у Космик; Сноу достал коробку яблочных бомбочек; Найтлайт же выудила из сумки пакет сухой лапши и, засыпав специями, залила её в поддоне водой из фляжки. Сноу открыл ножом банки и первым принялся есть, левитируя над огнём еду остальных.
Сонику достался пакет закаменевших леденцов, и ёж удовлетворённо захрустел довоенным лакомством.
— Вы реально какие-то загруженные, — заговорил он с набитым ртом. — Выглядите так, будто вы все тут злейшие враги и ненавидите друг друга всю свою жизнь. Того и гляди за оружие схватитесь.
— Ну как бы для радости поводов-то немного, — хмыкнул Сноу, поднял магией очередной кусок яблока в сахаре и с удовольствием заглотил. — Мы так и не узнали, кто твои финтифлюшки стибрил, вот и хочется подозревать всех подряд. А выяснять прямо… — Он закатил глаза и потряс головой. — Мы слишком доверяем друг другу, чтобы так делать.
— Лучше за своими вещами надо было следить, — бросила Найтлайт.
— Я уверен, вы все хорошие пони… ну, по большей части, — сказал Соник и получил неодобрительный взгляд от Метал Доуна. — И мне вы тоже кажетесь достойными доверия. Я знаю — это не мог быть кто-то из вас. Поэтому…
У Космик от его слов задёргалось веко. Она едва сдерживалась, чтобы не выпалить во всю глотку свои подозрения. Неразрешённый конфликт резал её душу как по живому. «Это всё неправильно! Неправильно! Неправильно!.. Так не должно быть!» Но ничего поделать она не могла. Пока что.
— … может быть, расскажете, как ваш отряд вообще появился? И что означают ваши… эти, как их… кьютимарки?
— Эт можно, — отозвался Сноу. — Космик?
Единорог снял с огня и распределил телекинезом еду по её владельцам.
Космик поморщилась, когда горячая банка обожгла копыта. Как всегда, следовало немного подождать, чтобы не обварить себе язык.
Метал Доун тоже не стал сразу притрагиваться к консерве. А вот Найтлайт вытащила из сумки вилку и принялась жадно уплетать лапшу.
Даже пегасы подошли поближе к огню, привлечённые беседой и вкусными запахами.
«Отлично, — решила Космик. — Как раз история на пять минут».
— Да особо рассказывать-то и нечего, — пожала она плечами и подула на исходящую паром кукурузу. — Даже как-то не думала, что всё началось именно с меня. Я уже говорила тебе, что любила в детстве играть с оружием? Так вот, кьютимарка у меня, несмотря на это, долго не появлялась. Школу в посёлке я кое-как закончила, успела перепробовать все профессии, которые у нас здесь были, но ни одна из них мне не подходила. И от нечего делать я вызвалась в охрану для каравана тётушки Грейс, когда один из штатной смены заболел. Мэр был против, так что пришлось доказывать свою пригодность стрельбой по банкам. В итоге дело выгорело. А ещё со мной поставили вот его, — она указала на Метал Доуна, — тоже новичка на тот момент. Чтобы оберегал, так сказать, от внимания всякого сброда из Пустоши.
— К тому времени у меня уже был знак отличия, — подхватил жеребец и повернулся к огню боком. На его бедре, частично скрытый краем брони, красовался… подсолнух. — Мои родители работали, выращивая еду для города, но их занятие, как и в случае с Космик, не было моей страстью. Всегда хотелось попробовать что-нибудь… — он осклабился, и Космик передёрнуло от его взгляда, — поострее.
В том походе на нас напали рейдеры. Немного — всего четверо, но тогда это казалось нам целой армией. Боунсера — старого вояку, который был с нами, — подстрелили первым. Я стал отстреливаться, прикрывая их с Грейс, а Космик как медведь попёрла на этих с карабином наперевес. — Он усмехнулся. — Ну, и мы отбились. И оба теперь были с кьютимарками.
— Но их двоих было мало для самостоятельной команды, — продолжил Сноу Вижен, оторвавшись от яблочных бомбочек. Космик и Метал воспользовались этим и сами приступили к ужину. — Нас с Найтлайт тоже было некуда пристроить, и дядя Сильвер однажды позвал нас и сказал, что мы присоединяемся к ним — или прямо сейчас говорим, чем будем заниматься по жизни, и делаем это всю нашу грёбаную жизнь. — Он хихикнул. — Учитывая, что я получил свой знак, когда по приколу научился жонглировать ножами, подбрасывая их телекинезом, выбора у меня особо не было.
— Ясно, — усмехнулся Соник и обратился к Найтлайт: — А ты?
Космик помрачнела. Эта история откликалась в ней больнее всего.
Единорожка с кьютимаркой в виде прицела молча посмотрела на ежа сквозь очки — и вернулась к лапше, так и не ответив. Сноу тоже погрустнел, возобновляя рассказ:
— Это случилось в день, когда в Республику пробрались радскорпионы. — Соник оглянулся на Космик — и увидел боль в её глазах. — Нескольких пони ужалили, но… — единорог тяжело вздохнул, — не всем успели дать противоядие. Прости, Космик, если что… Ну и понятное дело, никто не горел желанием пойти расправиться с этими тварями — все только орали, разбегались и прятались. Найтлайт тогда как раз упражнялась с утащенной из арсенала лазерной винтовкой. Прибежав на шум, она в толпе мечущихся от ужаса пони несколькими точными выстрелами прикончила всех радскорпионов, не задев никого из жителей. После этого, — Сноу с гордостью глянул на родственницу, — к ней уж точно боялись подходить не по делу.
С минуту жевали в тишине. Потом к костру подошла Стрим. Тросы её боевого седла были разведены в стороны, чтобы она никого не подстрелила из своих пулемётов.
— С той поры прошла пара лет, прежде чем в Республике появились мы. У нас со Спарком обычные для пегасов кьютимарки, и тут чем-то интересным мы похвастаться не можем. Ну, как… — Она повернулась, показывая Сонику изящное голубенькое бедро с картинкой, изображающей торнадо, который поднимал и закручивал множество маленьких серых точек. — Если не считать таковым ураган из стреляных гильз, поднятых в воздух силой всего одной пары крыльев. — Пегаска рассмеялась. — Да, были времена… А у Спарка в качестве знака отличия всего лишь жёлтая искра, пронзающая облако.
Если на то пошло, то мы дезертиры. Нас долго искали, но, к счастью, так пока и не нашли. Может, просто забыли со временем, а может, им стало тупо лень, ведь, как мы потом вычислили по тому, что рассказывали прочие, из Анклава каждый год бежит пара-тройка бойцов. И за всеми охотиться
