двинулся дальше, но уже не на север, а под прямым углом на запад, так что вскоре мы оказались в западной части долины. Здесь Сэм слез с коня и, стреножив его, пустил пастись. С момента обнаружения следа вестмен не промолвил ни слова, но на его бородатом лице, словно луч солнца, блеснула улыбка явного удовлетворения. Только теперь охотник обратился ко мне:
– Слезайте, сэр, и хорошенько привяжите своего чалого! Подождем здесь.
– Но зачем же крепко его привязывать? – якобы удивленно спросил я Сэма, хотя отлично знал, в чем дело.
– Иначе вы легко можете его лишиться. Частенько бывало, что лошади в таких случаях удирали.
– В каких?
– Не догадываетесь?
– Нет.
– Может, угадаете?
– Мустанги?
– Хе! Как это вы вдруг догадались? – спросил он, удивленно уставившись на меня.
– Читал когда-то о том, что домашние лошади, если их крепко не привязать, охотно уходят с дикими мустангами.
– Дьявол вас возьми! Все-то вы читали – ничем вас не удивишь!
– А вы хотели меня удивить? Охотой на мустангов?
– Конечно!
– Вряд ли удалось бы! Удивить можно только тем, о чем ничего не знаешь. А вам все равно пришлось бы рассказать мне обо всем до прихода мустангов.
– Соображаете, хм… Так знайте: мустанги уже побывали здесь!
– Это их следы мы видели по дороге?
– Да! Они вчера здесь прошли. Передовой отряд, разведка, стало быть! Поверьте мне, мустанги в высшей степени умные животные. Их маленькие отряды всегда идут впереди и по бокам табуна. У них есть свои офицеры, прямо как в армии, а вожаком всегда выбирают самого опытного, сильного и смелого жеребца. Пасутся они на одном месте или кочуют, но табун всегда окружен жеребцами, за которыми идут кобылы, и только в самой середине находятся жеребята. Я уже вам рассказывал, как ловят мустанга с помощью лассо. Помните?
– Само собой!
– Хотите поймать хотя бы одного?
– Разумеется.
– Сэр, к полудню вы получите такую возможность!
– Благодарю, но я не воспользуюсь ею.
– Что? Дьявольщина! Почему?
– Конь мне не нужен.
– Разве настоящий вестмен спрашивает, нужен ему конь или нет?
– В моем представлении благородный вестмен выглядит иначе.
– И как же?
– Вчера вы рассказывали о белых горе-охотниках, убивающих сотни бизонов вовсе не ради мяса. Я уверен, что это наносит вред животным и индейцам, ведь мы лишаем их пропитания. Согласны со мной?
– Конечно!
– То же самое и с лошадьми. Не хочу понапрасну лишать свободы ни одно из этих прекрасных животных. Зачем? Мне конь не нужен.
– Браво, браво, сэр. Именно так должен думать, говорить и поступать каждый нормальный христианин. Только с чего вы взяли, что лишите свободы мустанга? Это всего лишь удобный случай на практике проверить то, чему я вас учил. Хочу испытать вас!
– Тогда другое дело. Согласен.
– Вот и прекрасно! Мне-то ведь в самом деле нужна хорошая верховая лошадь. Ладно, вернемся к делу. Я твердил вам сотню раз и повторю снова: самое главное – крепко держаться в седле и суметь осадить коня в тот момент, когда натянется лассо и вы почувствуете рывок, иначе окажетесь на земле, а мустанг унесет вас за собой. Тогда быть вам, сэр, жалким пехотинцем вроде меня.
Он хотел продолжить, но прервался, указав рукой в сторону упомянутых вершин, находившихся в северной части прерии. Там виднелся одинокий конь. Он мелкой рысью бежал вперед, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону и втягивая ноздрями воздух.
– Видите? – шепнул Сэм, от волнения заговоривший совсем тихо, хотя лошадь никак не могла нас услышать. – Я же предупреждал вас, что они придут! Это – разведчик, осматривающий местность, чтобы убедиться в ее безопасности. Хитер! Как извивается и крутится во все стороны! Но нас ему не заметить – ветер дует нам навстречу. Потому я и выбрал это место.
Мустанг повернул назад и прибавил ходу. Он бежал то прямо, то забирая влево или вправо, пока не скрылся там же, откуда и появился.
– Наблюдали за ним? – спросил Сэм. – Какой молодец! Каждый куст использовал для защиты, чтобы не оказаться замеченным! Даже краснокожий разведчик вряд ли проделает это лучше! Сейчас он вернется к своему четвероногому генералу с рапортом, что воздух чист. Но они ошибаются! Готов поспорить, что через десять минут все они будут здесь. Смотрите в оба! Знаете, как мы поступим?
– Ну?
– Скорее возвращайтесь к выходу из долины и ждите меня. Я поеду вниз, к другому ее концу, и спрячусь там, в лесу. Я пропущу табун, потом сзади погоню его к вам. Мустанги бросятся наверх, к выходу, а вы перекройте им путь, да так, чтобы они повернули назад. Так мы сможем гонять коней из одного конца в другой, пока не выберем и не поймаем двух лучших жеребцов. Из них я выберу себе самого лучшего, а остальным мы предоставим полную свободу. Согласны?
– Вы еще спрашиваете? Я и понятия не имею о том, как охотятся на мустангов, но вы – мастер своего дела! Повинуюсь вам беспрекословно.
– Ладно, вы правы! Диких мустангов объездил я немало, и вы не ошиблись, употребив слово «мастер». За дело, время не ждет, иначе все прозеваем.
Мы опять сели на лошадей и разъехались: он – на север, я – на юг. Я прекрасно понимал, что тяжелый «медведебой» будет мешать мне, и с удовольствием избавился бы от него, но вспомнил главную заповедь вестмена: с оружием можно расстаться лишь тогда, когда абсолютно уверен в безопасности. Сейчас же в любую минуту мог появиться либо индеец, либо какой-нибудь хищный зверь, поэтому я только подтянул ремень на плече, чтобы во время скачки старое ружье не колотило по спине.
Мне не терпелось увидеть мустангов. Остановившись на опушке леса, примыкающего к долине, я собрал лассо в петли и удобно расположил под правой рукой, чтобы в любой момент метнуть его, не забыв, конечно, привязать конец веревки к луке седла.
Не прошло и четверти часа, как я увидел вдалеке массу темных точек, увеличивающихся по мере приближения к моей засаде. Сначала они казались воробьями, потом кошками, собаками, телятами, пока не приблизились настолько, что я разглядел их настоящую величину. Это были дикие мустанги, в экстазе погони мчавшиеся прямо на меня.
Зрелище было впечатляющим! Длинные гривы, словно пламя, развевались вокруг шей, пышные хвосты, подобно пучкам перьев, разлетались по ветру. Животных было не более трех сотен, но земля, казалось, дрожала под их копытами! Восхитительный белый жеребец буквально парил впереди всех. Его, конечно, можно было бы поймать, но ни одному охотнику прерий не взбредет в голову сесть на белого коня – ведь он выдаст хозяина любому врагу!
Пришло время выходить из засады. Я быстро выбрался из лесной чащи, чем вызвал немалый переполох. Белый вожак отпрянул, будто в него попали пулей, и табун мгновенно остановился – слышно было лишь испуганное фырканье. Через несколько секунд весь табун
