Дамир не ответил, и мастер Фейт повернулся, что бы прочитать на его лице какое-то жадное, голодное выражение. Проследив за взглядом, он увидел скрывавшуюся за поворотом нарядно одетую рыбачку. Ее муж нес на руках уснувшего мальчишку, а девочка постарше требовательно теребила юбку матери, что-то взахлеб рассказывая.
Все-таки в чем-то он еще обычный ребенок… Неожиданно даже для себя, господин Фейт обнял парнишку за плечи и притянул к себе. Кто бы мог подумать, что он сам еще способен любить живое существо!
Дамир доверчиво позволил пододвинуть себя вплотную, растворяясь в ощущении узкой твердой ладони на плече.
— Так ты хочешь посмотреть на фейерверк? Мы могли бы сходить, — предложил господин Фейт, думая о том, что за несколько дней на берег сошло целых четыре мага.
Светлых, разумеется. Как быть — немедленно забирать книгу, или наоборот повременить, что бы не обратить на них внимания Архимага…
Дамир засветился ярче одного из праздничных разноцветных фонариков, украшавших даже самые нищие улицы, но он сказал:
— Вы наверное устали, мастер.
— Вовсе нет, — Фейт поднялся, — Пойдем. Я тоже давно не бывал на таких мероприятиях…
Знал бы ты, парень насколько давно!
Слушая объяснения мастера Фейта, что из себя представляет фейерверк, и как получаются огни разного цвета, Дамир не видел ничего вокруг, а вот господин Фейт сразу же обратил внимание на нетерпеливо расхаживающего напротив их съемной квартирки человека в форме. Чувство угрозы молчало, но он уже имел не одну печальную возможность убедится, что на него самого оно не распространяется.
Продолжая говорить и не меняя тона, Фейт немного выдвинулся вперед, что бы при опасности загородить Дамира.
— Доктор Фейт, — человек круто развернулся им навстречу.
— Чем обязан, офицер Арн?
— Я не знаю, кто вы и зачем вам нужна эта книга, — Себастьян Арн подошел почти вплотную, — Но мне вы помогли, как помогаете тем беднягам в госпитале. В Кларесте находится уже с десяток акколитов Совета, и нам приказано оказывать им всяческое содействие. Я не знаю, имеет ли планируемая облава отношение к вам, но вам с сыном следует быть осторожнее… А еще лучше — уехать!
— Спасибо, — тихо ответил господин Фейт, пристально глядя на молодого человека.
— Я обязан вам жизнью, — просто ответил тот, — Честь имею.
И как только уживается в людях все это: любовь, ненависть, безразличие к чужим страданиям и великодушие, стремление к справедливости и низость, сострадание и необоснованная жестокость! Себастьян Арн только что нарушил долг, разгласив служебную тайну и предупредив возможного врага, однако тем самым отдавая иной долг. Себастьян Арн, не так давно убивший на дуэли своего брата — он кто, невинная жертва обстоятельств или убийца, предатель либо образец благородства…
Мастер Фейт очнулся от своих мыслей, встретившись с потемневшими встревоженными глазами.
— Сматываемся? — деловито предложил Дамир.
Сейчас в нем мало что осталось от мальчишки, полчаса назад восторженно глазевшего на фейерверк.
Ну, вот, — мрачно подумал господин Фейт, — ты и втянул его в свои проблемы.
Кстати, получается, что Дамир своим нервным срывом возможно спас их обоих: почему бы не предположить, что Сказание, каким-то образом завалявшееся в третьеразрядной библиотеке, на самом деле приманка, с помощью которой вылавливают тех, кто может представлять угрозу. А он, как всегда, сунулся прямо в капкан!
— Нет, — внешне спокойно сказал врач, — мы ложимся спать.
Дамир прикусил губу и не осмелился больше ничего спрашивать. Естественно, что заснуть он не смог, и прислушиваясь в темноте, знал, что Фейт не спит тоже.
Поднявшись с постели после часа раздражающего ворочания, он решился войти, и увидел, что его покровитель сидит у стола, прижав к виску ладонь.
— Мастер, вам плохо?!
— Нет, ничего. Просто голова болит…
— Как вам помочь? — Дамир опустился перед ним, заглядывая в лицо снизу вверх.
— Само пройдет, — через силу улыбнулся мастер Фейт, — Иди спать, у нас завтра будет трудный денек.
Не успел Дамир вернуться к себе, как раздалось осторожное бряцание рапиры и скрип входной двери, мальчишка подскочил на постели, но не окликать, ни догонять не стал, только напряженно ждал, забившись в угол. Лишь под утро, расслышав наконец звук проворачиваемого ключа, сполз обратно под одеяло, ощутив, что все это время не шевелился и кажется даже дышал через раз, и тут же провалился в сон.
Господин Фейт вернулся незадолго перед рассветом усталый, но даже довольный. Его подозрения оправдались сполна, а это означало, что искать будут именно его, и им с Дамиром следует немедленно убираться из Кларесты. Хорошей новостью было то, что маги еще не успели раскинуть Сеть, и установить Зеркало Королевы, отражающее любые чары их источнику чудовищным откатом.
Он мог бы исчезнуть, затаиться в городе в ожидании удобного момента — это было неприятно. Нынешний образ врос в душу, так что сдирать его пришлось бы на живую.
Ворот в Кларесте семь, и у каждых скорее всего дежурят акколиты Совета.
Разумеется, он мог бы пробиваться силой, но…
Оба варианта были не приемлемы ввиду присутствия Дамира, которого он не мог поставить под удар. Даже если его отослать — мальчишка не пройдет через ворота: здесь они тоже закляты, и на флюиды темных реагируют ревом бешенного медведя, а Дамир еще не умеет закрываться полностью…
Оставался один выход, — чем сегодня и занимался доктор Фейт, навещая некоторых своих пациентов. С разбудив своего воспитанника с утра по раньше, он повел себя очень странно: вещи уже были собраны и они немедленно покинули снятое жилище.
Не успев пройти и пару кварталов, Дамир услышал испуганные крики и обернулся — дом был объят пламенем, потушить которое тщетно пытались соседи.
— Идем, — поторопил мальчика мастер Фейт.
Дамир посмотрел на него почти с ужасом.
— У всех есть прошлое, Дами… А там — оставалось слишком много наших следов, прочесть которые для мага не составит труда. Не бойся, дом наверняка застрахован, а на другие огонь не перекинется.
Дамир еще несколько раз оборачивался, — это был его первый настоящий дом, но происшедшее странным образом примирило его с собственной судьбой: он запомнил предупреждение Себастьяна Арна, и уж если даже такой человек, как мастер Фейт вынужден скитаться, каждый раз сжигая все за собой…
То, что мастер Фейт тоже обладает темными силами не вызывало у него никакого сомнения. Спроси его кто раньше, Дамир безразлично согласился бы, что темных стоит жечь — а как еще? Но теперь, он всем сердцем поверил, что принадлежность Черному цвету — это не приговор, и несправедливость к такому замечательному человеку не просто возмущала — ранила до глубины души.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
