Читаем без скачивания Мародёры - Александр Ансуз

В отличие от всей родни только мама очень хорошо знала и понимала Сашу. Она знала, что, когда ему тяжело, он предпочитал быть в одиночестве. В одиночестве он зализывал свои раны и справлялся с трудностями. Он не принимал сочувствия ни от кого, и только от очень близких людей принимал понимание. Именно поэтому все это время мама лишь неотступной тенью ходила за ним, внимательно следя за тем, когда ему вдруг понадобится помощь. И Асов знал это и, чтобы не обидеть маму, регулярно показывал ей, что не забывает о ней. Он оборачивался, искал ее взглядом, их взгляды встречались, и Асов вновь принимался за дело.

Когда они выходили на улицу, агент сказала Саше:

– Должна подъехать «Газель» с номером три тройки.

Асов в ответ молча ей кивнул. На улице мороз усиливался, и они вновь залезли в джип. Сидели молча. Спустя несколько минут к конторе подъехал грузовичок. Кузов его был обтянут синим тентом. На бортах красовались надписи «Военная похоронная компания» и номера телефонов.

– Гроб, наверное, привезли, – глухо сказал Асов и вышел из автомобиля. Остальные вышли вслед за ним. Из грузовичка с места водителя вышел пожилой мужчина, с пассажирского – молодой парень, оба одетые в рабочую спецовку. Они, торопясь, раскрыли тент у заднего борта грузовичка и стали вытаскивать из кузова гроб, обитый красной материей и накрытый крышкой, отнесли его к дверям похоронной конторы и поставили на снег. Асов подошел к гробу и стал его рассматривать. Да, он был нестандартный: высокий и более утолщен в бортах. Пожилой работник скрылся в дверях похоронной конторы, а молодой остался на улице, закурил папиросу. Сзади к Саше подошли остальные. Они тоже смотрели на гроб.

Спустя непродолжительное время из конторы вышла агент Галя. Она не надела пальто и теперь ежилась от холода, обхватив себя руками.

– Вот, смотрите, – произнесла она, а молодой работник добавил:

– За ручки лучше не нести, они декоративные.

Асов осмотрел массивные узорчатые металлические ручки. Две по каждому борту гроба, прибитые массивными гвоздями. Асова покоробила сама мысль, что ручки могут оторваться и гроб упадет, когда его будут нести. Он даже не смог представить, как это будет выглядеть, если отец еще раз подвергнется ударам, пусть даже от падения. Поэтому Саша решил не пренебрегать этим советом.

– Подождите, – вдруг сказала мама. – Мы не такой заказывали. Агент ничего не ответила.

– Посмотрите, – продолжила мама и, наклонившись над гробом, защипнула обивку, потерев ее между пальцами руки. – Мы заказывали бархат, а это неизвестно что. Неизвестно, что еще внутри.

Саша знал, что мама хорошо разбирается в тканях, как и любая женщина.

– Да все как на образце, – выдавила из себя агент.

Асов сначала не обратил внимания на детали гроба, но теперь принялся более внимательно изучать его и заметил, что разница есть, хотя бы в цвете. Тем временем мама отодвинула крышку гроба и ощупывала ткань внутри.

– Так и есть, – произнесла мама. – Должен быть шелк, а это не он. Постель-то должна быть из шелка. Тоня, посмотри, – обратилась мама к тете.

– И как это называется? – обратилась тетя к агенту.

– Да все, как и заказывали. Все материалы такие же, – ответила та.

– Нет, – сказала мама. – Переделывайте. Пойдемте внутрь, и я вам покажу, что мы заказывали.

– Пойдемте, – согласилась агент.

Они вновь вернулись в комнатушку, заставленную гробами. Агент стала щупать образец, говоря:

– Все точно такое же, как и заказывали.

После этого Асов, мама, тетя по очереди ощупали образец.

– Ну что? – спросила мама Сашу.

– Да, другое, – ответил он. Тетя тоже согласилась. Однако агента трудно было переубедить.

Быть может, мама пыталась сорвать выезд. Она почти перешла на скандал с агентом. Асов ее успокаивал. Саша с тетей хорошо понимали простую вещь: если сейчас они разорвут договор, то тело отца вообще будет невозможно привезти и захоронить вовремя. Поэтому они не пытались уже что-либо изменить и вели себя очень сдержанно, видимо, и агент понимала это, исходя из своей практики. Асов знал, что именно этот гроб придется везти, и ему было все равно, какой он, лишь бы он был, раз так требуется. Поэтому, не говоря больше ни слова, Асов увел за собой маму обратно в джип, тетя пошла за ними. В машине потянулись минуты ожидания. Все больше откладывалось время выезда, контора опять обманула его. Саша отмечал про себя, что агент стала вести себя все более импульсивно и как-то испуганно. И сейчас ни в коем случае нельзя было «передавить» на нее.

