– Нет. – Он сказал это резко. Его глаза сверкнули. – Не обманывайте себя. Доктора в недоумении качают головами и не дают никаких гарантий. – Он провел рукой по волосам и посмотрел на Индию.
От безысходного отчаяния, мелькнувшего в его взгляде, у Индии перехватило дыхание.
– Теперь вы видите, что я ничем не могу вам помочь, леди Деламер. Вы, конечно, можете прислать ко мне вашего поверенного, чтобы он представил соответствующие документы. Если наш брак законен, все претензии будут урегулированы.
– Брак был законным.
Он внимательно на нее посмотрел, но его взгляд оставался холодным.
– Понимаю. И были осуществлены брачные отношения?
Индия вскочила. Краска залила ей лицо.
– Как вы смеете задавать такой вопрос?
– Я должен. Позвольте напомнить: вы утверждаете, что вы моя жена. Если брак не был осуществлен на деле, его просто можно отменить. В противном случае или если есть наследники, дело будет гораздо более запутанным.
Такого Индия уже не могла вынести.
– Ах, запутанным? Ты так к этому относишься? Я ждала тебя! Я проверяла каждую партию раненых, которых привозили в Брюссель. Я бродила по дорогам и останавливала каждого английского солдата, чтобы узнать, не видели ли они тебя. Я ждала – неделю за неделей. – Ее губы дрожали, и она отчаянно старалась не заплакать. – Все это время я оставалась в Брюсселе, ухаживая за ранеными. Я надеялась, что кто-то из солдат знает что-нибудь о тебе. Иногда мне казалось, что я вижу тебя, твою дразнящую улыбку. А потом я слегла в лихорадке. Говорили, что я была при смерти. Вскоре после этого… – Ее глаза наполнились слезами. – Не важно. Просто скажи мне, как ты можешь смотреть на меня и называть наш брак запутанным делом.
Девлин Карлайл подошел к Индии и сказал сурово:
– Сядьте. Нет причины, чтобы…
– Не прикасайся ко мне. – Она была на грани срыва и понимала это. Но она ни за что не покажет свою боль этому бесчувственному незнакомцу в обличье человека, которого она любила. – Вы достаточно ясно выразились. Я… я должна уйти.
– Уже поздно, мадам. Останьтесь и немного отдохните. А потом я вызову вам экипаж. Сейчас вы не в состоянии идти куда-либо.
Индия оттолкнула его, и ее пальцы скользнули по его груди. Воспоминание заставило ее вздрогнуть.
Воспоминание о теплых твердых мускулах.
О сильных руках и тихом смехе.
И об удовольствии, которое он доставил ей в чудесном саду, в то время как в городе шли приготовления к войне. Луна поднималась все выше в небе, а они старались отодвинуть неизбежный рассвет, который их так скоро разлучит.
Индия попыталась заглушить в себе эти воспоминания. Слишком уж они были болезненными.
– Мне надо идти. Не задерживайте меня, прошу вас.
– Мне очень жаль, – только и произнес Торнвуд.
Горький смех вырвался из груди Индии.
– Только и всего? Вам жаль? Какой толк от жалости? – Она отступила на шаг. Ее глаза блестели от непролитых слез. – До свидания. До свидания, Девлин Карлайл. Не приходите к нам с визитом. Никогда больше не пытайтесь встретиться со мной. Я теперь для вас так же мертва, как вы для меня. Просто мне следует принять это как должное. – И она вышла из комнаты с гордо поднятой головой.
Глава 5
В течение следующих двух дней граф Торнвуд послал в дом герцогини Крэнфорд пять записок на имя Индии.
Все пять были возвращены нераспечатанными. Когда он послал в дом герцогини своего поверенного, чтобы поговорить с рыжеволосой наследницей, тот не был принят.
С каждой неудачей настроение графа Торнвуда становилось все мрачнее, и он, наконец, решил лично нанести визит герцогине Крэнфорд.
Он был встречен крайне недружелюбно.
Нет, леди Деламер никого не принимает.
Нет, она не примет письмо от графа Торнвуда.
Нет, вы ни при каких условиях не можете с ней встретиться, настойчиво повторил дворецкий и захлопнул перед Торнвудом дверь.
Вне себя от ярости граф вернулся к себе на Белгрейв-сквер. Если эта женщина хочет войны, она ее получит. Придя в кабинет, он сел за письменный стол, и через минуту его перо заскрипело по веленевой бумаге.
Письмо, однако, было адресовано не Индии, а Айану. Торнвуд ненавидел обходные пути, но он не знал другого способа добраться до упрямой женщины, которая называла себя его женой. И он непременно добьется встречи с ней, потому что их натянутый нервный разговор потряс его больше, чем он хотел себе в этом признаться.
Он пытался уверить себя, что прошлое есть прошлое, но это были пустые слова, а перед глазами стояло бледное, расстроенное лицо и дрожащие руки Индии Деламер.
Ночь тоже не принесла облегчения – странная боль сжимала сердце.
Улицы вокруг Белгрейв-сквер были освещены лунным светом, и тишину нарушил лишь шум одинокого экипажа, минуту спустя дверь в кабинет графа Торнвуда с шумом распахнулась.
– Что вам от меня надо? – Индия Деламер была вне себя от гнева, ее щеки пылали.
– Я рад, что вы получили мое послание. Разрешите помочь вам снять плащ.
– В этом нет необходимости, потому что я не собираюсь оставаться. – Она сердито сбросила с головы подбитый шелком капюшон. – Я просила вас оставить меня в покое, но вы терроризируете меня письмами. Что за игру вы затеяли?
– Это не игра. Я просто хотел убедиться, что… вы хорошо себя чувствуете.
– Очень хорошо, благодарю.
– Почему вы не прислали ко мне вашего поверенного?
Индия пожала плечами.
– Я сообщу вам о своем решении, Когда сочту нужным. А теперь, если у вас больше нет вопросов, милорд…
– Нет, погодите.
Его пальцы сомкнулись вокруг ее запястья – он непроизвольно повторил жест, который она сделала всего три дня назад.
Неужели прошло всего три дня? Торнвуду казалось, что прошла целая жизнь.
– Остаться для еще одного унизительного допроса? Не собираюсь. Вы написали Айану, что должны поговорить со мной о срочном деле. Поэтому я и пришла. Но я вижу, что это была ложь.
– Нет. Но есть кое-что еще. – Торнвуд медленно вытащил руку из кармана. – Я разбирал старые бумаги и наткнулся на это письмо. – Он протянул ей сложенный лист бумаги. Между складками лежала тонкая кружевная перчатка. – Узнаете?
– Это моя перчатка, – побледнела Индия.
– Она была в письме, которое вы мне прислали. В нем вы написали, что эта перчатка хранилась в вашей семье более двухсот лет. Мне показалось, что будет правильно, если я вам ее верну сейчас, когда…
Индия взяла перчатку.
– …когда наши клятвы уже не имеют значения? – Она горько рассмеялась. – Как трогательно. Большое спасибо за оказанную любезность, милорд.
– Не надо, леди Деламер.
– Не надо что? Не надо убиваться? Не надо удивляться, что земля ушла из-под моих ног и я могу в любую минуту провалиться под той тяжестью, от которой никогда не смогу избавиться? – На секунду слезы затуманили ей глаза. – Не тратьте на меня свое сожаление. Я это переживу, как пережила все остальное, лорд Торнвуд. А пока я буду вам благодарна, если вы прекратите вмешиваться в мою жизнь.
