Она прощается с мамой Полины. Это был последний клиент во "Фламинго" на сегодняшний день. Сейчас перекусить чего-нибудь и в машину, зарабатывать реальные деньги.
____________________
- Георгий Александрович! Глазам своим не верю!
Ну, это же надо было такому случиться, что первым в офисе он попался на глаза Ларисе Юрьевне, главбухше. А с другой стороны, рано или поздно все равно придется с ней пересечься, не сейчас, так позже.
- Ларочка! - он шутливо прикрывает глаза. - Я не видел тебя пару месяцев и забыл, как ты ослепительна!
- Гоша, Гоша... Ты все такой же! - довольно улыбается она.
Лариса Юрьевна и в самом деле ослепительна. На тонких пальцах штук пять колец в совокупности. Крупные серьги, пара цепочек. Все это золото блестит, слепит. Эта женщина лишена малейшего вкуса в одежде, по мнению Гоши. И сердца тоже. Вместо сердца у нее калькулятор. Зато у нее есть мозги, и это кое-что искупает.
- Как ты, Георгий? Как здоровье? - Лариса Юрьевна сочувственно похлопывает его по плечу - ее статус позволяет ей многое. А Гоша безмятежно улыбается, хотя внутренне кривится. Кажется, Лариса состоит из одних углов - болезненно худая, вечно на диетах. Острое все - локти, колени, нос. Даже косая челка, длиннющие, в каких-то немыслимых нарисованных цветах ногти, даже острые носки туфель и ассиметричный край юбки. Не женщина - дикобраз какой-то! Как с ней Гришка спит? Колется же наверняка! Гоша усмехается своим мыслям.
- А что нам, кабанам? Все в порядке!
- Это ты-то кабан? - Лариса выгибает густо нарисованную бровь.
- Ну... кабанчик! - смеется Гоша. Ему не привыкать иронизировать над собой. - В общем, готов вернуться в строй и помочь тебе нести тяжелое бремя финансовой ответственности. Вот сейчас со своими девчонками переговорю, в курс дела меня введут. И к тебе приду. Кофе угостишь?
- Конечно, - Лариса скупо усмехается, в светло-голубых глазах - лед. Привыкла за два месяца быть единоличной финансовой королевой. Что ж, придется отвыкать.
Кивнув на прощание, он проходит дальше по коридору и открывает своим ключом дверь кабинета, рядом с которым солидная табличка: "Жидких Георгий Александрович. Финансовый директор".
____________________-
- Георгий Александрович!
- Яна Аркадьевна! А что так официально?
Со своей правой рукой, Яной Карачевой, он мог позволить себе и фамильярное обращение, и даже объятье и поцелуй в щеку.
- С непривычки, Гош. Как ты?
- Снова в строю, - усмехается он. Наедине они с Яной на "ты". Так проще. При других сотрудниках, разумеется, все было официально. - Как тут вообще без меня? Как Лариса себя вела?
- Как и ожидалось, - Яна устраивается напротив него, с другой стороны стола. - Война, Гош. Пока тихая и партизанская.
- Ну и ладно. Нам сейчас не до открытых военных действий.
- Как скажешь, мой генерал.
Яна - умница. Умница и красавица. Миниатюрная красавица блондинка с фигурой-статуэткой. Гоша всегда во всеуслышание заявлял, что к себе в финансовую службу сотрудниц исключительно по фигуре выбирает. И окружающие ему верили и могли думать все, что угодно. Но девчонки у него были все как на подбор - одна другой краше. А еще - умнички. Только он это не афишировал.
С Яной они понимали друг друга с полуслова. И именно поэтому ей сразу пришлось осознать, что с шефом ничего не светит. Хотя Яна была бы не против, он это видел. Но Гоша ошибок брата не повторял. Никаких романов на работе. Не смешивать бизнес и личное. Одного раза... хватило. Личного и вне работы - достаточно.
Яне было грех на него жаловаться. Служебного романа у них не приключилось, но Гоша был хорошим начальником. Входил в ее положение матери, в одиночку воспитывающей сына-школьника. Не требовал невозможного. Не забывал вознаградить за действительно хорошо сделанную работу. В общем, у них было полное взаимопонимание, Яна была его человеком. Его союзником. На будущее.
С заместителем Гоша просидел пару часов. После заперся в кабинете, открыл окно. Гришка, если узнает, втык ему даст за курение на рабочем месте, это запрещалось всем без исключения, даже ему - финансовому директору, брату генерального. Но на улицу идти - не хочется, нет желания ходить по лестницам, видеть кого-то. Наверняка масса желающих с ним пообщаться. А ему надо подумать.
Щелкнул зажигалкой, затянулся, выдыхая дым в морозный воздух. Ручка двери дернулась. Его нет. Для всех, всех без исключения кабинет пуст. Георгий пока не готов к общению. Он должен выработать стратегию.
____________________
- Ларочка, солнце мое, кофе бесподобен. Я так по нему скучал! И по тебе. Так не хватало, знаешь... поговорить с умным, понимающим человеком...
- Неужели тебе с братом не о чем поговорить? - Лариса отпивает кофе, миниатюрную чашку держит, оттопырив мизинец. Предполагается, что это изящно. Ну-ну...
В противовес своим мыслям Гоша заговорщицки улыбается сидящей напротив него за огромным столом женщине.
- Лара, бесценная, ты же знаешь, что Григорий Сергеевич - пень пнем в наших вопросах.
- Ну, прямо уж так и пень. Не забывай, ты говоришь о генеральном директоре!
- Ну, по сравнению с тобой, Ларисочка. Ты же у нас гений бухгалтерского учета!
- Ой, да ладно тебе, - она кокетливо вздыхает.
- На тебе все держится, Лариса! Если бы не ты!
- Кстати, Гоша... Твоя Яна тут опять пальцы выгибала! - жалуется Лариса Юрьевна.
- Да ты что?! - он недоверчиво качает головой, внутренне сцепив зубы. - Расскажи мне все.
Они набеседовали на три чашки кофе. Сейчас это единственно верная тактика - слушать, собирать информацию. И усыплять бдительность. Но как же это, черт побери, противно и обидно - чувствовать, что не владеешь ситуацией в собственном бизнесе. Собственном семейном бизнесе, который они с Гришкой строили не один год.
Остаток дня он провел, изучая переписку с банками.
Дома упал на диван, совершенно эмоционально и физически обескровленный. Как ему сейчас не хватает Люсиных рук. И про предписанную ею гимнастику он совершенно забыл. Да и сил нет.
_____________________
Григорий едва взглянул на открывшуюся дверь кабинета, а потом снова уткнулся в бумаги. По пальцам можно пересчитать людей, которые могли вот так, без стука, войти в кабинет генерального директора. На этот раз - Лариса.
