Тесс заставила себя выбросить из головы эти мрачные мысли, закрутила волосы в узел и вышла из спальни, оставив там револьвер.
Зака нигде не было. На том месте, где они накануне вечером ужинали, Тесс нашла апельсин. Этот маленький жест внимания заставил ее улыбнуться. Похоже, за внешней суровостью Зака все же кроется доброе сердце. Что это – остатки благородства и душевной доброты, не до конца уничтоженные войной?
С апельсином в руке Тесс в задумчивости опустилась на скамью. Она постоянно думала о том, что могло произойти с Заком. Почему он так изменился и внешне, и внутренне? Зак Маклейн, которого она вчера встретила в адвокатской конторе Эбнера Смита, очень мало походил на того, чей образ она хранила в своей памяти. Этот новый, изменившийся Зак Маклейн произносил отвратительные слова и смотрел на нее леденящим душу взглядом. Очаровательный молодой солдат армии конфедератов, которого помнила Тесс, расточал ей, простой маленькой девчонке с фермы в Пенсильвании, такие нежные улыбки и говорил такие комплименты, что она чувствовала себя принцессой из сказки.
Тесс начала медленно чистить апельсин. Может быть, она и осталась деревенской простушкой, но она уже не ребенок и в сказки больше не верит. Теперь она взрослая женщина, которая отказалась от привычной, размеренной жизни на ферме. Такая жизнь хотя и не сулила ничего нового и интересного, но зато давала уверенность в завтрашнем дне. И всему этому она предпочла неизвестность и возможные опасности новой жизни. Она женщина, готовая рисковать. И сейчас она не струсит, каким бы опасным ни казался ей теперь Зак Маклейн.
Резкий крик птицы вывел Тесс из задумчивости. На дереве в углу двора она увидела птицу с ярким черно-желтым хохолком. Устроившись на нижних ветвях дерева, птица пробовала голос. Ее странный резкий крик напомнил Тесс крики, разбудившие ее ночью. Сначала она подумала, что эти звуки издают ночные животные, обитающие в горах. Однако они раздавались где-то поблизости и не прекращались. Тогда она встала с постели, чтобы узнать, в чем дело. Вместо зверя Тесс обнаружила Зака, который сердито накинулся на нее. До сих пор она не могла понять, что вызвало у Зака такой взрыв ярости. Тесс покачала головой, сомневаясь, что когда-нибудь сможет понять мужчин.
Оставив мысли о Заке, Тесс решила, что пора заняться делами. Доев последнюю дольку апельсина, она надела передник, повязала платком волосы и принялась за уборку.
За работой время летело незаметно. Тесс не успела оглянуться, как промелькнул день. Наконец она решила, что уже навела в доме относительный порядок и чистоту. Усталая и грязная, Тесс прошлась по дому, осматривая все критическим взглядом. Она осталась довольна результатами своей работы. Ничего особенного, но ей удалось создать некое подобие уюта. Дом приобрел жилой вид. Тесс собиралась уже снять передник, когда слабый звук привлек ее внимание. Она прислушалась.
Из патио раздался шорох крадущихся шагов.
– Зак? – крикнула она с надеждой, однако не веря, что услышит его ответ.
Тесс прерывисто вздохнула и попыталась убедить себя, что это ей просто почудилось. Но звук шагов приближался, и теперь она твердо знала, что не одна в доме.
– Кто там? Ч-что вам нужно?
Ответом было молчание. Вдруг это вернулся убийца Джеда? Если так, то он, не колеблясь, убьет и ее. Неужели она будет следующей жертвой? Она вспомнила о револьвере Зака, лежащем у ее кровати, и прокляла свое упрямство. Зак предупреждал ее об опасности, а она не хотела его слушать. Прислонясь спиной к стене, Тесс повернула голову и осторожно выглянула в окно. Тень, отбрасываемая в лучах вечернего солнца, неуклонно приближалась. Тесс судорожно огляделась в поисках чего-нибудь тяжелого, чем можно было бы защититься, и взгляд ее остановился на ведре с остатками мыльной воды. Подобравшись поближе к двери, девушка ухватилась за дужку ведра, и подняла его над головой.
Тесс затаила дыхание.
Наконец «грабитель» переступил порог, и Тесс удивленно замерла. Молодая индейская женщина, напуганная не меньше, чем Тесс, смотрела на нее.
– Нужно? – Женщина протянула Тесс корзину с сушеными фруктами и овощами.
Испуг прошел, и Тесс, опустив ведро на пол, весело рассмеялась. Женщина просто хотела продать овощи, а вовсе не убивать ее.
– Чем вы торгуете?
Тесс разглядывала свою непрошеную гостью с откровенным любопытством. Длинные иссиня-черные волосы струились по спине как шелк. Простое ситцевое платье туго натянуто на вздувшемся животе – женщина была беременна. На ногах грубые сандалии, завязанные веревками. Тесс глядела на лицо женщины. Хотя она и знала, что невежливо так пристально рассматривать незнакомых людей, но не могла оторвать взгляд от двух синих полос, протянувшихся от углов губ индианки к ее подбородку.
– Кто вы?
Женщина не ответила на вопрос.
Тесс сделала еще одну попытку, указывая на себя.
– Меня зовут Тесс. А вас?
– Пи нии маач.
Тесс кивнула, довольная тем, что женщина наконец заговорила.
– Вы живете поблизости?
– Пи нии маач.
Женщина снова протянула Тесс корзину.
Тесс вздохнула. Очевидно, женщина плохо понимает по-английски. «В любом случае, – решила она, – продукты, которые принесла эта «Пи нии маач», будут хорошим дополнением к ужину». Некоторые продукты были Тесс известны, других она не знала. Она отобрала тыкву, бобы и горсть сушеных ягод.
– Сколько я вам должна?
– Пи нии маач, – ответила индианка.
Тесс стало раздражать бесконечное «пи нии маач». Она вздохнула и жестом показала женщине, чтобы та оставалась на месте.
– Я сейчас вернусь.
Поспешно доставая деньги из своего кошелька, Тесс гадала, поняла ли ее женщина. Однако, вернувшись, нашла «Пи нии маач» стоящей на том же месте, где она ее оставила.
Женщина с достоинством взяла предложенную монету и удалилась так же медленно, как и вошла. Тесс смотрела ей вслед, мысленно поздравляя себя с тем, что ей представился случай познакомиться с женщиной из племени апачей. Если судить по «Пи нии маач», апачи совсем не такие страшные, как ее в этом убеждали.
Заходящее солнце раскрасило однообразное небо в цвета расплавленного золота, оранжевый и ярко-алый. Розовато-лиловые тени окутали окружающие холмы, а высокие фиолетовые кактусы сагуаро в сумерках стояли как часовые.
Тесс залюбовалась закатом.
– Никогда бы не поверила, что пустыня может быть так красива, – сказала она, обращаясь к Заку, который сидел за столом напротив нее.
На Зака этот прекрасный закат производил совсем иное впечатление – он просто сводил его с ума.
Зак отставил свою тарелку. Они с Тесс сидели на скамьях в патио, только что закончив ужин. Вернувшись на ранчо, Зак нашел Тесс в кухне. Она стояла спиной к нему, что-то помешивая в маленькой деревянной миске. Длинные пряди волос выбились из тугого узла и обвивали длинную стройную шею девушки. В косых лучах вечернего солнца ее каштановые локоны отливали красным и золотым. Зак подавил желание подойти к ней сзади, обнять за талию и, целуя, подуть на легкие локоны, чтобы заставить ее задрожать от наслаждения.
