Однако ж сейчас ей надо достойно обойтись с высоким гостем.
Несмотря на загнанную внутрь иголочку сомнения, Королева чувствовала гордость: кто из ее предшественниц удостаивался принять у себя бога?
Властительница еще раз взглянула на великана: для Воплощенного Бога он не слишком красив. Хотя к чему богу красота? И в нем есть то, что начисто отсутствует у мужчин Тонгора! В этот момент Королева пожалела, что дала отпор притязаниям Нила. Впрочем, он — бог. Боги умеют настоять на своих желаниях!
— Как мне именовать тебя? — спросила она.
— Зови меня попросту! — ответил Нил. — Мой господин!
Королева улыбнулась:
— Хорошо, мой господин! Тебе отведут лучшие покои. Велишь подать тебе пищу, или ты, как бог, в ней не нуждаешься?
— Не нуждаюсь, — важно сказал Нил. — Но хочу испытать все радости людей. Пусть мне подадут все лучшее и в количестве достаточном!
— Не сомневайся, мой господин! — диадема Королевы Тонгора слегка качнулась.
И покои, и поданная Нилу еда были выше всяких похвал. После трапезы Нил-Хаор выгнал слуг и велел позвать Эака с туором. Те явились.
Сытый, довольный, Нил пребывал в благодушном настроении. Он размышлял о том, как поступить с сирхаром: оставить в прежнем качестве, сместить, изгнать из страны или попросту убить.
Эак, сторонник активных действий, рекомендовал лично отправиться к нему и выяснить, что происходит у него в доме.
Осторожный Биорк полагал, что следует сделать наоборот. Он сильно сомневался, что маг, столько лет заправлявший в Тонгоре, сдастся после единственного тычка и громкого окрика. Нил совершенно напрасно вернул ему Хлыст. Как бы ему, Нилу, не пришлось испробовать Хлыст на себе.
— Нет! — заявил Нил безапелляционно. — Такого оружия, что может причинить мне вред, не существует. Пока я не нарушу Условие. Это — Дар богов и потому не имеет ограничений. Но ты, отец, прав: пусть колдун придет сюда. Не подобает Господину бегать за своим жрецом!
Приняв решение, Нил тут же послал за Ди Гоном.
И сирхар не заставил себя долго ждать. От дома сирхара до Королевского Дворца недалеко. Поспешность, с которой Ди Гон явился, говорила в пользу Верховного Жреца.
Нил, развалившись на горе мягчайших подушек, взирал на колдуна с высокомерием настоящего бога. Но первые же слова, которые произнес Ди Гон, заставили друзей великана подскочить.
— Я знаю, кто ты! — произнес сирхар на безукоризненном астроне.
— Не сомневаюсь, — невозмутимо произнес Нил на тонгриа. — Я понимаю язык твоего народа, но говорить буду на языке моего, раб!
Ди Гон сделал несколько шагов по блестящей поверхности розовых кварцевых пластинок, которыми был покрыт пол.
— Я знаю, что в тебе не больше тонгорского, чем во мне! Не представляю, как рунский маг второй ступени мог так быстро выучить тонгриа. Я знаю тебя, Нил Биоркит, Неуязвимый, из Вождей Норна, сын туора, — поклон в сторону Биорка, — рунский маг, избранный!
— Да? — произнес Нил так же спокойно. — И что же?
— Месть Хаора настигнет тебя!
— Посмотрим!
— Откуда ты знаешь, кто он? — воскликнул Эак.
— Я — маг! — процедил Ди Гон, не сводя глаз с великана. — И мне, Эак Нетонский, из рода Асенаров, известны имена всех вас! Всех четверых! Даже имя фэйры, что очаровала Женщину Гнона! И я знаю, что нужно вам в Западном Краю! — Маг, сделав паузу, обвел взглядом трех воинов. На лице Эака отразилась буря переполнявших его чувств. Но, глядя на Нила и Биорка, можно было подумать, что сказанное не имеет для них ни малейшего значения.
— Куда же мы идем и зачем? — мягко спросил Нил.
— Потрясатель! — выдохнул колдун.
— Ты служишь ему? — осведомился Нил. В серых глазах его вспыхнул и угас огонек.
— Я? — Ди Гон засмеялся. Это был неприятный смех. — Я говорю с ним! Когда пожелаю!
— Ты можешь сделать так, чтобы мы встретились? — спросил сын туора.
— Могу! Но захочу ли?
— Захочешь! — пообещал Нил, и глаза его снова блеснули. — Я тоже знаю кое-что о тебе, Ди Гон, Темная Ладонь, Катышок, трусливый беглец и пожиратель человеческого мяса!
Злобная гримаса исказила лицо Ди Гона.
— Ты!.. — Он схватился за Хлыст.
— Валяй! — поощрил его Нил. — Ты знаешь, кто я! Валяй!
Но Ди Гон уже справился с гневом.
— Не дразни меня! — сказал он спокойно. — Я устрою тебе встречу с тем, кого ты ищешь! И тебе не придется блуждать по Черным Горам: я позову его сюда, в свой дом. Но…
— Ты можешь смело говорить, что желаешь, Ди Гон! — с важностью произнес Нил. — Твоя заслуга будет велика!
— Для начала я хочу, чтобы ты извинился, Нил Биоркит!
— Любые извинения! Наедине и публично! Сразу же, как только я закончу с демоном! — быстро сказал Нил.
— Ты должен покинуть Тонгор!
— Будет так! Что еще?
— Этого довольно!
— Когда я увижу демона?
— Ты увидишь его!
— Вот и славно! — Нил отправил в рот очищенный оранжевый плод. — Нам это сохранит время, а тебе, Ди Гон, — кое-что большее. Но я спросил: когда?
— Хоть сейчас! — сирхар с вызовом посмотрел на сына туора.
— Ну зачем же сейчас? — лениво сказал Нил. — Я только что поел, а демоны не способствуют пищеварению. Вызови его завтра. Скажем, к полудню. Сумеешь?
— Я сказал.
— Вот и хорошо! И где же?
— В моей башне!
— Что ж, мне все равно! Известишь меня, когда будешь готов!
— Извещу! — Ди Гон не скрывал радости, и это очень не понравилось Биорку. — Приходи сам, бери своих друзей, кого пожелаешь, Неуязвимый!
— Разумеется. Можешь идти.
— Я ему не верю! — сказал Биорк, когда Ди Гон покинул комнату.
— И я, — согласился Нил. — Но допускаю, что он знает заклятие, властное над Потрясателем. Мы им воспользуемся. И лучше будет, если я пойду один. Пока я не нарушил условия, ни демон, ни человек, ни сам его владыка Хаор, если он существует, в чем я сомневаюсь, не смогут причинить мне вреда!
— Я пойду с тобой! — решил Биорк. — Даже Неуязвимого можно уязвить, в этом я уверен!
— Ты — отец! — сказал Нил. — Как я могу тебе запретить?
Изумленный Эак переводил взгляд с одного на другого.
— О чем вы говорите? — воскликнул он.
— Я расскажу! — сказал туор.
— Почему нет? — отозвался Нил. — Давно следовало ему рассказать! Это и его дело!
Нил налил вина себе и друзьям. Биорк отпил и начал говорить.
— Два ира назад нас постиг гнев Нетона. Верней, мы полагали, что это гнев Нетона, потому что земля Таурана стала содрогаться там, где прежде не знали, что такое землетрясение. Толчки были не слишком сильными, но владыки обратились к провидцу Потрясателя Тверди, Нетона, и тот дал ответ: «Я не гневаюсь!»
