Его сердце исступленно заколотилось, по старой щеке поползла слеза. Ему никогда и в голову не приходило собирать семена, ведь они были самой маленькой частью растений. И сколько раз он выдергивал из земли стебель, а выпавшие семена оставлял лежать на земле! Неважно, что семена маленькие — зато их много! Трава ведь повсюду растет!
Он оглянулся и со всех сторон увидел покачивающиеся метелочки, из которых вскоре посыплются семена. Краем глаза он уловил какое-то движение. Из-за кустов можжевельника вышел черный волк, а за ним — Маленький Танцор.
Два Дыма засмеялся:
— Эй, иди сюда! Я все понял! Я открыл тайну травы! Иди, посмотри! Все дело в семенах! Понимаешь — в семенах!
Маленький Танцор, устало спотыкаясь, обогнул кусты и полусонным шагом направился к бердаче. Волк трусил рядом, тяжело дыша на жаре.
Лишь когда молодой человек приблизился вплотную, старый бердаче понял, что с ним что-то произошло. Ликование мгновенно затихло.
— Маленький Танцор!
Его лицо, такое знакомое, будто преобразилось; даже шрам на щеке, казалось, светился внутренним светом.
— Ты раскрыл тайну трав?
Два Дыма кивнул, не в силах оторвать глаз от странного сияния, озарявшего молодое лицо, — может, он Зрит Видение?
— Все дело в семенах. — Старик замолчал, а потом продолжил: — Можно собирать семена. В корзину, как мы собираем ягоды, и затем… Маленький Танцор, что случилось?
— Я Зрел Видение вместе с Первым Человеком. — Голос Маленького Танцора, казалось, доносился откуда-то издалека. — Он пришел ко мне на вершину скалы. Мы вместе Зрели Видение… Два Дыма, это было прекрасно… так прекрасно…
Он улыбнулся, погрузившись в воспоминания.
Значит, это наконец свершилось? Маленький Танцор встретился со своей Силой?
— А твоя Лосиха? Что с ней будет?
Маленький Танцор улыбнулся, озаряя светом душу старого бердаче:
— Зрящий Видения Волка позаботится о ней. Я попросил его… попросил заботиться обо всех вас.
— А как же ты сам?
Маленький Танцор положил обе руки ему на плечи. Два Дыма вздрогнул от этого прикосновения: сквозь него будто пробежала искра. Он утонул в глубине задумчивых карих глаз, смотревших ему прямо в лицо.
— Два Дыма, я теперь все вижу. Ты так много дарил — а никто не понимал этого. Ты раскрыл тайну трав?
— Да. Нужно собирать семена. Они маленькие — но зато трава растет повсюду. Важны не стебли, а семена, понимаешь? Мне раньше и в голову не приходило их смолоть! А в этом-то все и дело! И ведь они у меня все время были перед глазами! Надо смалывать семена травы в пасту, как мы делаем с кореньями и семенами сосны.
— И ты попробовал, что получается?
— Ну… еще нет, но можно попробовать. Я попробую Готов поспорить, это очень вкусно!
Маленький Танцор закрыл глаза и откинул голову назад:
— Можешь для меня семян набрать? Сделать такой еды? Впервые… и я возьму ее с собой.
Сердце замерло в груди старика.
— Возьмешь с собой? Ты уходишь, чтобы Зреть Видения?
На лице Маленького Танцора отразилась легкая грусть, и сияние Силы в его глазах слегка померкло.
— Я должен так поступить. Волчья Котомка нуждается в моей помощи. Пришло время, мой старый друг. Спираль завершила Круг. Но я не знаю, как я…
— Но ведь там идет война!
Маленький Танцор неуверенно улыбнулся:
— А сейчас она, может быть, прекратится. Может быть, я смогу прекратить ее Видением.
— Ты не можешь Видением прогнать всех этих Низких Людей Бизона, а Кровавый Медведь…
— …мой отец. Круги, Два Дыма, все движется по Кругам — даже сама Спираль.
