Когда она с кормежкой закончила, или точнее прекратила, я осторожно взял комочек на руки, попробовал погладить как маленького котенка. Кажется, ему нравилось. Хотя точно не уверен, через пару минут он уже спал.
Почесал пальчиком его головку, он проснулся, часто заморгал на меня, и пытался недовольно мявкать.
– Какие голубые глаза, никогда таких ярких не видел,… прокомментировал я.
– Ага, только сегодня открылись, – сделав вид, что не заметила мой промах ответила дочка.
Рассмотрел и лапки, – явно толще, чем у обычных котят, да и коготки, даже у этого малыша очень серьезные.
Вернул девочке, поинтересовался:
– Когда он вырастит, он не будет тебе опасен?
– Думаю, нет. Во-первых, большинство животных на эльфов просто не нападает. А потом, когда он чуть подрастет, я хочу заняться его воспитанием, уже даже приблизительно знаю, что из него может получиться, – ответила она.
Закончив болтать, перед продолжением позволил себе глоточек воды.
Дочка выпросила глоток коньячка, предложил заодно и Нинэль, но та отказалась, сославшись, что уже попила.
Дальше двигались в том же темпе. Пусть и медленно, но удаляясь от неприятного места.
Светлая хоть и крепилась, но уже через пару часов стало заметно, что больше она идти не может.
Своей властью, несмотря на протесты обоих эльфиек, приказал остановиться, и готовиться к ночлегу прям здесь.
Задумался, правильно ли поступаю? – Хоть и недалеко отошли, но надеюсь, что в случае повторного нападения повторю прошлый трюк. Тут же вспомнил о светлой, – в крайнем случае. Как-то я не подумал об этом, когда приглашал её в нашу компанию. Ладно, там видно будет, может, ничего и не случиться…
Нинэль отрубилась почти сразу, проспала всю оставшуюся часть дня, и всю ночь не просыпаясь даже на ужин. У нас же весь вечер прошел под знаком молчания. Дочка обиделась и отвечала односложными рублеными фразами.
От нечего делать играла с котенком, тот косолапо бегал вокруг, его заносило, и он валился на бок, потом были прятки. Он убегал, а Сильмэ его ловила. Со стороны, если не знать, что она ничего не видит, это выглядело мило и как-то очень по мирному.
Навозившись вволю, покормив и спрятав комочек, походив и не найдя себе занятия, буркнула, что тоже сейчас поспит, а ночью будет сторожить. И не выбирая места, бухнулась практически на камни. Я вздохнул, – похоже, после получения силы включила "уют", а вот мне нужно позаботиться о себе как-то иначе. Пошел собирать редкую тут траву себе на лежанку, изредка осматривая окрестности.
После захода солнца темная проснулась сама, подошла к вещам и никого не спрашивая, вытащила лук, бросив:
– Спи, я покараулю.
Надо сказать, что вид слепой девочки вооруженной луком, меня несколько озадачил, но возмущаться не стал.
Пока не заснул, иногда замечал её силуэт среди неровностей почвы. Она совершенно бесшумно, ощупывая все перед собой, перемещалась вокруг нашей стоянки, знакомясь с местностью.
Утро началось слишком рано. Меня тихо разбудила дочка, попросив взять меч и проверить тут все.
Метрах в десяти от моего лежака, оказавшегося "крайним", дергались пробитые стрелами существа похожие на многоножки величиной с мою руку. После взмаха моего кинжала, которым я отсек "голову" освободившаяся часть, стремительно перебирая оставшимися ножками, попыталась удрать. Пришлось рубить вдоль, хоть и было противно. Эльфийка держалась рядом, – наверно в них тоже что-то было.
Когда с ними закончил, поблагодарил, вместе с тем сильно удивился, как это ей удалось?
Та в ответ хмыкнула:
– Когда-то давно, училась стрелять на звук, когда врага даже не видно, например сквозь листву. Только никогда не ожидала, что это может оказаться настолько важным.
– Тогда пока лук будет твой, – будешь нашим снайпером.
Вторая эльфийка тоже проснулась, наверно наше обсуждение услышала. Сейчас она выглядела намного здоровее, чем вчера, и поэтому, быстро позавтракав, продолжили движение.
Через полчаса был удивлен вопросом светлой:
– А куда вы идете?
– Ну, как, я же говорил, в столицу Крев.
– Какой-то вы странный путь выбрали, она же в другой стороне…
После этих слов у меня в животе что-то опустилось. Интересно. Получается, мы столько времени убили зря? Или кто-то тут врет?
– И где она, по-твоему, находиться? – задал единственный вопрос, который смог сформулировать.
Та подумала, посмотрела вокруг, и указала рукой значительно правее. Градусов так на сорок пять.
И то, хорошо. Я уж думал, придется возвращаться, даже обрадовался новой информации, – получается, у нас снова появился проводник.
В этот раз шли чуть иначе: – впереди Нинэль с мечом, который я ей вручил, за ней я, рядом, практически касаясь моей руки дочка, с луком наизготовку. – Иногда приходиться её подхватывать, когда она оступается на камнях.
До обеда, или точнее до привала шли молча. Нинэль все еще до конца не пришла в себя, да и моя сосредоточено вслушивалась во все звуки вокруг, только поэтому не мешал им разговорами, хотя язык и чесался.
Утром пришлось строить светлую – ни в какую, не хотела брать свои вещи: – подарила, теперь не мое. Но как-то убедил, что сейчас она будет охранять мой отряд, значит, я на время похода имею право вооружать охрану по своему усмотрению. Да и то, этот вариант мне был тихонько подсказан. Тогда же, пока новенькая не слышала, наехал на дочку:
– Какого, пригласила её, даже не посоветовавшись со мной. Если я сказал, что может быть, – это не всегда то, что я считаю абсолютно верным.
Та потупилась и призналась:
– Я сама очень не хотела видеть её в нашем коллективе, но пока ругалась, посчитала, что та все равно не отвяжется, не зря же так долго за нами кралась, а в нашем обществе запросто может и измениться. Ну, например как я, – и слегка покраснела.
Да и потом, очень хотелось отплатить той же монетой, я же чувствовала, как у неё поджилки трясутся, когда я клинок прижала…
До обеда ничего не происходило. Остановились, перекусили.
Дочка опять потребовала хотя бы глоточек алкоголя. Налил крышечку, та с таким видом высосала все содержимое до последней капельки, что я уже начал нервничать насчет её привязанности к крепким напиткам. Сам же и приучил детский, неокрепший организм… восьмидесяти с чем-то лет, – добавило ехидное внутреннее я…
Но не только я заметил эту тягу – светлая тщательно оглядев пустую крышку, вернула её мне, и, протянув открытую ладонь, попросила капнуть и ей, а то что-то её смущает в этой жидкости. Слизнула, задумчиво постояла, видно прислушиваясь к своим ощущениям, и попросила взглянуть на бутылку.
Дал, уже сам заразившись, её любопытством.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
