На другой день по всем селам разнесся слух о том, что известный предводитель басмачей и трое его подручных погибли при взрыве. Туманов сказал Пальван-аге, что этот слух надо уточнить и отправился на совещание отдела. Пальван-ага посмотрел ему вслед - и подумал: «С виду он очень простой, и как будто не отличается от других людей. Но какой он разумный и неустрашимый, храбрый и находчивый. Такие люди безусловно способны выполнять рискованную работу, Молодец, братишка, здоровья тебе и долгой жизни!»
* * *
В конце мая грабежи басмачей вдруг прекратились. Работники ГПУ заподозрили неладное. По этому поводу в Ташаузе было собрано специальное совещание. На совещании начальник отдела рассказал о вынесенных решениях по борьбе против басмачества и в заключение сказал:
— Как видите, басмачи бесследно исчезли. Наверное, временно изменили свои намерения. А, может быть, они лежат, укрывшись с головой, обидевшись, что чекисты им мешают? Я, конечно, говорю это в шутку, товарищи. Но это затишье обязывает нас серьезно подумать и соответственно этому построить свою работу. Основная тяжесть в борьбе против басмачества падает на товарища Туманова. Давайте сначала послушаем его мнение, а потом посоветуемся.
Туманов поднялся.
— Основываясь на полученных сведениях, я вот что хочу сказать. Организатор и вдохновитель басмачества в Ташаузском районе — английская разведка. Сколько бы ни было басмачей, действующих на нашей территории, руководит ими в общем одна голова. В настоящее время басмачи ушли в пески. Конечно, это неспроста. Но пока нам — тахтинским чекистам —не удается разобраться, почему они затаились. Мы пока над этим работаем.
Как только Туманов закончил свою речь и сел на место, начальнику принесли шифрованную телеграмму. Он внимательно прочитал ее и обратился к сидящим:
— Имея в виду нехватку хлеба в Ташаузе, власти республики выслали из Ашхабада через пески пятьдесят нагруженных верблюдов. Прошло три дня, как караван вышел из Ашхабада. Караван сопровождают вооруженные люди. Нам надлежит встретить его в песках.
— Теперь я, кажется, начинаю понимать, куда исчезли здешние басмачи, — сразу заговорил Туманов.
— Если понятно, Максим Максимович, караван встречайте вы. Ваш добровольческий отряд наиболее подготовлен. Бойцы знают пески. А теперь не задерживайтесь, приступайте к выполнению задания, — ска-вал начальник и объявил собрание закрытым.
* * *
Тумановский отряд добровольцев вышел в путь. Все взяли с собой продовольствие и волу на несколько дней. Очень большую помощь оказывало то, что все бойцы отряда хорошо знали пески.
Когда проникли в глубь Каракумов. Туманов и другие увидели верблюда с болтающимся недоуздком и без седла. Верблюд был очень смирным. Один из всадников подвел его.
Идя по следу верблюда, всадники вышли в пески. Вскоре они набрели на человека, лежащего без сознания. В его бедро попала пуля. После того, как перевязали рану, напоили и привели в сознание, этот человек, часто прерываясь, рассказал следующее:
— Я один из погонщиков верблюдов. Мы вели в Ташауз пятьдесят верблюдов, груженных зерном. Нао охраняли вооруженные всадники. Когда караван дошел до сыпучих песков, оттуда с криком вырвались басмачи и бросились в другую сторону. Наши охранники, обнажив сабли, стали их преследовать. В пылу погони наши на конях забрались в сыпучие пески. Но вскоре кони потеряли скорость. Ноги их по колено проваливались в песок. Через малый промежуток времени кони совсем остановились. В это время из-за небольшой песчаной возвышенности выскочили басмачи и, прицелившись, уничтожили всех наших охранников. Они захватили и увели пятьдесят верблюдов с верном и большинство погонщиков. Я же, получив рану в ногу, остался здесь. Верблюд, которого вы встретили, один из тех верблюдов.
Когда Туманов вместе с бойцами подъехали к месту гибели бойцов отряда, со стороны Ашхабада показался большой отряд.
Командир отряда захватил Туманова с собой, и они объездили всю местность вокруг. Увидев в яме место, где прятались и разводили огонь басмачи, они слезли с коней. Затем тщательно осмотрели это место, Если бы не было остатков костра, то от басмачей, сделавших здесь привал, никаких следов бы не осталось.
Командир отряда, прибывший из Ашхабада, уже сел на коня, а Туманов все еще ходил, изучая местность. Он искал хоть какое-нибудь вещественное доказательство, которое подтвердило бы блеснувшее у него предположение. Еще раз осмотрел место, где разводился огонь, кипятился чай, готовилась пища. Вдруг он остановился. На такыре были нарисованы палочкой крестики, три-четыре знака, похожих на умножение. «Где же я видел раньше такие крестики, нарисованные палочкой на земле?» — закрыв глаза, думал Туманов. В течение нескольких секунд он пропутешествовал по всем прошлым годам. Наконец вспомнил. Такие крестики рисовал на земле Мукым сердар.
Чем больше думал Туманов. тем больше Мукым сердар превращался в коварного врага. Но кроме трех крестиков, нарисованных на земле, не было никаких оснований так думать.
Действиями басмачей занялся отряд, прибывший из Ашхабада, а Туманов получил приказ возвратиться в Тахту.
* * *
На обратном пути в Тахту Туманову не давал покоя вопрос начальника ГПУ «Оставит ли вас в покое Мукым сердар, будучи связан с вами таким деликатным делом?».
Когда он возвратился из песков, то сам себе решительно ответил: «Нет, не должен Мукым сердар оставить меня в покое».
Хотя Туманов и ответил себе на этот вопрос, он не знал, чьими глазами следит за ним Мукым сердар, чьими ушами подслушивает. Даже предположить не мог.
Так же как и знаменитый Менделеев оставил место для неоткрытых элементов в своей таблице, Тума-нов тоже оставил место для неизвестного шпиона, сле-дяшего за ним. Не видя его, он уже дал ему характе-ристику.
Обмануть и тем самым нанести сокрушительный удар врагу, на военном языке называется искусством. Но возникшее положение требовало у Туманова наиболее тонкого искусства.
Однажды его вызвал начальник Ташаузского отдела ГПУ. Он невесело поздоровался с Тумановым и долго просидел, опираясь лбом на обе руки.
— Максим Максимович, — глухо заговорил начальник. — Власти республики, обратив внимание на ухудшение продовольственного обеспечения населения, снова послали из Ашхабада двести верблюдов с зерном в поселок Дарвазу, расположенный в самой глубине Каракумов, и поставили задачу перед ташаузца-ми встретить их. Для этого создан специальный отряд. Этот отряд должен увезти отсюда двести ненавьючен-ных верблюдов, чтобы забрать зерно из Дарвазы. О погонщиках верблюдов и разговора нет. Пятьдесят верблюдов с зерном, которых прислали в прошлый раз, попали к басмачам. Мы оба хорошо знаем, какая случилась беда. И до сих пор несем за это ответственность. Нельзя допустить, чтобы повторилась подобная история. Обязанность обеспечить безопасность возлагается на вас, Максим Максимович.
