обладательницы нежных плеч в устрашающую и неизвестную дану Лиркаа, по лбу которой были живописно размазаны потёки крови, по правой щеке расползалась чёрная шипастая ветвь, что сразу вызывало в памяти старух-ведуний, которые любили украшать себя столь неоднозначными пугающими рисунками, а губы так и говорили о кровожадности их обладательницы, которая только что пыталась перегрызть чужое горло и перемазалась тёмной густой кровью и собственной помадой до жутковатых чёрно-красных разводов.
— Ты, — она ткнула в Вирьяра, — за господином Аризеем. А ты в сыск, за подмогой.
— Вы без подмоги сюда сунулись⁈ — возмутился Ташей. — Ловить…
— А мы и не собирались ловить! — рявкнула взбешённая Лирка. — Живо!
И, подобрав юбки, быстро взбежала с поваленного стула на стол, а оттуда в выломанное окно.
— А я говорил тебе не окликать! — зло прошипел Вирьяр и бросился к двери.
Ташей поспешил за ним под настороженными взглядами всех присутствующих.
— Опять выбили! — страдал безутешный хозяин над выбитым окном. — Что ж вам, гады, двери-то не по нраву? У-у-у, свиньи…
— Хватит тебе рыдать, — оглянулся на него Юдриш. — Викан всё оплатит. Запиши на его счёт да в родительский дом направь. Там никто и не удивится.
— А простой? Простой⁈
— Ну и простой насчитай.
— Легко вам говорить! — не унимался хозяин. — В конце улицы новое заведение открылось. Пока я ущерб устранять буду, они всех к себе переманят. Это, это кто мне возместит⁈
Юдриш отвернулся от него и его горя и остановил взор на одном из посетителей.
— Вашка̀н, милый мой, — обратился он к знакомцу, — ты сбегай до логова, приведи пяток ребят дане на подмогу. А то как бы Мариш не осерчал, что не подсобили госпоже.
Мужчина, более ничего не спрашивая, оставил свою спутницу в одиночестве и заторопился к выходу.
В таверне наконец наступила тишина, нарушаемая лишь горестными стонами хозяина.
— А эта дана Лиркаа кто такая? — рискнул спросить оборотень, один из тех, кого отшвырнул магией на пол Дориний.
Они так и не поднялись, решив отсидеться у стены и не вмешиваться в чужие разборки.
— О, — проникновенно протянул Юдриш, — это очень уважаемая госпожа! Не так давно перебралась вместе со всем семейством в столицу, — помолчав, он с наигранной печалью выдохнул: — Хотя для всех нас было бы лучше, если бы семейство переехало без своей даны.
«Чуешь?»
Один запах Лирка чуяла очень ярко, он всё ещё оставался на её губах. Заткнув подол за пояс, женщина побежала вдоль домов и через пару саженей завернула в проулок. В нос ударила вонь отхожего места.
«Направо», — велел господин Наэш.
«Запах не туда ведёт!»
«Ветер с запада дует, но там тупик. Мы не пройдём».
«С твоих времён всё давно перестроили, время только потеряем…»
Не вслушиваясь в их перебранку, Лирка повернула направо, потому что впереди действительно был тупик и она о нём знала.
— А-а-а…
В темноте она на кого-то наступила, отскочила и вернулась назад, подозревая, что это может быть Викан. И угадала. Он лежал на склизкой от влажности земле и пытался подняться на дрожащие руки.
— Что случилось? — Лирка поспешила ему помощь, наткнулась рукой на бедро и по влажной ткани и глухому стону сообразила, что оборотень ранен.
— Они туда побежали, — Викан указал направление и хлопнул её по пояснице. — Давай за ними, только осторожнее. Сильно не приближайся. Я отправил за ними своих ребят. И на Рыбьем тракте их ждут наши, мимо проскочить они смогут только по крышам.
Лирка кивнула и, оставив оборотня у стены, побежала дальше. Привычный для соглядатая лёгкий бег отдавал только чваканьем сырой земли. Петляющий переулок расширился до крохотного дворика между домами, которые лепились здесь так плотно друг к другу, что разветвиться улочка никак не могла — и так едва протискивалась. Весьма похолодевший ветер пощипывал голые руки и непривычно волнующе поигрывал с подобранной юбкой. Когда лёгкая, текущая ткань облегала ноги, у Лирки будто чувствительность возрастала и она ощущала себя… какой-то другой. Хотя очень старалась вообще не обращать внимания на изменения, не то время.
Разорвавший воздух грохот, словно телега опрокинулась на мостовую, заставил её поторопиться.
— Где маг⁈ — заорал кто-то.
Лирка выскочила из тесного вонючего закутка на широкий Рыбий тракт как раз в разгар боя. Хоёторцев и Дориния прижали к статуе Зога Хиземѐйского пятеро оборотней, но выступивший вперёд шаман уверенно отбивался от них, выписывая на мостовой едва ли не танцевальные па. Булыжники ходили под ногами, проваливались, выскакивали из гнёзд, будто из катапульты. Один светловолосый сыскарь неподвижно лежал недалеко от Лирки, а ещё один под прикрытием товарищей стягивал сапоги и явно готовился обернуться в расчёте, что у зверя череп крепче.
«О боги, — восхищённо выдохнул господин Наэш, — это техника танцующего воина! Сохранились только описания её внешнего проявления, но ни одного заклинания, ни одной печати… Ничего!»
«Твои восторги, как всегда, не к месту!»
«Лиркая, ты не справишься с ним. Пропусти меня».
Лирка беспрекословно посторонилась, позволяя господину Наэшу завладеть телом.
— В сторону! — приказал он сыскарям, и те, не сразу сообразив, кто эта женщина, раскатились по подпрыгивающей мостовой в разные стороны.
Резкий выпад левой рукой, будто стряхивая брызги, и камень под правой ногой хоёторца подпрыгнул, сбивая его с танца. Не давая ему опомниться, господин Наэш выставил простейший плотный щит, толкнув им шамана, и с досадой прицокнул.
«Да Лирка и сама так умеет…»
— Это обманка, — господин Наэш сложил руки на груди, больше не предпринимая попыток для атаки.
«Как…» — Лирка осеклась.
Шея второго хоёторца не была покусана, а Дориний щеголял в целых штанах.
— Как обманка? — всполошился один из сыскарей.
Господин Наэш прищурился. Хоёторцы и маг в это время стали вести себя весьма странно. Стоило всем остановиться, и они тоже замерли, только бестолково крутили головами.
— В Салее таких обманок нет, — продолжал оценивать «врага» бывший хайрен. — Кажется, они реагируют на наши движения и у них серьёзный запас магии.
Раздались сочные ругательства, но шевелиться оборотни не посмели, только нетерпеливо смотрели на магичку, ожидая, что она разберётся с небольшой проблемой.
«Соображай быстрее, — сварливо требовал Иррес, — а то говно это плешивое уйдёт».
— Не торопи, — поморщился господин Наэш, и сыскарь озадаченно посмотрел на магичку.
Пошептав в ладонь, бывший хайрен сдул крохотный огонёчек желтоватого цвета. Тот, покачиваясь в воздухе мошкой, доплыл до шамана и впился в его лицо. Через секунд десять искорка вынырнула и поплыла назад, чтобы приземлиться на вытянутую ладонь.
— Ложись! — рявкнул господин Наэш и первым рухнул наземь.
Рвануло так, что сыскарей волной сшибло к стенам домов на противоположную сторону улицы,
