здесь, как рыба в воде. Впрочем, почему и нет, коли он местный, бывший вояка, да к тому же командир отряда, возможно знатного рода, а потому манеж для него место обычное. Во дворе манежа мы пересекли мощёную площадку, прошли через широкие ворота и оказались на пустынном бульваре. Аллея со старыми причудливыми деревьями с красно-зелёными резными листьями протянулась дальше, а Болк прямиком пересёк бульвар и направился к увитой лианами невысокой невзрачной арке. Там в конце неухоженного дворика с высохшим фонтаном виднелся вход в особняк. Подойдя поближе, я подумал, что назвать это двухэтажное здание особняком всё-таки было преувеличением. На фоне соседних высоких и шикарных домов он выглядел бледновато. По бокам полукруглой каменной лестницы стояли два ряда чуть подсвеченных снизу колонн, над которыми нависал фигурный карниз. По бокам виднелись забранные решётками окна, а между колонн — глубокая ниша с простыми раздвижными дверями. Болк поднялся по лестнице, приложил руку к запирающему устройству и что-то сказал. Дверь раздвинулась, и здоровяк махнул нам рукой, приглашая зайти.
Как выяснилось, привёл он нас в штаб сопротивления. Меня сразу удивил резкий контраст между пустынным безлюдьем снаружи и оживлённой суетой внутри. Движение в помещениях особняка сильно напоминало разворошённый муравейник, или растревоженный улей. И причина была понятна — полный провал сегодняшнего восстания. Раздвигая могучим плечом встречных поперечных, словно ледокол льдины, Болк сразу повёл нас в глубину особняка. Добравшись до постоянно движущихся лифтовых площадок, он растолкал желающих подняться и впихнул нас на подошедшую секцию.
На втором этаже было чуток поспокойнее.
— Друзья, прошу вас подождать здесь, — сказал Болк и вошёл в одну из дверей, оставив нас в коридоре.
Не прошло и минуты, как за дверью раздались шум и крики, а потом оттуда выскочили двое и бросились бежать по коридору, за ними чуть погодя спиной вперёд вылетел ещё один и, потирая челюсть, с ошеломлённым и испуганным видом забежал в лифт. Ещё через минуту дверь распахнулась, и из неё высунулась красная свирепая физиономия Болка:
— Заходите.
Удлинённое помещение с закруглёнными углами и сводчатым потолком не имело окон, но было ярко освещено. Круглый стол-бублик охватывал матовую полусферу с экранами по кругу, в которых мелькали изображения и тексты. В этом немаленьком помещении находился только один человек в тёмных одеждах, с совершенно седой густой шевелюрой, бледным лицом и тёмными ярыми глазами. Он сидел в кресле с высокой спинкой, глядел на нас тяжёлым изучающим взглядом, молчал и хмурился.
— Без этих проходимцев и дышать здесь станет легче. Превратили борьбу в кровавый фарс, твари. Зато теперь можно спокойно поговорить с мудрым Тайром, — пропыхтел Болк, постепенно успокаиваясь.
Седой окинул нас взглядом, указал на ближайшие кресла и вопросительно уставился на меня.
— Моё боевое имя Очер, а это мой спутник Отила, — представился я и продолжил, — на вашей планете мы чужаки и оказались здесь случайно по просьбе нашего друга. Он оставил нас ненадолго, отлучившись по важному делу, и пропал. Мы не можем с ним связаться, а это важно, поскольку без него мы не можем покинуть вашу планету и вернуться домой. Мы не ожидали попасть в гущу беспорядков, и наше положение осложняется тем, что мы совсем не знаем местной обстановки. Вы нас не знаете, и доверять не можете, но нам совершенно некуда обратиться за помощью, и потому просим об этом вас.
Седой внимательно слушал сдвоенную транслингвером мою речь и машинально потирал лоб.
— Это не твоё имя, но меня удивило не это, а ваши лица и твой родной язык, который мне что-то напомнил. Что касается твоей просьбы, то кратко объяснить не получится. Наберись терпения и слушай.
Я весь обратился в слух, рядом ёрзал в кресле, устраиваясь, коротышка Отила, а с другой стороны втиснулся в сиденье здоровяк Болк. Седой Тайр прикрыл глаза, помолчал минуту и начал, а транслингвер немедленно дублировал мне в уши:
— Вам, действительно не повезло попасть на нашу гостеприимную планету в самые тёмные и страшные времена. — В голосе Тайра сквозила горькая печаль. — Нынешнее восстание — жест отчаяния, заведомо обречённый на поражение. Как и ваш знакомый командир Болк, я был против безнадёжного выступления и вообще против необдуманных и поспешных действий. И вот опять убиты и замучены тысячи наших братьев, и эта утрата невосполнима. Я искренне скорблю по ныне убиенным, и ещё больше от того, что бессилен что-либо исправить. Что касается твоей просьбы, то мне придётся начать издалека, поскольку вы чужаки не знаете нашей истории и нашей трагедии.
Нас часто называют по имени нашей планеты — дезмы. Наша цивилизация относительно молода, всего около полумиллиона лет, и за это время созданы великие творения и достижения. Нам тоже не приходится стыдиться своих успехов и своих деяний. Вместе с тем, исполненные стремления творить и созидать мы не увидели страшной смертельной угрозы нависшей над Дезмой. Самое постыдное то, что беда не обрушилась вдруг, все видели странные признаки и предпосылки, вот только в гордыне своей презрели их. Оказывается над нами давным-давно висела скрытая опасность, с тех самых пор, когда на северном континенте обнаружили месторождение бербона, будь он трижды проклят. Ах, да, вы же чужаки и не знаете. Так в этом секторе галактики называют сверхтяжёлый элемент с порядковым номером 160 и атомным весом 320. Как выяснилось, бербон оказался стабильным, не радиоактивным и невероятно энергоёмким элементом. В критической массе он локально влияет на гравитационное поле и так искажает пространство, что позволяет современным двигателям почти мгновенно перемещаться на сотни тысяч световых лет. Кроме этого бербон может много ещё чего, но проблема в том, что он крайне редок, планеты, на которых он встречается можно по пальцам пересчитать. Более того, он рассеян в массе магнитных пород и добывается трудно и мало. Потому бербон запредельно дорог, по сути, является универсальной валютой в галактике, что и сделало его самой желанной добычей или трофеем. Открыт он давно, но у нас найден только около сотни циклов назад.
Именно поэтому на планету и вторглись сейры. Мы издревле мирный народ и не смогли противостоять до зубов вооружённым агрессорам. Сейры сразу захватили все центры управления, главные города, транспорт, связь и всё производство. На самом деле их интересовал только бербон. Ради этой цели захватчики опустошили все города и территории, согнав население в рудники, фабрики обогащения, в предприятия транспортировки руды и шлака, и на хозяйства выращивания продуктов питания. Сотни миллионов дезмов работают в скотских условиях и мрут, как мухи. До полной деградации и гибели нашей цивилизации остался один шаг,
