– Нужно ехать в ресторан, убедить мастеров поработать ночью, иначе мы ничего не успеем! И самим браться за дело! Ну что – за работу?
ГЛАВА 6
Хромированная капсула лифта медленно сползала в неизведанные подземные глубины. Жданов и Малиновский согласно приказу президента Воропаева перебирались в располагавшийся в подвальном помещении производственный отдел. Их мужественные плечи подпирали деморализованную Викторию Клочкову – «генеральный секретарь» тоже была разжалована новым руководством в «помощники ассистента».
– Ничего. Прорвемся. Я слышал, что и на производственном этаже люди живут, – пытался ободрить товарищей по несчастью, а заодно и самого себя Роман.
– И крысы водятся, – доверительно шепнул Вике в самое ухо и подмигнул Роману Жданов.
– Мама моя... – причитала Вика, уткнувшись Роме в плечо.– Господи, такое даже в страшном сне не приснится. Воропаев – президент! Я в ссылке. Секретарь декабриста. Кем он себя возомнил? Царем? Александром Четвертым? Как же нам свергнуть это временное правительство? Я могла бы организовать массы...
Лифт замер, и его двери отворились с драматическим поскрипыванием, прервав пафосный монолог Виктории.
Троица выбралась в узкий, слабо освещенный коридор и принялась пробираться сквозь обрывки упаковки и сломанные ящики к дешевенькой крашеной двери в скромную комнатушку, заполненную разномастной, давно вышедшей из употребления мебелью. Этот склад ненужных вещей призван был превратиться в офис отдела развития производства...
– Я не могу здесь находиться! Это такой стресс! – причитала Виктория, закрыв руками уши. Через тонкие перегородки комнатки беспрепятственно проникал гул швейных машин и шум складских автопогрузчиков.– Счастье, что рабочий день уже завершился!
Клочкова заторопилась обратно в лифт – ей удалось набиться в компаньонки к Кире на ужин в симпатичном модном ресторанчике. А несгибаемые Жданов и Малиновский принялись обживать помещение. Разложили на столах графики выпуска продукции, схемы производственных циклов и технологические карты...
– Работу производства можно сделать более эффективной, – колдовал над расчетами Андрей.– Оборудование используются всего на шестьдесят процентов от своих возможностей!
Роман мечтательно смотрел вслед Виктории и демонстративно постучал по циферблату часов, чтобы прервать производственные изыскания товарища:
– А почему бы и нам с тобой, Андрюша, не завершить славный трудовой день? Давай поедем, оторвемся в каком-нибудь клубешнике. Расслабимся по-людски...
– Я буду работать! – отрезал Андрей.
Малиновский вздохнул – раз Жданов заделался заправским трудоголиком, придется сменить тактику. Он снова принялся искушать Андрея:
– Правильно – мы не можем сидеть сложа руки! У тебя, например, отлично получаются продажи! Тебе надо искать новых покупателей! Если ты найдешь серьезных покупателей, то и на теперешнем месте, сможешь влиять на ситуацию! Кстати, сегодня состоится одна презентация, где будет много подходящих людей – владельцы региональных торговых сетей, хозяева бутиков... Стоит туда сходить и отловить потенциальных клиентов!
– Продажи – это реальные деньги. Причем быстрые, – согласился Жданов.
– Люблю охотничий огонек в твоих глазах, Жданов! Еще не все потеряно! Едем! – Малиновский хлопнул товарища по плечу и подтолкнул к выходу.
Николай Зорькин в новом имидже, состоящем из кожаной куртки, синих джинсов, брутальных черных кроссовок и прически «скальп» из тщательно склеенных гелем волос, топтался у входа в здание «Zimaletto». Он очень рассчитывал, что его новый облик растопит каменное сердце Клочковой и заставит ее сменить гнев на милость. Но ему только что позвонила Пушкарева и просила отложить все дела и мчаться на подмогу – в ресторан Михаила. Понятное дело, он не мог отказать Кате и только недовольно пробурчал:
– С этой Пушкаревой никакой личной жизни, только общественная... – когда его таинственно потянули за локоть во тьму.
– Зорькин?
Николай испуганно оглянулся и увидал Жданова. Андрей скрывался в тени от пристального внимания Малиновского и подтащил к себе Зорькина.
– Я вас слушаю, – официальным тоном начал Николай, пытаясь скрыть испуг и вырваться из крепких рук Андрея.
– Я бы хотел узнать... – Жданов стушевался, деланно закашлялся и замолчал.
– Ну так спрашивайте. С чего вдруг такая нерешительность? – осмелел Зорькин.
– Действительно, – немного успокоился Андрей.– Я хотел спросить, как дела... у Кати?
– Все отлично. У нее интересная новая жизнь. Новая интересная работа. Новый интересный бой-френд...
– Интересный? – сдавленно переспросил Андрей.– И кто он? Разве не вы?
– Нет, я старый. То есть бывший... – Зорькин понял, что ляпнул лишнего, и как всегда в таких случаях стал хорохориться.– У Кати новый, но не хуже меня! У него большой ресторан. Такое модное место – называется «Мармеладоff»...
От удивления Жданов выпустил его локоть, и Николай поспешил улизнуть как можно скорее. Пред глазами Андрея будто сам собой всплыл телевизионный кадр – зрительный зал конкурса красоты, Катя ласково улыбается эффектному молодому человеку, а тот нагло держит ее за руку... Андрей встряхнул головой. Он сдавил виски, сделал несколько глубоких вдохов – но так и не смог прогнать навязчивого ведения...
Вечер не задался с самого начала.
Все вокруг – грохот модной музыки, изредка перебиваемый агрессивными выкриками ди-джея, экзотические коктейли, которые ловко смешивал серьезный бармен в консервативном галстуке-бабочке, мелькание полуобнаженных девических тел, заполнивших подсвеченный неоном танцпол, даже полезные деловые знакомства только усугубляли скверное настроение Жданова. Роман не задавал вопросов – в конце концов, любой человек имеет право на тихую грусть. Наконец Андрей со вздохом сознался:
– Я сегодня видел этого... Зорькина... Спросил про Катю... Она счастлива – у нее другой! – Жданов выглядел не просто подавленным, а по-настоящему несчастным.
– Нет повести печальнее на суше, чем повесть об Андрюше и Катюше, – вздохнул Малиновский и пододвинул приятелю бокал с виски вместо легенького коктейля.
Хорошо еще что он – Роман Малиновский – знает множество сильнодействующих средств от мужских печалей. Одно такое «средство» уже заметило Андрея и пробиралось к их столику – успешная модель, звезда мира рекламы, давняя подружка Андрея и просто красавица Наташа Ларина! Роман тут же сориентировался – сочувственно взял Жданова за руку, посчитал пульс и, подражая голосу именитого психотерапевта из телевизионной программы, сказал:
