и Хармас с любопытством рассматривали ее. Хармас пришел в ужас, заметив, что вся левая половина лица женщины представляет собой сплошной кровоподтек, левый глаз совершенно заплыл, около рта зияет рваная рана. Даже неспециалисту было ясно, что женщине нанесли сокрушительный удар в челюсть. Никакой симуляцией здесь и не пахло. И все же, несмотря на побои, Хармас пришел к выводу, что это очень привлекательная женщина. Слово «красивая» в данном случае ей не совсем подходило.
– Мне уже немного лучше, – сказала она шелестящим шепотом. – Разумеется, я отвечу на ваши вопросы.
Дженсон вышел вперед.
– Простите, что беспокою вас, миссис Барлоу, но мне очень нужно описание внешности насильника. Вы нам не поможете?
Мэг прикрыла глаза, но тут же их открыла. В вазе на столике у окна стоял букет кроваво-красных роз.
«Если получишь розы, следовательно, насильник еще на свободе», – сказал Энсон.
– Он был маленький и коренастый, – сказала она. – И совершенно лысый.
– Вот мерзавец! – воскликнул Дженсон, искоса глянув на Хармаса. – Тот самый, который… – Он замолчал, пытаясь взять себя в руки. Обращаясь к Мэг, он сказал: – А откуда вам известно, что он был лысый, миссис Барлоу?
Она закрыла глаза и после небольшой паузы сказала:
– Когда я сопротивлялась… слетела шляпа… у него совершенно нет волос.
– Вы не помните, как он был одет?
– Черное пальто и черная широкополая шляпа.
Дженсон удовлетворенно кивнул.
– Хорошо, миссис Барлоу, не волнуйтесь. Остальное может и подождать. Выздоравливайте.
Хармас спросил:
– Миссис Барлоу, еще один вопрос, ответ на который может нам помочь. Почему вы с мужем поехали в Джейсон Глен?
Кобальтовые глаза женщины вдруг широко распахнулись. Мэг внимательно посмотрела на Хармаса.
– Почему? Почему… Фил хотел… это была годовщина нашей свадьбы. Он пригласил меня в придорожное кафе «Корт»… У него было такое романтическое настроение… – Она замолчала и закрыла лицо руками.
– На сегодня достаточно, джентльмены, – сказал док Генри. – Я хочу, чтобы миссис Барлоу отдохнула.
Он принялся подталкивать Дженсона и Хармаса к двери. На пороге Хармас задержался и еще раз взглянул на Мэг. Та лежала неподвижно, закрыв лицо руками.
Когда они вышли в коридор, Дженсон сказал:
– Опять тот же самый мерзавец. Хуже всего, что он может повторить это еще раз.
– Почему бы нам не пойти и не взглянуть на мистера Филиппа Барлоу? – неожиданно предложил Хармас. – Уж его-то мы точно не побеспокоим.
– Почему вы хотите взглянуть на него?
– Хочу посмотреть на человека, который смог убедить такую роскошную женщину выйти за него замуж… должно быть, представительный мужчина, – сказал Хармас.
Служащий морга, плотного телосложения негр, отдернул простыню.
– Вот он, мистер… и смотреть-то не на что.
Дженсон, который уже осматривал тело, остался у двери, зажав в руке сигарету. На его лице отражалась скука.
Сдвинув шляпу на затылок, Хармас внимательно изучил тело Барлоу, затем кивнул негру и повернулся к Дженсону:
– Получили данные о баллистической экспертизе пули, явившейся причиной смерти?
Дженсон, прищурившись, смотрел на него.
– Еще нет. А в чем дело?
– Когда она будет готова?
– Возможно, уже готова.
– У меня появилась интересная мысль, – сказал Хармас. – Пойдемте узнаем, не готово ли экспертное заключение.
Они зашли в кабинет коронера, и Дженсон связался с лабораторией баллистики. Пока он ждал ответа, Хармас задумчиво сказал:
– Какой же магией должен был обладать этот замухрышка Барлоу, чтобы уговорить такую сексапильную женщину выйти за него замуж?
– Женщины вообще непредсказуемые существа, – философски заметил Дженсон, но в этот момент его соединили, и он сделал знак Хармасу помолчать. После короткой паузы ему что-то зачитали, и он сказал: – Хорошо, Тэд. Спасибо. Я уже еду. – Он положил трубку и озабоченно глянул в сторону Хармаса: – Ничего не понимаю! Оба мужчины были убиты из револьверов 38-го калибра, но из разных. Пули разные. Откуда вы могли это узнать?
– А я и не знал, – признался Хармас. – Это было не более чем догадка. – Он встал. – Возможно, это ни о чем не говорит. У нашего лысого насильника может оказаться два револьвера 38-го калибра… но я почему-то так не думаю.
В седьмом часу Энсон закончил деловые визиты и поехал обратно в отель «Мальборо». Как раз в этот момент, думал он, запирая дверь машины, Дженсон и Хармас допрашивают Мэг. Он много бы дал, чтобы присутствовать при этой беседе. Оставалось только уповать на господа, что Мэг не сорвется. Неплохо было бы чуть попозже позвонить ей и узнать, как прошла беседа, но это слишком опасно.
Да еще это досье, о котором упоминал Хармас… что может быть в нем такого компрометирующего? Неужели Мэг соврала и у нее имеется криминальное прошлое? А может, детективы раскопали, что у нее были любовники? Чем больше Энсон думал о Мэг, тем больше крепло в нем убеждение, что, имея такого мужа, как Барлоу, она никак не могла обойтись без любовника. Да, он сделал крупную ошибку, заявив Хармасу, что супруги были счастливы вместе. Как он мог забыть, что спали они в разных спальнях?..
– Привет, Джонни.
Энсон вздрогнул и оглянулся.
Позади него стояла Фэй Лаули. Она улыбалась, но в глазах ее читалась неприкрытая злоба.
– Привет, – коротко ответил Энсон. Он был не в том настроении, чтобы любезничать с этой располневшей проституткой. – Извини, но у меня деловое свидание. Я и так опаздываю.
Она схватила его за руку:
– Брось! Хватит врать! Сегодня вечером ты поведешь меня в ресторан и потратишь немного из тех денег, которые свалились к тебе неизвестно откуда. Пора немножко потрясти твой бумажник.
– Пошла вон! – злобно сказал он. – Предлагай свои залежалые прелести кому-нибудь другому. – Вырвав руку, он пересек дорогу и вошел в отель.
Некоторое время Фэй смотрела ему вслед, затем, жестко улыбнувшись, двинулась в направлении ближайшего бара.
Мэддокс резким движением отодвинул пачку бумаг в сторону, так что часть ее упала на пол. Он закурил очередную сигарету, расчесал волосы пятерней и взял очередной полис из ящика для входящих документов.
В дверь заглянула Пэтти Шау.
– Пришел Стив, – сообщила она.
Мэддокс помолчал несколько секунд, потом отложил полис и глянул на Пэтти ничего не выражающим взглядом. Только через некоторое время в его глазах появилось осмысленное выражение.
– Стив? Конечно… пусть зайдет.
Закрыв дверь, Пэтти глянула на Хармаса.
– Маэстро как раз выходит из транса. Он вас примет.
Хармас вошел в кабинет и сел в кресло для клиентов.
Было четверть десятого. Большую часть ночи он добирался до Сан-Франциско и чувствовал себя совершенно разбитым.
Мэддокс откинулся на спинку кресла.
– Что нарыл?
– Много чего, – ответил Хармас. – Но у меня еще не было времени разложить все
