наслаждалась тишиной и спокойствием в этом суетливом городе. Она понимала, что прекрасные моменты такого покоя и наслаждения встречаются не так часто, поэтому ценила каждую секунду этого вечера. По мере того как вечер подходил к своему концу, девушка медленно вернулась к своему дому с сердцем, полным вдохновения и покоя. Она знала, что эти часы будут сохранены в ее памяти навсегда, напоминая о прекрасной осенней ночи в Чикаго.
Несмотря на то, что она прошла достаточно много, прогулка продлилась всего час. Анна удивилась этому, ведь раньше она могла делать меньше шагов, а времени проходило куда больше. «Наверное, – подумала Анна, – это связано с тем, что я пыталась наслаждаться каждым мгновением». Как же это ощущение похоже на то, что она испытывала, когда пробудилась от того кошмарного сна, что увидела в вандриме Мэри, присланном Леоном.
Девушка вернулась в свои апартаменты, оставила входную дверь открытой, приняла теплый душ, надела свою любимую черную шелковую ночнушку и легла на кровать.
Кто станет беспокоиться, когда Анна перестанет выходить на связь? Кто останется, если Анна навсегда покинет этот мир? Ее родители. Но найдет погруженную в кому Анну не мама, а сотрудники «Скорой помощи», которые приедут на автоматический вызов через двадцать четыре часа. Все, что им останется, – это подключить ее к аппарату обеспечения жизнедеятельности.
Да, оставлять родителей одних – это крайне эгоистично, но отношения между мистером и миссис Эйрд и их дочерью сложно назвать идеальными. На пару секунд Анна даже порадовалась идее, что она не проснется: может, тогда ее мама перестанет глумиться над ней и пожалеет, что все детство требовала от Анны быть идеальной и лучшей среди всех? Возможно, такое воспитание и помогло маленькой никчемной девочке стать профессиональной программисткой, но она никогда не чувствовала себя любимой. Может, в этом суть всех ее проблем?
Она достала телефон и удаленно подключилась к аппарату Марка. Приложение позволяло отслеживать состояние пациента на расстоянии. Она зашла в настройки прибора и увидела несколько непонятных цифр, но профессор Грин в своих записях предупредил, что они связаны с частотой его мозга.
Анна открыла приложение «Нейрро» и загрузила режим администратора, чтобы детально настроить частоты своего мозга. И тут тоже не обошлось без помощи профессора сомнологии, который знал, как взломать код программы.
Ей было страшно: режим администратора и более детальные настройки предназначались не для простых владельцев импланта, а для нейронных хирургов, тестировщиков или ученых. Анна чувствовала, будто должна по четкой и понятной инструкции обезвредить бомбу, перерезав провода в определенном порядке. Казалось бы, следуй инструкции, и все получится, но стоит сделать мелкую оплошность, и тебе придет конец.
К счастью, девушка выполнила все верно, настроив свой мозг на те же частоты, что и мозг любимого. Ощущения она испытала специфичные: то легкое давление, то покалывание, то переменчивость настроения от счастья до грусти. Еще на это все накладывался страх неизвестности – самый сильный страх в мире.
Все было готово к погружению в новый мир. Анна чувствовала себя словно космонавт, который вот-вот отправится в путешествие на новую планету, куда всегда мечтала попасть. И вроде все хорошо: корабль готов ко взлету, технические специалисты проверили его вдоль и поперек, но нет никакой гарантии успешного полета. Никто не убежден, что корабль не взорвется при взлете, посередине полета по бескрайнему космосу или при посадке. Но что делать, если вся эта «планета» – смысл твоей жизни? Встать и покинуть корабль? Нет, это не про Анну.
Анна подключила себя к вандриму и набрала как можно больше воздуха в легкие, пропустила его через себя и выпустила, словно давая понять «кораблю», что капитан готов ко взлету. Она даже стала отсчитывать время.
Десять… девять… восемь… семь… шесть… пять… четыре… три… два… один… пуск.
Ее главное путешествие начиналось. И на самом деле это путешествие прежде всего в саму себя.
7
За что?
Это письмо я пишу дрожащими руками. Я все еще не могу поверить в произошедшее и осознать, что ты бросил меня. Бросил меня в наше полугодие со дня знакомства в пять тридцать семь утра!
За что ты так со мной? И это после всего, что у нас было? Как ты посмел бросить свою родственную душу? Сволочь! Гнида! Я ненавижу тебя!
Я всячески выкручивалась и пыталась спасти наши отношения. В итоге до меня дошло, что можно сходить в кинотеатр. Это так смешно, ведь раньше я любила в него ходить и смотреть новинки, пока сны не стали слишком популярны и большинство заведений закрылось. Осталось лишь несколько, и то в них показывают классику для тех, кому не хватает ностальгии.
Даже выбирая фильм, мы начали ругаться. Я предложила пойти на «Эту замечательную жизнь» [6] и спросила твое мнение, а ты ничего толком не ответил, а во время просмотра фильма выглядел скучающим. Потом ты сказал, что хотел пойти на «Гражданина Кейна» [7], но почему заранее об этом не сказал? Почему ты то непонятно отвечаешь на мои вопросы, то ворчишь, что я слишком много спрашиваю? Что с тобой не так?
Знаешь, какое преимущество от наших ссор? Мы после них прекрасно трахаемся. Секс настолько шикарен, что никакая «МоноГамма» не нужна. И вот после божественного секса ты меня решил бросить! Просто взял и ушел, оставив меня одну. Одну!
Как же я была наивна, что ты сначала решил меня разыграть. Я надеялась, что ты вернешься, посмеешься, а потом мы сходим на какую-нибудь выставку. Я лежала целый час, просто смотрела в потолок и ожидала, что ты вернешься, а потом я стала осознавать, что ты действительно меня бросил. Гнида!
Мое сердце сжалось, оно почувствовало, что ты его растоптал, заколол, поджег, перемолол, а затем вырвал его у меня. Как же я рыдала. Как ты посмел? Сволочь! И после всех этих испытаний? Как тебе вообще пришло такое в голову? Я пыталась спросить у тебя, что я не так сделала, где неправильно свернула, но так и не получила внятного ответа.
Как тебе объяснить мое состояние? Я то чувствую, что с меня сбросили тяжелый груз, потому что устала от тебя, но потом я чувствую, как этот же камень сдавливает все мое тело, которое пищит от того, как мне тебя не хватает. В одну секунду я ни о чем не думаю, просто существую, а потом вспоминаю твои поцелуи, объятия и продолжаю рыдать. Серость и пустота вернулись в мою
