— Ты никогда не уклонялся от своих обязательств, — сказал Джем. — И я знаю, что ты сделал все возможное, чтобы спасти Тессу на чайном складе, кем бы она ни была. Но я не мог не думать о том, что, возможно, причина, по которой ты решил спасти ее, заключается в том, что ты знал, что она для меня значит. — Он слезка наклонил голову назад, сверкая улыбкой. — Я правильно догадался или я тупой идиот?
— Ты идиот, — сказал Уилл и тяжело сглотнул, потому что его горло было сухим. — Но… ты прав. Я знаю, что она значит для тебя.
Джем широко улыбнулся.
Его счастье написано на его лице, в его глазах, подумал Уилл. Он никогда прежде не видел его таким. Он всегда думал о Джеме, как о спокойном и мирном человеке, всегда думал, что радость, так же как и гнев, слишком экстремальные и человеческие эмоции для него.
Сейчас он понял, что был совершенно неправ. Просто Джем никогда прежде не был так счастлив. С тех пор как его родители умерли, понял Уилл. Но Уилл никогда не принимал это во внимание. Он всегда задумывался только о том, был ли Джем в безопасности, жив ли он, но никогда счастлив ли он.
«Джем мой самый большой грех».
Тесса была права, подумал он.
Он хотел, чтобы она порвала с Джемом, независимо оттого, чего бы это стоило. Теперь он понял, что не сделал бы этого, не смог бы. «Ты можешь, по крайней мере, поверить, я знаю, что такое честь, честь и долг», как-то сказал он Джему, и так действительно думал. Он обязан Джему жизнью. Он не мог забрать у него то, что Джем хотел больше всего на свете. Даже если это стоило Уиллу собственного счастья, Джем был для него не просто тем, кому обязан всем, и кому он не смог бы тем же отплатить, но как гласил завет, тем, кого он любил, как собственную душу.
Казалось, Джем стал не только счастливее, но и сильнее, на щеках появился румянец, спина выпрямилась.
— Я должен извиниться, — сказал Джем. — Я был слишком суров к тебе в притоне ифритов. Я знаю, что ты просто искал утешения.
— Нет, ты был прав…
— Я ошибался. — Джем встал. — Если я был суров, то это только потому, что я не могу видеть, как ты обращаешься с собой — точно с бесполезной вещью. Несмотря на то, что часть тебя сопротивляется этому, я вижу, кто ты есть на самом деле — мой кровный брат. Ты не просто лучше, чем притворяешься, но лучше, чем большинство людей надеются стать. — Он мягко положил руку на плечо Уилла. — Ты заслуживаешь большего. — Уилл закрыл глаза.
Он видел черные базальтовые стены зала Совета, два круга очерчены огнем на земле. Джем делает шаг из своего круга к Уиллу, они оказываются в одном пространстве, окруженном стеной огня. Его глаза, тогда еще черные, казались огромными на бледном лице.
Уилл вспомнил слова клятвы парабатая.
«Куда ты пойдешь, туда я пойду; где ты умрешь, там и я умру, и буду похоронен рядом с тобой по воле Ангела. Ничто, кроме смерти, не разлучит нас».
Тот же голос заговорил с ним сейчас.
— Благодарю тебя, за то, что ты сделал для Тессы, — сказал Джем.
Уилл не мог смотреть на Джема; он смотрел на стену, где их тени сливались воедино, так что никто не мог бы сказать, где заканчивается одна и начинается другая.
— Спасибо, что присмотрел за Братом Енохом, пока он вытаскивал осколки из моей спины, — сказал Уилл.
Джем рассмеялся.
— Для чего еще нужны парабатаи?
Зал Совета был увешан красными полотнищами, разрисованными черными рунами.
Джем шепнул Тессе, что это руны правильных решений и справедливых суждений. Они заняли свои места впереди, рядом с Генри, Гидеоном, Шарлоттой и Уиллом. Тесса не говорила с Уиллом со вчерашнего дня. Он не присутствовал на завтраке, и присоединился к ним во дворе уже поздно, сбежал по лестнице, застегивая на ходу пальто. Его темные волосы были растрепаны, и выглядел он так, будто не спал вовсе. Он, казалось, пытался не смотреть на Тессу, и она, в свою очередь, избегала его взгляда, хотя чувствовала время от времени на своей коже обжигающие касания. Джем вел себя как настоящий джентльмен, их помолвка все еще оставалась тайной. Его поведение было обычным, за исключением улыбки, которая появлялась на его лице всякий раз, когда они встречались глазами. Когда они устроились на своих местах в Совете, она почувствовала нежное поглаживание его пальцев на своей руке. Она знала, что Уилл наблюдает за ними со своего места в конце ряда. Но не повернула головы.
На возвышении в центре зала сидел Бенедикт Лайтвуд, его орлиный профиль был повернут в сторону от членов Совета, челюсть напряжена. Рядом с ним находился Габриэль, который, как Уилл, выглядел измученным и небритым. Он бросил взгляд на брата, вошедшего в зал, и отвернулся. Гидеон, не спеша, занял свое место среди Сумеречных Охотников Института. Гидеон, закусив губу, смотрел в пол и не двигался со своего места.
Тесса заметила несколько знакомых лиц в аудитории. Там была Каллида, тетя Шарлотты, и тощий Алоизий Старквезер — не смотря на то, что, как он жаловался, его никогда не приглашают. Его глаза сузились, когда он узнал Тессу, и она быстро отвернулась.
— Мы собрались здесь, — начал консул Вэйланд, заняв свое место на кафедре, рядом с Инквизитором, сидящим по левую руку, — чтобы определить меру вины Шарлотты и Генри Бранвеллов в том ущербе, который нанес Конклаву Аксель Мортмейн. Как утверждает Бенедикт Лайтвуд, Лондонский Институт необходимо передать в более надежные руки.
Инквизитор поднялся. Он держал в руке нечто черное, что мерцало серебром.
— Шарлотта Бранвелл, поднимись, пожалуйста, на кафедру.
Шарлотта встала на ноги и поднялась по лестнице к сцене. Инквизитор опустил Меч Смерти, и Шарлотта обхватила руками лезвие.
Тихим голосом она рассказала о событиях последних двух недель — о поисках упоминаний о Мортмене в газетных вырезках и исторических документах; о визите в Йоркшир; об угрозе, нависшей над семьей Херондейлов; о предательстве Джесси; о битве на складе и смерти Нейта. Она ни разу не солгала, хотя Тесса заметила, что некоторые подробности она опустила. Видимо, даже Меч Смерти можно обвести вокруг пальца, хоть немного. Во время речи Шарлотты было несколько моментов, когда члены Совета бурно реагировали — громко вздыхали, шаркали ногами, — в первую очередь это касалось открытия о роли Джессамин.
— Я знала ее родителей, — услышала Тесса голос Каллиды, тети Шарлотты, позади себя. — Ужасный случай. Ужасный!
— И где находится девушка сейчас? — потребовал ответа Инквизитор.
— Она в темнице в Городе Молчания, — сказала Шарлотта, — ожидает наказания за свое преступление. Я сообщила Консулу ее местонахождение.
