Он немедленно пришел в ярость, пронзительно зажужжав.
— Генри! — позвала она. — Генри, я схватила одну этих штук…
Генри возник позади нее, с красным лицом, и уставился на шляпу. В элегантном сером бархате появилась маленькая дырочка в том месте, где механическое существо прорвало его. С проклятьем Генри сильно ударил кулаком, сломав шляпу и существо внутри нее. Оно зажужжало, а потом затихло. Джем подошел и осторожно приподнял раздавленную шляпу. То, что осталось под ней представляло собой разрозненный части: металлические крылья, разрушенный корпус, оторванные обрубки медных ног.
— Фу, — сказала Тесса. — Оно очень похоже на… жука.
Она подняла голову, когда прозвучал еще один крик. Насекомообразные существа собрались в черный вихрь в центре комнаты. И она смотрела, неотрывная взгляда, за тем, как они начали кружить все быстрее и быстрее, а затем исчезли, как будто черных жуков просто засосало в канализацию.
— Прошу прощения за шляпу, — сказал Генри. — Я достану тебе другую.
— Наплевать на шляпу, — сказала Тесса, когда крики разгневанного Совета разнеслись по комнате. Она посмотрела в центр комнаты. Консул стоял с раскаленным Смертоносным мечом в руке, а позади него Бенедикт с каменным лицом и глазами, как лед. — Очевидно, что есть более важные вещи, о которых нам стоит беспокоиться.
— Это своего рода камера, — сказал Генри, держа кусочки разрушенного металлического жука на ладони, когда экипаж направился к дому. — Без Джессамин, Нейта и Бенедикта, Мортмейн, должно быть, остался без надежного шпиона-человека, который мог бы сообщать ему обо всем. Поэтому он отправил эти устройства. — Он ткнул в надкрылье. Кусочки были собраны в сломанную шляпу Тессы, лежащую на его коленях, пока они ехали.
— Бенедикт не выглядел слишком уж счастливым увидеть эти штуки, — сказал Уилл. — Он, должно быть, понял, что Мортмейн уже знает о его отступничестве.
— Это было дело времени, — сказала Шарлотта. — Генри, эти устройства могут записывать звук, как фонавтограф, или делать только картинки? Они летали так быстро…
— Я не уверен. — Нахмурился Генри. — Мне нужно тщательнее исследовать эти кусочки в склепе. Я не могу найти механизм затвора, но это еще не означает… — Он поднял глаза на непонимающие лица, сфокусированные на нем, и пожал плечами. — В любом случае, — сказал он, — возможно, это не самая страшная цена за то, что Совет смог увидеть воочию изобретения Мортмена. Одно дело слышать о них, другое — увидеть, что он делает. Ты как думаешь, Лотти?
Шарлотта пробормотала ответ, но Тесса не слышала его. Ее голова была занята необычным событием, которое произошло сразу после того, как она покинула зал Совета и дала экипаж Бранвеллов.
Джем только что ушел, чтобы поговорить с Уиллом, когда пола черного плаща привлекла ее взгляд, Алоизиус Старкуэзер гордо вышагивал по направлению к ней, его серое лицо было жестоким.
— Мисс Грей, — рявкнул он. — Это механическое существо… то, как оно к Вам приблизилось… — Тесса стояла молча, пристально глядя на него… ожидая, что он обвинит ее в чем-то, хотя она и не представляла в чем бы он мог ее обвинить. — Все в порядке? — наконец, резко спросил он, его йоркширский акцент неожиданно стал очень заметен. — Оно не ранило Вас?
Тесса медленно покачала головой.
— Нет, Мистер Старкуэзер. Спасибо за ваше интересуетесь моим благосостоянием, но нет.
В это время Джем и Уилл повернулись и пристально посмотрели на них. Как будто осознав, что он привлек внимание, Старкуэзер резко кивнул один раз, повернулся и пошел прочь, его рваный плащ развивался позади него.
Тесса не могла понять, что к чему во всей этой истории. Она как раз подумала о том коротком времени, что она находилась в голове Старкуэзера, и об удивлении, которое он испытал, когда впервые ее увидел, когда экипаж остановился перед Институтом.
С облечением оттого, что теперь могут быть свободны от тесной повозки, Сумеречные охотники и Тесса высыпали на дорогу. В облаках, покрывающих небо над городом, образовался промежуток, и лимонно-желтый солнечный свет заструился вниз, заставляя блестеть ступеньки парадной лестницы. Шарлотта пошла по направлению к ним, но Генри остановил ее, привлекая ближе к себе, свободной рукой, в другой же он держал сломанную шляпу Тессы. Тесса наблюдала первое проявление их счастья, которое она заметила вчера. Она пришла к тому, что действительно заботится о Шарлотте и Генри, поняла она, и хочет видеть, что они счастливы.
— Мы должны запомнить, что все прошло именно так, как на то мы и надеялись, — сказал Генри, сильно сжимая. — Я так горжусь тобой, дорогая.
Тесса ожидала от Уилл саркастического комментария на такое положение дел, но он просто смотрел в сторону ворот. Гидеон выглядел смущенным, а Джем так, как будто был очень доволен. Шарлотта отстранилась от Генри, сильно покраснев и начав расправлять шляпу, но очевидно, в восторге.
— Генри, правда?
— Совершенно! Моя жена не только красива, но и гениальна, и ее гениальность должна быть признана!
— Это, — сказал Уилл, по-прежнему не отрывая глаз от ворот, — тот самый момент, когда Джессамин сказала бы, чтобы вы прекратили, потому что ее от вас тошнит.
Улыбка исчезла с лица Шарлотты.
— Бедная Джесси.
Но выражение лица Генри было нетипично жестким.
— Ей не следовало делать то, что она сделала, Лотти. Это не твоя вина. Мы можем лишь надеяться, что Совет будет к ней снисходителен. — Он прочистил горло. — И давайте сегодня больше не будем говорить о Джессамин, давайте? Сегодня у нас праздник. Институт все еще наш.
Взгляд Шарлотты светился такой любовью, что Тесса быстро отвела глаза и стала смотреть на здание Института. Она моргнула. Высоко в каменной стене ее глаза уловили какое-то движение. Занавеска в углу окна была отдернута, и чье-то бледное лицо всматривалось вниз. Софи, высматривающая Гидеона? Она не была уверена — лицо исчезло, как только она заметила его.
Этим вечером Тесса была одета с особым тщанием, в одно из новых платьев, которых ей предоставила Шарлотта: из голубого атласа с лифом в форме сердца и глубоким закругленным вырезом, над которым была приколота вставка из мехельнского кружева. Рукава были короткими и собранными в рюш, открывающими ее длинные белые руки, а ее волосы были завиты в локоны и скреплены сзади сверху, прическу дополняли синие анютины глазки.
Только после того, как Софи аккуратно закрепила их в волосах, Тесса поняла, что они были цвета глаз Уилла, и неожиданно захотела вытащить их, но, конечно же, не сделала ничего такого, только поблагодарила Софи за ее усилия и искренне похвалила ее, потому что волосы действительно лежали красиво. Софи ушла, чтобы помочь Бриджет на кухне. Тесса автоматически села перед зеркалом, покусала губы и пощипала щеки.