Легкие ладони отпустили плечи старика.
— Сделай мне еду из твоей тайны. Хотя в глазах у тебя тревога, Два Дыма, сердце твое готово разорваться от радости. Твое счастье сияет вокруг тебя, будто жаркий костер в холодную ночь.
Улыбка постепенно сошла с лица Маленького Танцора, и он стал смотреть вдаль, углубившись в себя.
— Что с тобой случилось? — спросил Два Дыма. — Ты не такой, как раньше. Это из-за Силы?
Маленький Танцор заколебался, подбирая слова:
— Я даже не знаю, как объяснить… Люди… Волшебная Лосиха… они не понимают… — Он развел руками, умоляюще глядя на старика. — Два Дыма, я Зрел Видение вместе с Первым Человеком. Я понял, как обманчиво все вокруг, понял, что все — иллюзия.
Он широким жестом обвел весь окружающий мир; потом поднял кверху руки, глядя на них с благоговением:
— Мы держались за руки — Он и я, — мы Танцевали, и Зрели Видения, и Пели. Мы вместе слились с Единым… с гармонией всего… что существует…
— Говори дальше.
Маленький Танцор упал на колени, не обращая внимания на острые камешки:
— Но я… Единство, это изумительная цельность… Твоя душа Поет, и Танцует, и… и… — Он запнулся, попытался продолжить и замолчал. — Это…
Старик наклонился, чтобы помочь молодому подняться.
— Рассказывай. Расскажи мне о Зрящем Видения Волка и о Едином. Расскажи.
В глазах Маленького Танцора снова отразилось беспокойство.
— Это было прекрасно, как движение звезд, как солнечный свет, как снежинка, как трепетание листьев… И душа пульсирует Силой, сливается с ней в Едином… — Его взор просветлел. — Ты понимаешь меня?
Два Дыма наморщил лоб, крепко сжимая руки своего воспитанника:
— Вроде бы. По крайней мере, мне кажется, что понимаю. Волчья Котомка некогда заставляла меня ощущать как бы отблеск того, о чем ты говоришь. Как будто я чувствовал огромное пустое пространство. А мои пальцы могли лишь прикоснуться к самому краю.
— А я упал в него, а потом вернулся — и все внутри меня озарилось… — Пальцы Маленького Танцора сжались, а потом выпрямились. — Но я… я…
— Говори!
— Я не могу тебе об этом рассказать. Всякие слова теряют смысл. Я не могу описать, что значит погрузиться в Великую Тайну, в Видение Творца. Слова бессильны это передать, — сказал он с отчаянным жестом. — Все равно что объяснять камню, что такое любовный восторг.
Два Дыма усмехнулся сравнению, а также испуганному выражению лица собеседника.
— Не смейся надо мной! — вскрикнул Маленький Танцор, вскочив на ноги и нервно переступая на месте. Выражение страха на его лице становилось все заметнее. — Как мне рассказать об этом людям? Как объяснить им? — Он завертелся на месте, стуча кулаками по голове. — Два Дыма, я больше не в состоянии полностью вписаться в эту жизнь. Я вышел за пределы этого мира, Зрел в Видении Единое, слышал пение звезд. Я чувствовал, ощущал высшую, божественную душу! Ты не понимаешь? Как же мне теперь сидеть и беседовать об охоте… или о том, как в этом году уродились коренья… смеяться ничего не значащей шутке… — Он отчаянно покачал головой. — Это все для меня уже не существует. Неужели не понятно? Я чувствую себя взрослым — а мир вокруг полон маленьких детей. То, что их заботит, не имеет никакого значения. — Он опустил голову. — То есть… имеет, конечно, но это лишь воображение, иллюзии. Существование здесь, на земле… где у каждого своя реальность… Мы все придумываем то, что видим. Но как объяснить это людям?