Гроб стоял пока на улице. Привезшие его грузчики о чем-то разговаривали друг с другом, переговаривались с агентом, которая подходила к ним, и регулярно забегали внутрь конторы. Асов смотрел за ними из окна джипа. Было не похоже, что агент за что-то их отчитала. Ждали приезда катафалка. Наконец Асов обратил внимание на припаркованный с противоположной стороны джипа бежевый микроавтобус «Газель». «Может, он», – подумал Саша, но, разглядев на микроавтобусе занавески в веселых тонах, отвергнул это предположение.

– Саша, – спросила его мама, – какой номер у машины?

– Три сотни тридцать третий, а что?

– Может, это она? – И мама указала на этот микроавтобус.

– Нет, – ответил Саша, потом решил: – Ладно, пойду посмотрю.

Асов вышел из джипа и прошел к микроавтобусу. На желтых номерах микроавтобуса Саша с удивлением увидел три тройки. Он вернулся к джипу, открыл заднюю дверь и, беря свою сумку, сказал:

– Да, это действительно он.

Саша повесил сумку на плечо и пошел к микроавтобусу, встав напротив лобового стекла. За ним вышли из джипа остальные. Водитель микроавтобуса, увидев их, поднялся со своего места.

Это был коренастенький мужичок в сером вязаном свитере, средних лет. Волосы у него были черные. Асов принялся наблюдать за водителем, чтобы составить о нем хоть какое-нибудь мнение, потому что теперь от него зависело очень многое. От его здоровья, сил и сосредоточенности. И Асов должен был войти с ним в контакт, даже заботиться о нем.

Обнадеживало то, что мужик был без болезненной опухлости и красноватости лица, выдающих алкоголика, и без темных кругов под глазами, что говорило бы об усталости или болезни. Перед ним стоял человек, который своим трудом зарабатывает на жизнь. Кроме того, водитель не походил на простоватого мужичка, было видно, что «с головой он дружил».

Водитель, поняв, что перед ним клиенты, открыл боковую выдвижную дверь в салон микроавтобуса. Асов прошел за водителем к борту микроавтобуса и бегло осмотрел салон. На оконном стекле, противоположном открытой двери, он увидел бумажный листок, приклеенный скотчем. Это была карта-схема, наверху которой было написано: «Схема маршрута № 2».

«Да это ж обычное маршрутное такси», – догадался Асов.

– Саша, холодно, – подошла к нему мама и попросила: – Надень шапку.

– Нормально, – ответил ей Саша, но действительно было холодновато, и он чувствовал, как покрываются инеем его волосы, но продолжал стоять с непокрытой головой. Дубленка у него была расстегнута, обнажая полы черного пиджака.

– Он ее стесняется, – внезапно сказала подошедшая к ним тетя Тоня. Затем она отвернулась от них и отошла к водителю, который возился с двухстворчатыми задними дверями микроавтобуса. Саша ничего не ответил тете Тоне. Действительно, он специально носил черную вязаную шапочку. Когда Саша ее надевал, то она до неузнаваемости изменяла его внешность, скрывая высокий лоб, форму лица и прическу. Он специально использовал этот прием, чтобы слиться с толпой, не выделяться из нее или вообще стать незаметным. Когда требовала ситуация, он снимал шапочку, и противник вдруг видел перед собой вместо замухрышки волевого противника с непокорной шевелюрой, открытым лбом и насмешливым взглядом прожигающих насквозь зеленых глаз. Теперь же Асов посчитал, что фокусы неуместны. Ему предстояло контактировать с людьми. Он старался произвести благоприятное впечатление на водителя, так как знал, что с ним придется провести долгое время, а первое впечатление о человеке потом очень тяжело изменить. Уважение водителя Асову понадобится.

Из конторы вышла агент Галя.

– Уже приехали? – спросила она водителя. – А что не заходите?

– Да стою, жду, – неопределенно ответил тот из-за дверей.

– Давайте грузите гроб, – сказала она ему.

– Сейчас, – ответил тот и, пройдя к открытой выдвижной двери, запрыгнул в салон микроавтобуса, где стал колдовать над замками задних дверей.

– Выдайте ему деньги на бензин, – попросила мама агента.

– А деньги вы сами ему заплатите, – к удивлению Асова, ответила та.

– Как? – тоже удивилась мама. – Ведь Светлана Николаевна сказала, что из тех денег, что мы уже заплатили, часть пойдет на бензин.

– Нет, не могла она такого сказать, – упорствовала агент. – Такого никогда не было. – И она попятилась к дверям похоронной конторы. – Если хотите, можете ей позвонить, она сейчас на заказе.