— Я думаю, Олф сам знает, сколько стражников надо для этого дела, — отозвался лорд, не отрываясь от карты, — Нам остается только ждать.
Ион отложил свиток, который внимательно читал, и спросил у ведуньи:
— Сольвей, а на что была похожа та дверь?
— На дверь, — коротко ответила она, хотя и прекрасно понимала, что имел в виду книжник. — И конечно, она сделана не при помощи заклинаний, я бы почувствовала. Да и нашли бы ее давно…
И раньше, и теперь нередко встречались предметы, созданные кем-то с помощью заклинаний. Чаще всего это почему-то были ложки, похожие на бронзовые. Но почему-то они жгли пальцы тем, кто брал их в руки, а любая пища, если ее зачерпнуть такой ложкой, превращалась в смертельный яд. Мечи, рожденные заклинаниями, рассекали живую плоть, не замечая на пути костей, а доспехи от их ударов разлетались в пыль, и они были бы страшным оружием, если бы хоть один человек мог взять их в руки. Ведуны уже несколько веков назад, изучая сами предметы, раскрыли заклинания, с помощью которых они были созданы, и тут же постарались их забыть — такая страшная уродливая сила была в них заключена. В книгах сохранились только записи заклинаний, способных превратить колдовские предметы в ничто. Но кто, где и когда их создал, для ведунов оставалось загадкой. Только Служители Храма не отрицали, но и не утверждали, что знают ответ…
— Значит, ее сделал обыкновенный кузнец в обыкновенной кузнице… — задумчиво сказал Ион.
— Выходит, уже и люди начали служить Нечистому… — мрачно сказал лорд, откинувшись на спинку резного кресла, стоявшего в трапезной с тех пор, как был построен замок.
— Такое случается, и нередко, — ответил Ион. — Есть масса легенд, преданий, свидетельств, которые это подтверждают. Я могу принести свитки и зачитать.
— Верю, — коротко отозвался лорд, и привставший было Ион снова уселся.
— Во всём нашем Холме не больше дюжины кузен, — решился подать голос Юм, всё еще опасавшийся, что его могут отправить спать. — А в соседних — и того меньше. А издалека тащить такую тяжесть никто не стал бы.
— Ну, у нечисти свои представления о тяжести и о далеке, — проворчал Ион, но в глазах его мелькнуло одобрение. — Но проверить всё равно стоит.
— Пусть на эту дверцу посмотрит мастер Клён, — предложила Сольвей. — Он ведь старшина цеха и, только раз взглянув на изделие, может определить, кто и когда его сделал.
Лорд кивнул в знак согласия, и вновь трапезная погрузилась в тревожное молчание. Слух о том, что неподалеку от замка обнаружено убежище оборотней, как его ни старались скрыть, разнесся моментально и уже оброс огромным количеством подробностей. Например, кто-то уже утверждал, будто оборотни начали рыть подкоп под стены замка и скоро начнут таскать людей прямо из домов. Паника еще не началась, но люди почему-то даже днем перестали выходить за ворота.
— Вот если бы эта тварь, оборотень тот, не припозднилась, мы бы об этом схроне ихнем так и не узнали, — сказал сотник Дан, потирая мозолистой ладонью рукоять меча. — И кто знает, сколько их еще в наших лесах понатыкано. Но чтобы оборотень с кузнечным молотом в лапах или хотя бы с лопатой — ну не верю я в это. Может, не только кузнецов, но и землекопов поищем…
— Оборотню, чтоб копать, лопата ни к чему, — заметила Сольвей. — Им и когтей хватило бы…
Отыскать и завалить землей убежища оборотней казалось верным способом избавиться от них или хотя бы сделать так, чтобы их стало поменьше. Но всякий раз, когда впереди, казалось, маячила слабая надежда на лучшие времена, неожиданно обрушивались новые бедствия. Люди Холмов начали с опаской относиться к любым надеждам.
— Если эти норы копали люди, их вряд ли оставили в живых, — проговорил лорд, подавляя зевок. — Я всё-таки предлагаю всем, кто может, слегка вздремнуть. Всё равно наше решение будет зависеть от успехов Олфа и его стражников.
К началу третьей ночной стражи, когда слуги в пятый раз сменили прогоревшие светильники, в трапезной остались только сам лорд, книжник Ион, Сольвей и сотник Дан. Юный лорд тоже никуда не уходил, но он спал, свернувшись калачиком в большом кресле, стоявшем у стены, и видел странный тревожный сон, в котором он бродил по мрачному лабиринту, и свеча то и дело гасла. И тогда неведомо откуда появлялась Сольвей, давала ему новую горящую свечу и незаметно исчезала.
Лишь перед самым рассветом голос боевого рожка Олфа, знакомый любому жителю Холм-Дола, раздался у ворот замка. Из узких высоких окон трапезной был виден поднятый мост, освещенный огромным торфяным факелом, который всегда зажигали на сторожевой башне, как только темнело. И нетрудно было разглядеть, что все семь дюжин стражников вернулись назад. Но некоторые из подошедших к воротам воинов несли кого-то на себе.
— Не оборотней же они сюда притащили… — вслух подумал Ион, глядя, как стражники ступили на опустившийся мост.
— Такое могло прийти в голову только такому книжному червю, как вы, — с усмешкой отозвалась Сольвей. — Это люди, жертвы оборотней, и они нуждаются в моей помощи.
Олфу, едва он вошел в ворота, сообщили, что лорд ждет его немедленно, и вскоре он уже вошел в трапезную, успев только скинуть плащ и сменить обляпанные грязью сапоги на войлочные краги.
— Мой лорд, — сказал он, поклонившись. — Сегодня удача нас не оставила.
Эрл Бранборг жестом призвал слугу и приказал:
— Большую кружку горячего грога для Олфа! И пусть его стражникам вынесут целую корчагу.
Когда всё было исполнено, Олф уселся на скамью и начал рассказывать:
— Сперва мы ту яму обыскали. Она оказалась похожей на лабиринт, двое стражников там чуть было не заблудились. Нашли там троих оборотней — убили. Там еще были, но мы их искать не стали, просто вход завалили как следует — не откопаются, там и издохнут. А как стемнело, мы напротив, на склоне, затаились и пристрелялись заранее по месту. А как луна взошла, так они и пошли один за другим — по двое, по трое. Мы едва одних успевали завалить да оттащить, как другие заявлялись. Ну, мы стреляли уж с опаской, потому что они, оборотни то есть, на себе всё больше людей тащили, не то чтобы мертвых или пьяных, а одурманенных каких-то…
— Простите, Олф, — прервала его Сольвей. — Мой лорд, я пойду посмотрю, что с этими людьми. Может быть, приведу кого-нибудь в чувство.
Лорд едва заметно кивнул, Сольвей вышла, а Олф продолжил:
— Набили мы их дюжин пять, не меньше. А бедолаги эти — вроде и не ранен никто, а слова сказать не могут, идут еле-еле, будто не видят ничего и не слышат. Пришлось сюда чуть не на руках тащить — дюжина их там с лишним…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
