глаза в ожидании чего-то непосильного по бюджету.
– Сто восемьдесят рублей, пожалуйста, – сказал кассир. Улыбка растянулась на моем лице, деньги легли на стол, а я схватил клапан и понес пацанам вместе с новоиспеченной хохмой. Кто бы знал, что этот автомобиль мне окажется действительно по карману!
Адские пробки в Краснодаре сопровождали нас всеми 10 баллами загруженности. Первым делом нам надо было оформить страховку, что было крайне разумно с учетом стиля моего вождения. Оказалось, что на белорусскую машину сделать страховку можно исключительно в Беларуси. Этот неприятный факт нас немного подкосил, но смотивировал погулять по Краснодару на своих двоих и набраться сил перед следующим броском. В парке Сергея Галицкого мы нашли свой часовой покой. Никогда не думал, что в России есть настолько красивые парки. Ни парк Горького, ни ВДНХ, ни даже Зарядье не могут сравниться с этим местом. Начался ливень, но мы не растерялись, сняли кроссовки с носками и пошли по дороге босиком.
Время двигалось к вечеру, а потому мы решили озаботиться вопросом ночлега. Благо в Геленджике живет мой дядя Вова с его лабрадором, Ефратом, который с радостью предложил нам ночлег.
Мы подошли к забору, на который набросился толстый, как боров, Ефрат, который пытался нас облизать. Мы с ребятами поужинали вместе с моим дядей и упали в объятия кроватей. Отоспавшись за бессонные ночи в «G13» и день дороги, мы снова взялись за баранку и погнали в Симферополь по Крымскому мосту. Время нашему трио расшириться до квартета.
Полуостров
ДИМА
Решение остаться в Москве на несколько дней, вместо того чтобы вовремя стартануть с ребятами, действительно было сделано в пользу написания очередной курсовой работы и посещения соответствующей консультации. Я купил билеты в Симферополь и отправил парней в путь-дорогу.
Естественно, как настоящий энтузиаст, я ничего не сделал за отведенные для курсача дни и просто приехал к пацанам на три дня позже изначально запланированного. Меня отвез в аэропорт мой кореш, Андрюха Федотов, и я в очередной раз испытал искреннее удовольствие от того, что кто-то тебя провожает или встречает с дороги. Я сам так постоянно делаю, даже если мне это не совсем удобно по времени. Для меня лишний раз приехать в аэропорт и кого-то отвезти – это прикоснуться к дороге – самому дорогому, что есть в моей жизни.
После двухчасовой телепортации в Симферополь я выяснил, что парни еще достаточно далеко, поэтому я засел в аэропорту и стал делать всякие дела на ноутбуке. Это очень прикольное ощущение, когда ты осознаешь, что реально можешь работать откуда угодно, имея при себе всего лишь ноутбук.
Спустя еще пару часов ожидания девятка перевалилась через череду лежачих полицейских, равномерно распределенных вдоль здания аэропорта, и я оказался за рулем. Времени было около 4–5 вечера, поэтому мы не особо успевали доехать до каких-либо достопримечательностей. После неконтролируемого ржача, который мы устроили в придорожном кафе, потому что давно не виделись, мы стали присматривать место для ночлега. Место на карте выбирали по принципу «чем смешнее название, тем больше вероятность, что мы туда поедем». Таким образом мы выдвинулись в населенный пункт с названием Сахарная Головка.
По пути выяснилось, что у нас достаточно сильно убывает масло. Мы обнаружили, что масляный фильтр был недостаточно плотно прикручен, поэтому, устранив такую проблему парой движений, мы ощутили себя прирожденными механиками и были уверены, что проблема устранена навсегда.
Зафиксировавшись в Сахарной Головке, мы с пацанами развели костер, приготовили ужин и под непрекращающийся гогот гусей проводили наш первый день в полном составе.
Просветительская программа «Бауманцы. Жигули. Крым» началась с Севастополя. Не впечатлившись этим городом примерно ни насколько, мы двинули на Фиолент – мыс, который Федя рекламировал как последний продажник. Как будто он дозвонился вам на телефон и впаривает курсы английского, потому что «ваш номер выиграл в конкурсе и вы получите скидку в 130 процентов на наши занятия». Ну 130 так 130. Мыс действительно был крайне живописным и подарил нам как минимум несколько крутых фотографий команды в полном составе: Федька, Петька, Димка и девятка. Помимо Фиолента, Ронжин высмотрел на maps.me[22] некую смотровую площадку неподалеку от нашего местоположения, и, естественно, мы туда поехали, миновав несколько предупредительных знаков, запрещающих движение по дороге, которой ехали.
Петя и выступ
Точкой, на которой мы оказались, был роупджамповый экзит – так называется небольшой деревянный мостик, с которого люди прыгают вниз с тарзанкой. У нас не было тарзанки, но была камера и желание сделать крутые фотки, поэтому мы по очереди начали выходить на эту относительно убедительную деревянную конструкцию и позировать фоторужьям друг друга.
Выйти на площадку два метра на метр, вокруг которой обрыв в несколько десятков, а то и сотню метров – преодолеть тот самый страх высоты, который у меня пусть и не в суперъяркой форме, но все же проявляется. Это своего рода медитация – ведь все, что тебе нужно сделать, это просто постоять на ногах на ровной поверхности. Мы же умеем стоять и умеем стоять на ровной поверхности, но почему тогда это так страшно?
Я в очередной раз выполз на лист фанеры, прикрученный к скале, выровнял дыхание и начал подниматься. На мне не было одежды выше пояса, потому что я хотел максимально прочувствовать ветер и пропустить его сквозь и вокруг себя. Я старался отпустить абсолютно все мысли: о ветре, который мог меня буквально сдуть, о недописанном курсаче, который ждал меня в папке на рабочем столе, и о всех тревожностях, которые могли возникнуть внутри меня. Тогда существовал только я, поверхность под моими ногами и Ронжин, который орал где-то вдалеке и просил повернуть голову на 3,5 градуса вправо.
Пробежавшись по заброшенным военным тоннелям и понаблюдав за курсирующими вокруг группами мотоциклистов, мы выдвинулись в Балаклаву. Городок встретил нас размеренным ритмом, рынком и десятком странных заведений. Они были вроде как рассчитаны на туристов, но при этом были непривлекательными от слова совсем. Наш корабль пролавировал между маршрутками и оказался в бухте города. Здесь у нас была запланирована следующая ночевка.
Забравшись на самую крайнюю и по совместительству высокую точку мыса, мы присмотрели площадку для палаток и принялись обустраивать свой лагерь. Достаточно быстро нас застала темнота, и мы с видом на сотню огоньков бухты стали травить истории о первой любви, проблемах в отношениях и обо всех самых дворовых, мужских и дорожных темах. Бесценное время. Наверное, только погружаясь в такие моменты, от меня уходит это самое неприятное чувство тревоги, от которого мне всегда очень
