И все же Ольга ни на минутку не позволила себе расслабиться, полностью отдаваясь своим песням.
– Ты чего из себя вылазишь? – толкал ее в бок Зюзя. – Так тебя только на два вечера хватит.
– Не бойся, я крепкая, – усмехалась напарница.
– Ну, смотри… – мельком бросал Баринов и дарил залу дежурную улыбку.
И все же ее работой он был доволен, даже до дома на собственной машине довез.
Ольга влетела в подъезд, зашла в лифт и вспомнила, как вчера вредный Морозов отзывался по поводу ее макияжа.
– Ничего, сегодня мы поступим мудрее, не будем дразнить гусей, – подмигнула она сама себе и достала зеркальце с платочком.
Аккуратнейшим образом она стерла помаду с губ, припудрила нос и поправила челку.
– Ну, теперь держись, храбрый мент! – лукаво блеснула она глазами и вытащила ключи.
В доме было тихо.
«Неужели спит? Вот гад, а? Девушка все губы стерла, а он…» – и Ольга шумно скинула сапоги.
Она принципиально старалась греметь, звенеть и даже исполнила коротенький отрывок из «Сильвы». Реакции никакой не последовало. Это уже оскорбляло. Она сменила репертуар – уже громче пропела «У Оксаны олигарх…». Тишина. Когда Ольга взвыла нечто из репертуара Витаса, по батарее бешено задолбили. Но из комнаты не раздалось ни звука.
– Ой, боже мой, помер, что ли? – Ольга испуганно кинулась в комнату Морозова.
Все было не настолько трагично – Вадима Владимировича просто не было дома.
– Предупреждать надо! – обиженно выкрикнула Ольга в пустой диван соседа. – А то еще немного, и меня бы выселили как злостную нарушительницу покоя!
Вообще со стороны Морозова это было форменным разгильдяйством – взять и не прийти домой, когда на часах… Ольга не поленилась, сбегала в свою комнату и посмотрела на будильник, – три часа! И даже дело не во времени! Как можно было не прийти домой, когда она приготовила борщ! И еще котлеты! По-киевски! Да она один только раз в жизни своему Николаю такие приготовила, потом месяц его не могла из кухни вытолкать! Даже на работу… Так и уволили Николашку за прогулы!
Ольга хлюпнула носом и решительно направилась в ванную. Ничего, пока она принимает душ, Морозов обязательно нарисуется. Ее Николай тоже, бывало, под утро появлялся, и ничего, она не ревновала… потому что дурой была! Оказывается, он в это время посещал Мерилин Монро. Или Татьяну, теперь фиг угадаешь. Но неужели и этот… замороженный опер тоже какую-нибудь Брижит Бардо обхаживает? От этой мысли стало неуютно.
– Да лишь бы в радость! – назло неизвестно кому заявила Ольга и включила воду на полную мощность.
Потом она решила… немножко заняться гимнастикой. Вовсе не потому, что Морозов еще не вернулся, и ей ужас до чего хотелось его дождаться, конечно, не поэтому, просто… просто выпала свободная минутка, а у нее теперь такая работа, что надо пристально следить за фигурой.
Потом оказалось, что она уже неизвестно сколько не баловала себя книгами… Короче, заявился Морозов только в шесть утра.
От него подозрительно несло спиртным, табаком и женскими духами.
Ольга даже толком не успела ни о чем расспросить его, только выглянула из комнаты, а этот неандерталец уже рухнул на свой диван, предварительно закрыв на замок дверь.
Ольга с остервенением влетела на кухню и сунула кастрюлю в холодильник. Если бы этот пингвин знал – она грела несчастный борщ четыре раза!
Утром Ольга проснулась от бодрого фальшивого пения, которое доносилось из ванной. Господин Морозов изволил мыться. Причем он уже позавтракал, о чем свидетельствовали грязные тарелки в раковине и заботливо оставленные на столе горчица и перец – хозяин дома тоже решил поделиться продуктами. Это умиляло и вселяло надежду на скорое примирение.
– С добрым утром, – со смущенной улыбкой сунулся в кухню Морозов.
Он только что вышел из-под душа, был свеж, бодр и завернут в полотенце по самые подмышки.
– А ты прекрасная хозяйка, – порадовал он комплиментом.
«Господи, неужели мужика сначала надо отходить по брылям, прежде чем в нем проснется джентльмен?» – подумала Ольга, но лицо ее непроизвольно растянулось в улыбке.
– Да чего там… Продуктов накупила, думаю… испортятся, не выкидывать же, ешьте… Может, говорить по-человечески начнете… – польщенно приняла она комплимент и тут же поняла, что ее опять куда-то не туда занесло. Пришлось исправлять положение. – А вы баночку не открывали? Совершенно изумительное ассорти! Я его так люблю!
Морозов крякнул:
– Я открывал… она в мусорном ведре… открытая валяется… пустая… Просто после вчерашнего отчего-то так на рассол потянуло! Прям сам себе удивился! Но я куплю! И поставлю! Зато я там эту… горчицу, ну, еще перец, если с борщом будешь…
Он ушел к себе, а она все еще стояла на кухне и глупо улыбалась. А может, этот Морозов не такой уж и отвратительный тип?..
Чтобы закрепить в его глазах себя «прекрасной хозяйкой», Ольга отправилась в ванную, открыла стиральную машину и скинула туда грязные вещи. Сначала решила постирать свои джинсики – они дольше всего сохнут, ну и Морозовские брюки – пускай вместе крутятся.
В это же время она еще и решилась на оладьи. А что? Времени до работы у нее целая уйма, не болтаться же возле телевизора! Да к тому же у нее сметана застоялась, опять же баночка вареной сгущенки есть – вчера специально купила.
Когда первая партия простиралась, Ольга ловко бросила в машинку свои блузки и парочку рубах соседа, а выстиранное белье аккуратно развесила в прихожей – натянутую веревку она нашла только там. Интересно, кого он там в прихожей вешает?
Руки были заняты оладьями, а голова Морозовым. Нет, этот Вадим Владимирович… Вадим… он вовсе не плохой мужик. И видный такой, когда побреется… И помоется… А злой, как овчарка, так это потому, что у него работа такая. Да к тому же он и жены-то хорошей не видел… Но сегодня он вел себя так, что сразу было видно: Морозов Вадим Владимирович – порядочный мужчина.
– Ты что – издеваешься надо мной, да?!! – влетел в кухню разъяренный «порядочный мужчина». – Не-е-е-ет, ты просто решила меня извести!!! Или ты мстишь мне?!
У Ольги прямо руки опустились. Ну какая шлея опять попала под хвост этому зануде?!
– Извольте объясниться… – от волнения она даже заговорила на старинный манер.
– Вот! Я же говорю – издевается, – прямо в полотенце плюхнулся на стул Морозов. – Нет уж, это ты изволь! На кой черт, спрашивается, тебе приспичило стирать?!! Ну зачем?!!
– Потому что… потому что я… чистоплотная!! Да! Аккуратная! И еще… хорошая хозяйка, вот! Сам сказал!
– Да уж, куда лучше – не успеешь из дома выйти, она уже вселяется! Не успеешь штаны снять, она их в стирку! На кой черт ты стирала мои брюки вместе с удостоверением?! Ты понимаешь – там мое удостоверение было!!
