по загону. Каждый со своим ящером. На лицах парней отстраненность и восторг. Они так же, как и я общаются со своими подопечными. Только долговязый, баюкающий обожжённую руку, выбрался наружу. Рядом с ним маг — целитель. Судя по тому, что в его глазах только злость, заклинание, снимающее боль, уже применили, а вот то, что смотреть на меня положено с благодарностью, никто не объяснил.
— Все непричастные свободны. Парням, тем, кто не принимал участия в испытании, вернуться через два часа, девушки — идёте по расписанию.
Вроде всё ясно, но никто не спешит уходить. Не каждый день можно посмотреть, как укрощают ящеров.
Магистр приближается ко мне до неприличия близко. Мне опять становится душно. Он буквально нависает надо мной, его слишком много.
— Нет, — вырывается у меня.
— Ну-ну, детка, успокойся.
Он протягивает руку и покровительственно треплет меня по щеке. Это не очень похоже на преподавательское поощрение ученика. Я невольно отшатываюсь. В глазах магистра загорается огонёк, и в этот миг рядом раздаётся злобное шипение. У нас с Рокси теперь ярость одна на двоих.
Лёгкая досада в глазах магистра, и он делает шаг назад.
— Строптивая крошка, тем интереснее, — на его губах хищная улыбка.
Рокси выпускает из пасти облачко дыма. Магистр отступает ещё на шаг.
— Мастер Ренни! — раздаётся знакомый голос.
Глава 13. Ещё поговорим, Рыжая!
— Мастер Ренни!
А вот это приятная неожиданность, можно сказать спасение. Ибо магистр отвлекается от меня.
За загородкой стоит Лера в тёмно-красной амазонке. Первый раз испытываю удовольствие при виде её. Как и положено великосветской наезднице, на ней широкая длинная юбка. Но сверху всё вызывающе до неприличия. Короткая курточка расстёгнута не из-за жары, а по необходимости. Грудь девушки явно не помещается внутри. Интересно, она специально надела такую тесную одежду?
Ощущение, что подход к гардеробу у них с магистром Рэйнером один на двоих. Парни уставились на неё, забыв обо всём. Но сама Лера смотрит на меня, едва сдерживая бешенство. Нет, всё-таки так себе неожиданность, не очень приятная. Теперь она точно попытается мне отомстить. Вот только в чём я перед ней провинилась?
— Мастер Ренни, — капризно повторяет она, переводя взгляд с недостойной меня на магистра, вы обещали покатать меня на Хрусте.
— У меня занятие, — рычит магистр.
— Я вижу, — в тон отвечает Лера.
Они меряются взглядами. Уж не знаю, чем она берёт его, но он неохотно уступает.
— А впрочем, уже всё. Иду.
Он обращается сразу ко всем запечатлевшим ящеров:
— Ждёте здесь. Я пришлю служителя, он покажет, где живут ваши ящерицы, и объяснит, как за ними ухаживать.
Он всё ещё стоит рядом со мной и, прежде чем отойти, тихо, так чтобы слышала только я, многообещающе бросает:
— Ещё поговорим, Рыжая.
— Спасибо, Рокси, — шепчу я, поглаживая ластящуюся ко мне чешуйчатую красавицу.
Я почти счастлива, единственная заноза, это внимание ко мне магистра. И меня это не радует. И вообще, что происходит, стоило уехать из родной обители, и вот вам, каждый считает, что он вправе хватать меня. Этот любвеобильный магистр, у которого, наверное, в каждой обители растут дети. А ещё раньше тот нахал в трактире.
Ох, лучше бы я о нём не вспоминала. При одной мысли о том неожиданном поцелуе по спине снова пробегает стадо мурашек. «Мы ещё увидимся, Огонёк». Глупости какие. Где мы можем увидеться? Ни малейшего шанса в огромной столице. Да и незачем.
Рокси толкает мою руку и тоскливо скулит. И я снова не могу понять, это её тоска, или моя. Почему я не могу забыть синеглазого наглеца? Кедр и можжевельник, а ещё волшебный терпкий и пряный аромат кожи. Рокси тихонько взвыла. Прости милая, я не о том думаю. Нам теперь с тобой вместе справляться с нашим общим настроением. Пора забыть незнакомца, которого я никогда не увижу.
— Что это было? — встречает меня Кора, когда, выслушав все инструкции служителя, и попрощавшись с Рокси, я покидаю загон. Остальные студенты уже ушли, и мы с ней остались вдвоём.
— Ты о чём?
— О твоих отношениях с магистром.
Нет никаких отношений.
Он канах.
— Я помню.
— И вряд ли тебя вернут в обитель для детей высших магов.
— Кора, успокойся, я всё понимаю, я не подпущу его к себе. Сегодня он застал меня врасплох. Да и не было ничего.
— Ну да, ничего. Теперь слухи разлетятся по Академии. Хотя почему разлетятся? Уже разлетелись. Девчонки просто глазами вас жрали.
— Меня больше беспокоит Лера.
— И это тоже. Я тут маленько послушала местные сплетни. Лера метит в императрицы, не меньше.
— Это как? Выйдя за канаха?
— Я сама в шоке. Я столько интересного узнала за эти несколько часов.
Интересно, когда она всё успевает.
— Ты знаешь, что раз в двести лет император передает свою власть и свою магию? Не спросишь кому?
— Кому? — послушно повторила я за ней.
— Победителю третьего этапа состязаний.
— Вот просто так передаёт?
— Не просто, а во время ритуала. Бог-император переливает в избранного канаха свою магию и власть. Потом он умирает. А у нас новый император.
— Первый раз об этом слышу.
— Последняя передача была как раз двести лет назад. Все сейчас только об этом и говорят. А магистр Рэйнер, шесть лет подряд победитель. Главный кандидат. Поэтому Лерочка в него и вцепилась…
— А почему я об этом не слышала?
— Потому что ты высшая. С такими как ты слуги не сплетничают.
— Так это всего лишь сплетни и слухи?
— Ты не веришь?
— Трудно поверить. Зачем Императору отдавать кому-то свою силу?
— Затем, что тело не вечно. Император сильнейший маг и стареет медленнее, чем простые смертные. Но когда приходит его время, он не уносит магию с собой, а передаёт избранному. Говорят, — Кора понизила голос до шёпота, — император уже год как не может ходить. Его время сочтено. Только не говори никому. За такие слова и казнить могут.
— Кому я скажу кроме тебя? Идём домой. Ужин скоро, помыться надо. От меня палёным пахнет после этих ящеров.
Глава 14. На канате
Больше всего неприязни люди испытывают к тем, кто им бескорыстно помог. А уж если мужчина оказался слабее женщины, как такое перенести…
Когда я лезла через загородку, путаясь в своей юбке, меньше всего я думала о потеплении отношений с сокурсниками. Но и того холода, которым меня окатили на следующий день, я не ожидала.
Прямо-таки возникло желание огоньком вдарить по ледяной корке взглядов, просто так, чтобы согреться.
Из четверки,
