоревича, философия, Светлый… Ну?
Издевается? Или это реально?
Ответ пришёл сам. Вальяжно зашёл в аудиторию, как к себе домой. И тут же половина студентов затихла. Именно его половина студентов.
Сердце начало биться где-то в горле.
Светлый прошёлся к столу, аккуратно поставил папку и свою дедовскую сумку. А затем, подняв взгляд, поправил очки указательным пальце.
– А он хорош… – услышала я шёпот девочек неподалёку.
Да, очень хорош. В мучениях.
– Здравствуйте, меня зовут Роман Андреевич. Я ваш преподаватель по философии на ближайший месяц.
Перешёптывания пошли по аудитории. Многие наслышанные о характере Светлого. Величественная слава Светлой Тьмы идёт быстрее него. Некоторые в ужасе хотели убежать, остальные, не зная какой он – оставались на месте в ожидание чуда.
– Извините, – подал кто-то голос. – А сессию будете принимать вы?
Десятки глаз внимательно посмотрели на него в
