class="p1">— А если ты нелюбимый брат или не самый любимый? — шуткой проявила я свое резко переменившееся настроение.
— Так, Аль, это несмешно. Ты защищаешься, это нормально. Но я не враг тебе — я хочу быть твоим другом, — спустя недолгую, выдержанную паузу Мартин все же продолжил, — так что давай будь смелее, высказывайся, — и на этих словах он положил свою руку поверх моей. Его рука была настолько теплая, что тепло этого жеста заметно расслабило меня. Сначала я посмотрела на него, сидящего так близко ко мне и в то же время осторожно, затем опустила взгляд на его руку, лежащую на моей. Я снова приметила, казалось бы, нехарактерные, но в то же время его особенные детали — в этой руке было изящно все: тонкие аккуратные пальцы, выпирающие средь накаченных мышц вены, демонстрирующие силу, мелкие шрамы различного происхождения и родинки, представляющие собой созвездия.
Сегодня Мартин быстро вошел в мое доверие, и я рассказала ему все, что меня мучило последние дни: о том, что у меня не осталось друзей, о том, что на самом деле мне очень одиноко и о том, что из-за наболевшего мне совсем не хочется поступать в ВУЗ. Чтобы не расплакаться за излитием души, я попросила у него сигарету, но он только косо посмотрел на меня и сказал, что мне не стоит заглушать эмоции дымом в легких. И для более благоприятного эффекта он предложил мне пройтись и насладиться сегодняшним вечером, поскольку в этот вечер я все-таки не одинока. Так мы предпочли идти до центральной площади тихими дворами.
— Кстати, где твой мотоцикл? — я неожиданно вспомнила, что Мартин без мотоцикла в теплый сезон почти никуда не выбирается. Его он как верного друга брал практически везде.
— Да я сюда на своих двух пришел, недалеко ведь живу.
— Правда?
— Да, где-то в трех километрах, — он улыбнулся мне.
— Ого, это ты называешь недалеко? — мы посмеялись над этим, и только потом Марти сказал, что занимается уличным спортом, включая пешие прогулки.
К слову о них, идя дворами, мы довольно быстро вышли на площадь, с которой у меня начиналась, казалось бы, недолгая, но такая эмоциональная прогулка. Подул ветер, и Марти, как ни в чем не бывало, протянул мне свою кофту: «Надевай, ты и так легко одета». Я видела, что он смотрел на мои открытые плечи. И затем кратко добавил: «Не мерзни». Я поблагодарила его и без лишних возражений надела кофту, вдохнув с нее приятный аромат мужского одеколона.
— Куда мы дальше? — поинтересовалась я.
— Я думаю, мы могли бы где-то тебя согреть. Любишь KFC? — казалось, Мартин метнул взгляд на противоположную сторону дороги и зацепился им за первое увиденное заведение.
KFC располагался сразу через площадь. Мы двинулись к нему. Вообще, питаться в общественных заведениях я не любила по разным причинам. Да и я не хотела, чтобы за меня платили сейчас. Хотя, как мне казалось, Марти был намерен меня угостить.
Когда мы пришли в KFC и сделали заказ, мы сели за столик друг напротив друга. Как бы странно для замерзшей меня это ни звучало, но я предложила заказать на двоих по порции мороженого. Оставалось только ждать, когда его принесут. И именно тогда я завела разговор с интересующего меня вопроса:
— Почему я уже второй раз случайно натыкаюсь на тебя в городе?
— Наверное, нас сводит судьба, — усмехнулся собеседник.
Когда наш заказ озвучили как готовый, Мартин сходил за ним и принес нам мороженое.
— После кафе разойдемся? — спросила я с надеждой, что он ответит «нет». И он ответил вопросом:
— А ты хочешь уйти? Если ты никуда не торопишься, я бы мог предложить спуститься на набережную, там очень хорошо вечером.
— Было бы здорово. Только, если честно, я не знаю, на чем так поздно доберусь до дома… — я опустила взгляд.
— Так, давай поступим следующим образом. Пройдемся сначала за спортаком, — так иногда он называет свою спортивную ниндзю, — затем поедем на набережную, а после вернем тебя домой в целости и сохранности, — он улыбнулся мне такой обаятельной улыбкой, которой невозможно было отказать.
— А далеко идти до твоего мотоцикла?
— Меньше, конечно же, трех километров. Да и гараж находится к нам ближе, чем мой дом.
После кафе мы направились в нужную сторону. Ветер на улице стих, но я по-прежнему не снимала с себя кофту. Небо переливалось нежными оттенками фиолетового цвета и с каждой минутой становилось все темнее. Чем дальше мы отходили от центра, тем меньше нам встречалось людей. Живыми оставались только машины, все так же часто, как и пару часов назад, мелькающие мимо нас. На часах было 21:59. И я чувствовала, что эта прогулка закончится нескоро… В то же время я была счастлива этому, даже осознала, что благодарна Мартину за то, что он развеял мою грусть своим присутствием и заполнил мои сегодняшние пустоты. Ведь в этот вечер я могла его и вовсе не встретить.
Глава 10
Уже находясь в гараже, мы стали готовиться к отъезду. Мартин не стал одеваться во всю экипировку, так как ехал не на заезд, куда обычно, как он сказал, так собирался. Он надел свой шлем, а другой дал мне. Я подумала, что выгляжу сейчас круто: так, как всегда мечтала выглядеть. И мне захотелось взглянуть на себя в зеркало, но поскольку в гараже его не оказалось, я воспользовалась зеркалами ниндзи. Я заметила на них трещины и затем перевела взгляд на корпус, который также был покрыт царапинами, сколами и потертостями.
Как только мы собрались и выехали из дворов на проспект, Мартин позволил себе разогнаться. В этот момент у меня в жилах застыла кровь. Я пыталась попросить гонщика ехать потише, но он не слышал меня, вероятнее, от гула мотоцикла при наборе скорости. Когда мы съехали с проспекта и свернули на маленькие улочки, я была куда спокойнее, чем несколько минут назад. Теперь я могла смотреть по сторонам без страха улететь куда-нибудь с мотоцикла. Безлюдные улицы и дома разной высоты с одинокими желтыми и сиреневыми окнами — все, что мне попадалось на пути до приезда в нужное место. Приехали мы, конечно, не в то место, какое я ожидала увидеть. На набережной Марти припарковался рядом с десятком таких же спортивных мотоциклов и заглушил свой. Мы сняли шлемы и повесили их на руль.
— Я сейчас, подождешь здесь? — парень тронул меня за плечо и, как только я кивнула, направился к группе людей, находившихся у ограждения, откуда была видна река.
Я чувствовала
