читать, другое – видеть, как все происходит на самом деле. Мою душу раздирали противоречия. Если прежде я хотел только понаблюдать, то теперь ощущал непреодолимое желание поучаствовать. Пусть Сэм занимается коровой, а я…
Мой конь тоже вел себя неспокойно: пританцовывал – похоже, бизонов видел впервые, – боялся и стремился уйти. Удержать его мне стоило немалых усилий. Неужели мне не удастся заставить его перебороть страх? Я уже начал было сомневаться, но тут все решилось само собой.
Когда до бизонов оставалось шагов триста, Сэм пришпорил свою кобылу, которая тотчас во весь опор понесла к стаду. Промчавшись мимо гиганта-вожака, Сэм погнал лошадь прямо к самке, упустившей подходящий момент для бегства. Охотник поравнялся с ней, хладнокровно выстрелил и поскакал дальше. Животное вздрогнуло и опустило голову. Упала ли она, я не заметил, поскольку все мое внимание было обращено в другую сторону.
Огромный вожак выскочил из лужи и уставился на Сэма. Какой мощный зверь! Его огромная башка с выпуклым черепом, широким лбом и короткими, но страшными, загнутыми вверх рогами, густая косматая грива… Картину первозданной необузданной мощи завершал высокий загривок. Существо было крайне опасное, и все же вид неукротимого зверя возбуждал желание помериться с ним силами.
Мой чалый вдруг понес меня прочь из кустарника и свернул влево, но я крепко его взнуздал, и мы помчались направо, к быку, который услышал топот и обернулся. Увидев всадника, бизон резко опустил голову, готовый поднять на рога человека и лошадь. Кажется, Сэм кричал что-то мне изо всех сил, но я даже не имел возможности взглянуть на него.
Вогнать пулю в быка было невозможно, поскольку, во-первых, он слишком неудобно стоял, а во-вторых, конь никак не желал мне повиноваться – от ужаса он летел прямо на гиганта. Бизон расставил ноги и сильным толчком поднял голову, чтобы принять нас прямо на рога, но в тот же миг мне все же удалось повернуть коня чуть в сторону. Широким прыжком чалый вдруг перелетел через бизона, да так, что мои ноги едва не задели его рогов. Единственное, что я успел понять, – то, что мы неизбежно летели в лужу, где только что нежился бизон. Я едва успел выдернуть ноги из стремян, как жеребец поскользнулся – и мы грохнулись в грязь. Я до сих пор не могу понять, как все произошло, но в следующий момент я уже стоял возле лужи, крепко сжимая в руке ружье. Бизон обернулся и не очень ловкими прыжками рванулся к чалому, который тоже успел подняться и намеревался обратиться в бегство. Левый бок чудовища был открыт – лучшего момента не будет. Я вскинул ружье. Тяжелый «медведебой» впервые должен был показать себя в деле. Еще один прыжок – и бизон настиг бы чалого. Но в этот момент я спустил курок. Опешивший бык буквально застыл на бегу. Напугал ли его громкий выстрел, или же я удачно попал, разбираться было некогда, а потому я быстро пустил в него вторую пулю. Бизон медленно поднял голову и замычал так, что у меня мороз пробежал по спине. Несколько раз пошатнувшись, он наконец рухнул в траву.
Я едва не вскрикнул, опьяненный славной победой, но меня ждали другие сюрпризы. Чалый, оказавшись без всадника, несся по правому склону, а с противоположной стороны долины во весь опор мчался Сэм, преследуемый еще одним быком, немного меньшим моего вожака.
Известно, что разъяренный бизон не отстает от своего противника, не уступая в скорости лошади. При этом он проявляет немало смелости, хитрости и выдержки – качества, которые в нем вряд ли можно было бы предположить.
И этот зверь, преследовавший Сэма, уже шел за охотником по пятам. Избегая опасности, Хокенсу приходилось выписывать самые рискованные повороты, утомлявшие его кобылу. Было ясно: в таком состязании ей не устоять – срочно требовалась посторонняя помощь.
Не успев убедиться в гибели вожака, я быстро зарядил двустволку и перебежал на противоположный склон. Хокенс успел это заметить и быстро повернул кобылу в мою сторону. Однако это было ошибкой – догонявший бык получил теперь возможность пересечь дорогу всаднику. Я заметил, как бизон пригнул голову. Сильный удар – и всадник вместе с лошадью оказались в воздухе. После ужасного пируэта они свалились на землю, но бизон не отступал, яростно и свирепо бодая их рогами. Сэм что есть мочи взмолился о помощи. Нельзя было терять ни секунды, хотя я и находился на расстоянии примерно в сто пятьдесят шагов. Стоило мне подбежать ближе, я имел бы больше шансов на удачный выстрел, но, прежде чем я это сделаю, Сэм погибнет. Стреляя прямо сейчас, я, конечно, мог бы и промазать, но, по крайней мере, отвлекал выстрелом внимание зверя. Я быстро прицелился чуть ниже лопатки и спустил курок. Бизон поднял голову, словно прислушиваясь, потом медленно повернулся. Заметив меня, он рванулся в мою сторону, но сильно разбежаться так и не смог. И это меня спасло. Когда мне удалось наконец с лихорадочной поспешностью снова перезарядить ружье, между мной и разъяренным животным оставалось не более тридцати шагов. Бежать оно уже не могло и направлялось ко мне медленной рысью, низко опустив голову и выпучив свирепые, налитые кровью глаза. Все ближе и ближе, словно неудержимый рок! Я стал на одно колено и прицелился. Мое движение заставило бизона приостановиться и немного поднять голову, чтобы лучше разглядеть противника. Его глаза оказались как раз перед стволами «медведебоя». Я выстрелил сначала в правый, а затем в левый глаз. Легкая дрожь пробежала по телу зверя, и он рухнул на землю.
Я вскочил, готовый броситься к Сэму, но это оказалось лишним – он уже сам бежал ко мне.
– Эй! – крикнул я ему. – Вы живы? Неужели даже не ранены?
– Цел и невредим, – прозвучало в ответ, – только вот правое бедро побаливает, а может, левое, если не ошибаюсь. Никак в толк не возьму.
– А ваша лошадь?
– Там она. Правда, жива еще, но бык разодрал ей брюхо. Придется пристрелить бедное животное, чтобы не мучилось! Бизон убит?
– Надеюсь. Идемте посмотрим!
Подойдя к туше, мы убедились, что в ней не было никаких признаков жизни. Помолчав немного, Хокенс глубоко вздохнул и сказал:
– Ну и наделал тут шороху этот старый бычина! Бизониха обошлась бы со мной гораздо приветливее. Впрочем, что с быка взять?!
– Как ему в башку пришло связаться с вами?
– Разве вы не видели?
– Нет.
– Я подстрелил корову, а моя кляча помчалась во весь опор. Мне удалось остановить ее только тогда, когда она с разбегу наткнулась на этого монстра. Ему это не пришлось по вкусу, и он решил преследовать меня. Правда, я вогнал в него еще одну пулю
