отвернуться от меня: хоть друзья, хоть весь мир. Но только не ты… Без тебя моя жизнь не имеет смысла.
— Я уже давно считаю себя свободной девушкой. Все кончено! Я готова к новым отношениям и открыта для знакомств с парнями!
— Нет! — сильно напрягает мышцы Даниэль, пристально смотря Анне в глаза. — Никаких парней! Ты моя! И больше ничья! Я не потерплю другого мужика рядом с тобой! Клянусь, я убью любого, кто посмеет положить на тебя глаз!
— Если я захочу, у меня будет сотня мужчин!
— Пока я не решу, что расстался с тобой, ты будешь принадлежать мне. А я не решу, можешь даже не надеяться.
— Ты не можешь мне указывать! — возмущается Анна. — Особенно после того, как успел покувыркаться с какой-то бабой!
— Если мне придется бороться за свою любовь кулаками, то я готов это сделать, — уверенно заявляет Даниэль. — Я устраню любые препятствия, лишь бы ты была моей! Лишь бы ни один мужик не посмел даже посмотреть на тебя!
— Не имеешь права, — грубо говорит Анна. — Я — взрослая девушка и могу сама решать, с кем встречаться и что делать!
— Ты принадлежишь мне! И только мне!
— Я не твоя собственность!
— Ты — моя девушка!
— Уже нет!
— Да, возможно, я сейчас звучу грубо. Но я всего лишь пытаюсь спасти то, что мне принадлежит.
— Мозги надо было включать раньше, Перкинс.
— Послушай, Анна…
— Хватит! — резко отрезает Анна, приподняв руку к верху. — Если хочешь потешить свое эго и услышать, какой ты крутой, то лучше иди к своим друзьям. Раз уж они так слепы и наивно верят лжецу, то ради бога!
— Пожалуйста, не говори так, — с жалостью во взгляде качает головой Даниэль. — Мне больно это слышать… Больно знать, что ты считаешь меня ужасным… Что ты не хочешь понять, что я не хотел предавать тебя.
— А мне тоже больно! — срывается на крик Анна, расставив руки в бока. — Знаешь, как мне, твою мать, было больно, когда я увидела тебя целующимся с той жирной бабой! Да я хотела выдрать все волосы этой гадины прямо там! В палате! Придушить ее собственными руками! Но нет, я не сделала этого… Я решила проявить «благородство» и позволила вам, голубкам, насладиться друг другом.
— Если бы ты вошла в палату, я сказал бы тебе тысячу слов благодарности. А если бы тогда ко мне в палату не зашел врач и не приказал ей идти работать, она бы и дальше продолжала доставать меня. Эта девчонка приходила ко мне едва ли не каждый день и вешала лапшу на уши.
— Еще раз повторяю: если бы ты хотел, то послал эту девку куда подальше, — холодно заявляет Анна. — И не поступил бы как трус! Трус, который боялся обидеть эту жирную корову!
— Я ничего не помнил… Прошу, пойми это…
— То, что уже сделано, нельзя изменить, а сказанные слова не заберешь назад. Ты упустил шанс.
— Анна…
— Я была в шоке, когда врач сказал, что ты ничего не помнишь. Когда ты не узнал никого из нас. Но позже я пришла в себя и сказала себе, что должна быть рядом с тобой. Я была готова помочь. Но ты, мразь, всадил мне нож в спину. Предал так, как никто другой.
— Да, я — подлый трус! — отчаянно восклицает Даниэль. — Да, я поступил омерзительно и не заслуживаю прощения. Знаю, что измена — это плохо. И я бы и сам не простил ее. Поверь, я знаю, что это такое, потому что однажды мне тоже изменили. Я до сих пор не смог простить ни ту девчонку, ни того парня, с которым, между прочим, дружил.
— Мне наплевать на твои чувства! На-пле-вать!
— Анна, пожалуйста, прости меня… Мне действительно очень жаль, что все так вышло. Я не хотел причинять тебе боль…
— Но ты причинил! Причинил!
— Даже если бы ты не увидела меня с той обманщицей, и никто не знал про нас, я бы все равно признался во всем. Потому что хочу быть с тобой честным. Хочу говорить тебе правду.
— Иди ты к черту со своей правдой!
— Пожалуйста, поверь мне… Хотя бы признай, что ты ценишь мою честность.
— Неужели ты думаешь, что все закончится так, как в случае Терренса и Ракель и Эдвардом и Наталией? — Анна презренно усмехается. — Нет, Даниэль, ты ошибаешься! Этого не будет.
— Послушай, Анна…
— Им просто крупно повезло, что они смогли все исправить. Эти ребята стали жертвами обмана и заговора. Они ни в чем не были виноваты.
— Я тоже стал жертвой обмана!
— Ты не жертва! Ты — изменник!
— Сейчас я намного лучше понимаю парней, потому что мне приходиться быть в их шкуре. И чувствовать себя паршиво от того, что я все испортил.
— Парней можно было понять, потому что их обманули, а девочки вообще ни в чем не были виноваты. Но ты предал меня. По-настоящему. И я это видела. Свои глазами.
— Любой человек уж точно заслуживает второй шанс. Особенно если он искренне раскаивается и хочет все исправить.
— Ты уже ничего не исправишь. Я не прощу тебя и не вернусь к тому, что так наплевал мне в душу.
— Нет, Анна, пожалуйста, не говори мне, что это конец, — с широко распахнутыми глазами резко мотает головой Даниэль. — Я не хочу этого!
— Все кончено, Даниэль, — холодно отвечает Анна. — Теперь ты идешь своей дорогой, а я — своей.
— Мы не расстались! Не расстались! Я тебя не бросал!
— Я уже все решила. И не собираюсь прощать изменника.
— Умоляю, дай мне шанс все исправить. Скажи, что я должен сделать для того, чтобы ты простила меня. Я все для тебя сделаю! Даже невозможное!
— Оставь меня в покое, Перкинс, — сухо требует Анна. — И больше не смей ко мне подходить. Я не хочу ни слышать, ни видеть тебя.
Анна резко разворачивается и с гордо поднятой головой собирается уйти как можно дальше. Однако Даниэль молнией подлетает к ней, берет под локоть и разворачивает к себе.
— Нет! — громким, высоким голосом взволнованно произносит Даниэль и берет Анну под второй локоть. — Ты не можешь так поступить со мной! Не можешь бросить меня!
— Не трогай! — грубо бросает Анна, пытаясь вырвать руки из хватки Даниэля. — Пусти!
— Я никуда тебя не отпущу! Ты моя! И больше ничья!
— Я же сказала, что между нами все кончено! Катись на все четыре стороны и иди к той толстухе! Пусть она тебя ублажает и работает бесплатной служанкой в твоем доме.
— В моем доме будет хозяйничать только одна девушка.
