Посчитав свою миссию выполненной, вернулась к Мечте, это мою лошадку так зовут, там перекусила, пока гналась за вами даже толком ни разу не поела. Торопиться мне было некуда, и решила глянуть на всякий случай, – вдруг дедушка еще где-то здесь, я же себе потом не прощу.
Выскочила на поляну, когда бой почти закончился – большинство воинов уже были убиты.
Где-то в кустах звенел металл, я рванулась на этот звук и наткнулась на неё.
Твоя девочка лежала с пробитой грудью. Я недолюбливала темных, но никогда не считала их плохими воинами, мой опыт подсказывал, что сначала должен был умереть ты! Но судя по звону метала, произошло все наоборот. А она даже клинка не успела извлечь…
Хотя, так ей и надо, и её гибель меня не касается, устремилась на звуки боя.
Там ты бился с двумя врагами сразу, причем вооружен явно слабее.
Вначале я не планировала вмешиваться, но понаблюдав за схваткой, решила её прервать.
Посчитав что сделала все что нужно, оседлала Мечту, и не спеша поехала обратно.
Не помню, о чем-то задумалась и вдруг ощутила ментальный удар!
Один из ценнейших амулетов просто взорвался осыпав меня осколками.
Взбешенная я понеслась обратно и нашла двоих уцелевших воинов.
Главный умер даже не заметив этого, а младшего я поспрашивала. Тот… – она смутилась, – в общем у них откуда-то оказался амулет, по которому они также могли найти вас.
А когда я им помешала, постарались скрыть все следы… Хоронить я их не стала.
Ради интереса попробовала определить где ты находишься, но маячок не отвечал. Впрочем, не настолько мне это было интересно.
А вот когда меня второй раз накрыла волна, тут я уже серьезно заволновалась. Написала записку, отогнала Мечту подальше, также сложила все оставшиеся амулеты, и послала домой. А сама решила обследовать тут все. Каждое мгновение на пределе, я тогда считала, что нужно любой ценой найти неведомого врага и уничтожить! Для спасения моего леса, моих друзей…
Ну и наткнулась на вас. Тебя и Сильмэ – живую! Проверила – она реально живая! Не поднятая, не обращенная…
Я так хотела найти и убить мага… Но эта девочка, она… не знаю, что на меня нашло, но я не смогла заставить себя выстрелить в неё!
Сложно объяснить, – меня сковал страх от того что вижу её живой, от того что она меня совершено не боится, боролась с возникшими чувствами, но проиграла и трусливо бежала!
Через час немного пришла в себя, и не поверила себе. Мне казалось, что я переутомившись уснула, и это просто был сон. Мне нужно было убедиться, что это все правда.
И я второй раз подкралась и очень долго наблюдала за ней. почему-то меня это успокаивало. А когда проснулся и ты… я уже для себя решила, что попытаюсь выяснить этот секрет. Не придумав ничего лучше, спрятала маяк в один из бурдюков с водой что оказался под рукой, зная что вам сейчас требуется вода, и скрылась в ближайших ветвях.
Пока вы сидели на одном месте, а потом двигались в лесу – мне было просто находиться рядом с вами. В своем лесу я считалась неплохим разведчиком.
А вот в пустыне, если бы не маяк, давно бы потеряла, – приходилось держаться очень далеко. А потом, совершенно неожиданно напали бабочки…
Как-то увлекся рассказом и сразу не заметил – Сильмэ сняла с себя куртку и с каким-то потерянным видом вертела пальчиком в уже совмещенных дырочках, – тех, что остались от арбалетного болта, и молчала.
На некоторое время повисла очень тяжелая пауза.
Первой её нарушила Нинэль:
– Я откровенно сообщила все, что знала, хотя вначале и не собиралась. Хотелось бы услышать такой же правдивый ответ: почему она жива? – и кивнула на девочку.
На секунду задумался – богине темных, Эллоу, скорее всего не понравиться, если я скажу, что она мне помогла, – иначе девочка все случившееся помнила бы, значит и мне не стоит про неё вспоминать.
В этот момент очнулась Сильмэ:
– Алексэй, это правда? – голос был хриплый и какой-то чужой.
Я отрицательно покачал головой:
– Когда я после встречи с Нинэль подбежал к тебе, мне ты тоже показалась мертвой, но уже через мгновение, пусть и с трудом, но разглядел в тебе искорку жизни.
Уверен, что для другого любого постороннего, – взглянул на светлую, – ты и правда выглядела мертвой!
Нинэль конечно не поверила и с брезгливым видом показательно отвернулась.
– Но как? Ты же обычный травник! Такие раны даже магией невозможно, или очень сложно вылечить!
Вот что мне на это отвечать? Обе эльфийки смотрят на меня и ждут ответа. Действительно попал. Врать опасно, а говорить правду тем более.
Так и сидели – молчали. Прямо физически чувствовалось, как между нами троими возникает стена недоверия. Чтобы хоть как-то заполнить возникшую паузу, начал вспоминать:
Когда я нашел тебя умирающую, я не знал, как мне поступить, и был готов на все, чтобы вылечить тебя. Хватался за любую соломинку, пытался найти хоть что-то, что могло спасти тебя. Случайно мне в руки попала ветка священного дерева.
Мне показалось, что в ней присутствует какая-то крупица силы, или просто себя в этом убедил, но я использовал её вместо кристалла. Направив лечебный узор на тебя, – сейчас я рассказывал исключительно девочке:
– Понял, что лечение удалось. После этого я использовал все что, по моему мнению, могло содержать хоть какие-то капли силы. И ножны, и рукоять и оба желудя…
– Ты же не маг! Ты не сумеешь воспользоваться кристаллами, даже если будешь их иметь! – возмутилась Нинэль.
– Вообще-то умеет. Меня несколько раз так лечил, еще дома. У него там остался огромный изумруд, как раз для этих целей. – заступилась за меня дочка.
Светлая ненадолго задумалась:
– Получается, что мое древо дало свою магию для лечения врага?! …кажется, я начинаю понимать, что за два всплеска было. Ну, когда из меня вытягивало силу. Выходит, что это был не неведомый маг, а мое священное древо? Наверно это когда ты использовал его желуди, и древо через них лечило темную, забирая силу из "своих" источников что оказались рядом… – сделала она вывод. Правда, совершено неверный. Но говорить ей об этом конечно не стал, просто пожал плечами, сделав вид, что не разбираюсь в магии светлоэльфийских деревьев.
В общем, выкрутился с небольшими потерями. Эльфийки все еще ходили задумчивые, каждая думала о своем. Мое предложение идти дальше проигнорировали.
Ну и ладно, взял Мурзика и мы с ним пошли играть. Он прятался, а я искал.
Чаще не находил, – он оказался еще тем партизаном. Среди песка и камей, особенно, после того как вывозился в пыли и замирал, был абсолютно неотличим от остальных булыжников. Но надолго его не хватало. Буквально десяток секунд, и снова носился вокруг как угорелый.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
