сказал он. – Барлоу… он был застрахован на пятьдесят тысяч, и босс рвет на себе последние волосы.
Дженсон, который хорошо знал Мэддокса, улыбнулся.
– Пятьдесят грандов! Есть из-за чего рвать волосы. Ну так что? Только не рассказывай мне, что он заподозрил что-то неладное. В точности то же самое, что и пять дней назад… В нашем округе объявился сексуальный маньяк, нет сомнений. Попробуй поймать эту сволочь! Я намерен устроить в Джейсон Глен засаду. Пошлю туда копа с девушкой.
– Мэддокс полагает, что не все так просто, – осторожно начал Хармас. – Он склонен считать, что миссис Барлоу застрелила своего мужа и сама себя изнасиловала ради пятидесяти тысяч.
Дженсон, разинув рот, уставился на Хармаса.
– У твоего босса крыша поехала! – воскликнул он. – Надеюсь, ты не принимаешь всерьез эту версию?
Хармас лишь пожал плечами.
– Когда ты сможешь поговорить с миссис Барлоу?
– Доктор Генри из госпиталя сказал, чтобы я позвонил ему около шести часов. Может, к этому времени она уже будет чувствовать себя сносно и сможет ответить на мои вопросы.
– Я бы тоже хотел поехать с тобой. Обещаю, мешать не буду. Мэддокс хочет, чтобы мы работали рука об руку. Пятьдесят тысяч – большие деньги.
– Ладно. Ты поможешь мне, я помогу тебе, но Мэддокс все равно не прав.
– Такое я говорил много раз, и что получалось? Он всегда оказывался прав, а я оказывался круглым дураком!
Дженсон хмуро глянул на Хармаса.
– Уж не полагаешь ли ты, что миссис Барлоу как-то замешана в убийстве?
– На этот вопрос я отвечу лишь после того, как поговорю с ней, – уклончиво ответил Хармас. – Да и беседа с доктором Генри не повредит.
– Я бы посоветовал не тратить время напрасно. Убийца сломал ей челюсть. И не говори мне…
Хармас пожал плечами.
– Мэддокс сказал, что за пятьдесят тысяч баксов он тоже позволил бы себя изнасиловать и сломать челюсть.
Дженсон погасил окурок в пепельнице.
– Мэддокс. Да он просто не хочет выплачивать страховку – в этом все дело. Он поверит в любую чушь, лишь бы найти повод не раскошеливаться. Да ты и сам это прекрасно знаешь.
– Знаю, – согласился Хармас. – Ладно, я пошел, а часам к шести загляну снова. Мне хочется присутствовать при твоем разговоре с потерпевшей.
Выйдя из полицейского участка, Хармас прямиком направился в офис Энсона. Встречались они лишь раз, и Хармас помнил его смутно. Он знал, что это весьма способный работник, и все.
Когда он вошел, Энсон сидел за письменным столом. Увидев его, Хармас сразу вспомнил строки досье: среднего роста, белокурый, подтянутый, глаза серые.
– Помните меня? – спросил он, протягивая руку.
– Конечно, – ответил Энсон, отвечая на рукопожатие. – Стив Хармас, точно? Рад вас видеть. Вы по поводу зверского убийства Филиппа Барлоу?
Хармас обратил внимание на толстушку за соседним столом, которая пялилась на них и ловила каждое слово.
– Верно, – сказал он. – Послушай, друг, я только что из Фриско. Как насчет того, чтобы наведаться в какое-нибудь заведение и выпить по чашечке кофе?
– Без проблем, – ответил Энсон. – Здесь как раз через дорогу есть хороший бар. – Повернувшись к Анне, он сказал: – Я вернусь через часок, если меня кто-то будет спрашивать.
Несколько минут спустя, когда они устроились за уютным столиком в углу кафе, Энсон спросил:
– Мэддокс, как всегда, рвется в бой?
Хармас улыбнулся:
– Мягко сказано. Он полагает, что миссис Барлоу застрелила мужа и сама себя изнасиловала.
Энсон опустил кусочек сахара в чашку.
– Ему лечиться надо. Это патология! Но, похоже, его прижали к стенке. Да и что такое пятьдесят тысяч для нашей компании? К тому же репортеры уже обо всем пронюхали. Если он попытается заблокировать полис, то для компании это будет плохой рекламой.
Поглаживая нос, Хармас задумчиво смотрел на Энсона.
– Откуда об этом узнали репортеры? Уж не вы ли сказали им?
– А почему бы и нет? – Энсон откинулся на спинку стула, глядя на Хармаса. – Происходит сенсационное убийство, которое неминуемо попадет на первые страницы газет. В округе меня хорошо знают. Это я уговорил Барлоу застраховать свою жизнь. Такая реклама важна не только для меня, но и для нашей компании. Подобная реклама как нельзя лучше помогает находить новых клиентов – но только в том случае, если полис будет оплачен.
– Мэддокс не хотел, чтобы в это дело вмешалась пресса, – сказал Хармас.
– Но почему?
– Он подозревает, что здесь что-то нечисто.
Энсон улыбнулся, помешивая ложечкой кофе.
– Вы работаете на него, – сказал он. – Я – на компанию. Если бы я работал так, как, по его мнению, должен работать страховой агент, мы бы давно обанкротились. И вы это прекрасно знаете. Мэддоксу давно пора на пенсию. Он не оставляет страховым агентам никаких шансов.
– Как только этот полис попал на стол Мэддокса, он сразу ему не понравился. Босс тут же распорядился поручить детективному агентству собрать максимум сведений о Барлоу и, разумеется, о его жене. У него имеется подробное досье на них обоих. Я его еще не видел, но, если верить словам Мэддокса, рыльце у этой женщины в пушку. По его словам, женщина с такой репутацией способна на все.
От неожиданности Энсон пролил кофе. Он поставил чашку и посмотрел на Хармаса. Его серые глаза потемнели.
– Что за досье?
– Понятия не имею. Ведь я его не видел и говорю исключительно со слов Мэддокса. Он считает, что она способна на любой шаг.
– Да он сумасшедший! – заявил Энсон с уверенностью, которой не ощущал. – На женщину напали и зверски изнасиловали! Нельзя же быть таким бесчувственным!
– Дженсон придерживается вашей точки зрения, – мягко сказал Хармас. – Но я работаю с Мэддоксом уже десять лет, и за это время он еще ни разу не ошибся, аннулируя полис.
– Это не более чем уловка. Он не хочет платить, это же ясно. Вы даже не представляете, сколько вреда нанесет Мэддокс компании. Что такое для нас пятьдесят тысяч долларов в подобной ситуации?
– Пятьдесят тысяч, говорите, – повторил Хармас и улыбнулся. – Не забывайте, за год на стол Мэддокса попадает пара, а то и больше тысяч подобных исков. Так что считайте сами. Один полис – мелочь. Но если их две тысячи…
Энсон допил кофе.
– Хорошо. Что я должен сделать?
– Да ничего. Я просто хотел ввести вас в курс дела. Кому придется поработать, так это мне. Где находится дом Барлоу?
Энсон на мгновение замер, но все же сумел усилием воли взять себя в руки. Закурив сигарету, он глянул на Хармаса в упор.
– В уединенном месте за городом, но его трудно отыскать.
– Будет проще, если
