Свадебная площадка представляла собой круг, усыпанный разноцветным зерном. Сотнями килограммов. Маленький кружок в центре поджидал новобрачных. Его обрамляла шестиконечная звезда для главных свидетелей, дальше шла серия расширяющихся кругов для гостей. В первом круге – близкие друзья и родственники, за ними графы со своими графинями, дальше – высокопоставленные чиновники, офицеры и Имперские Аудиторы. Потом – дипломатические делегации. Народу набилось до упора, а на улице толпилось еще больше. Кавалькада распалась на две части, невеста с женихом спешились и вошли в круг с противоположных сторон. Лошадей увели, Майлзу и подружке Лаисы вручили традиционные мешочки с зерном, которым они должны были осыпать новобрачных – что удалось осуществить, не уронив мешков и не насыпав слишком много зерен друг другу в сапоги.
Майлз занял место на отведенном ему луче звезды, на свои лучи встали его родители и родители Лаисы, подружка Лаисы – напротив Майлза. Майлзу не нужно было подсказывать Грегору слова, и пока брачующиеся произносили обеты, он наблюдал за счастливыми лицами вице-короля с вице-королевой. Никогда еще он не видел отца плачущим на публике. Ну ладно, все сегодня исполнены сентиментальных чувств, но у некоторых – это слезы чисто политического облегчения. Уж он-то наверняка лишь по этой причине вынужден был смахнуть слезу со своих глаз. Впечатляющий публичный спектакль, церемония чертова…
Сглотнув, Майлз вышел вперед, чтобы отшвырнуть зерна в сторону, открыть круг и выпустить из него счастливую пару. Он воспользовался своей привилегией и первым пожал Грегору руку, а потом, поднявшись на цыпочки, чмокнул в щеку пунцовую новобрачную. На этом обязанности закончились, наконец-то Майлз был свободен и мог спокойно отправиться на поиски Катрионы. Продираясь сквозь толпу, он, как страус, тянул шею в попытке углядеть элегантную женщину в сером шелковом платье.
* * *
Карин вцепилась Марку в руку и удовлетворенно вздохнула. Кленовая амброзия оказалась хитом.
Грегор мудро взвалил часть астрономических затрат на своих графов. Каждому округу предложили открыть свой павильон около Резиденции и подавать любые местные деликатесы и напитки (разрешенные леди Элис и СБ), которыми им захочется попотчевать гостей. Эффект получился почти как на окружной ярмарке, но конкуренция вынудила поставить все лучшее, что мог дать Барраяр. Павильон Округа Форкосиганов занимал одно из лучших мест в северо-восточном углу Резиденции, на самом верху дорожки, что вела в нижний сад. Граф Эйрел отписал ради такого случая тысячу литров вина, традиционный и очень популярный дар.
На столе рядом с винным баром лорд Марк Форкосиган и его предприятие предлагали гостям – та-да-да-дам! – свою первую продукцию. Матушка Кости с Энрике управляли большой группой прислуги из особняка Форкосиганов, наливавшей огромные порции кленовой амброзии высшим форам с такой скоростью, с какой могли передавать бокалы через стол. В конце стола в клетке светились и переливались сине-красно-золотым сиянием десятки новеньких жучков-светлячков. Там же стояла небольшая пояснительная табличка, из чего и как сделана амброзия. Ну ладно, допустим, то переименованное жучье маслице, которое сейчас раздавали направо и налево, произвели вовсе не эти прекрасные жучки, но ведь дело всего лишь в упаковке, верно?
Из толпы выплыли Майлз с Катрионой в сопровождении Айвена. Майлз углядел отчаянно машущую им Карин и свернул к павильону. Майлз по-прежнему пребывал в радостном обезумении, в котором находился последние две недели. Катриона, поскольку для нее это был первый императорский прием, выглядела несколько ошарашенной. Карин схватила бокал амброзии и протянула приближавшейся троице.
– Катриона, им нравятся жучки-светлячки! Как минимум десяток женщин уже пытались стянуть их, чтобы прикрепить к волосам вместе с цветами… Энрике пришлось запереть клетку, а то сопрут последних. Он говорит, что это демонстрационные образцы, а не бесплатные.
– Рада, что помогла сломить сопротивление ваших потребителей! – рассмеялась Катриона.
– Ой, ты даже не представляешь насколько! А с таким дебютом на императорской свадьбе всем захочется их заполучить! На-ка, ты ведь еще не пробовала кленовой амброзии? Майлз?
– Я уже попробовал, спасибо, – нейтральным тоном ответил Майлз.
– Айвен! Ты должен это попробовать!
Айвен подозрительно скривился, но вежливо понес ложку к губам. Выражение его лица мгновенно изменилось.
– Уау! Что вы туда добавили? В ней весьма ощутимые градусы!
Он пресек попытку Карин отобрать бокал.
– Кленовую медовуху, – радостно сообщила Карин. – Это матушка Кости придумала. Здорово, правда?
Айвен сглотнул и немного помолчал.
– Кленовую медовуху? Самое отвратительное пойло, разрушающее кишки?
– Кто к чему привык, – пробормотал Майлз.
Айвен попробовал еще.
– В сочетании с самой отвратительно жратвой, какую только можно придумать… Как ей удалось получить из такой комбинации вот это? – Он подобрал всю до последней капли золотую массу и явно прикидывал, не вылизать ли бокал. – Просто потрясающе! Неудивительно, что тут очередь!
– Я только что очень мило побеседовал с лордом Форсмитом, – вступил в беседу ухмыляющийся Марк. – Не вдаваясь в подробности, могу сказать, что, похоже, нашему стартовому дефициту средств пришел конец. Катриона! Теперь я могу выкупить у тебя акции, что дал тебе за дизайн. Что скажешь, если я предложу тебе двойную цену от изначальной стоимости?
Катриона явно была ошеломлена.
– Это чудесно, Марк! И так вовремя! Это гораздо больше, чем я рассчитывала…
– Ты ему скажешь «Нет, спасибо», – решительно оборвала ее Карин. – Держись за эти акции мертвой хваткой, Катриона! А если тебе понадобятся наличные, ты просто возьмешь под их залог. А потом, когда в будущем году их стоимость взлетит до не знаю каких высот, продай несколько штук, ровно столько, чтобы выплатить заем, а остальные держи при себе. К тому времени, когда подрастет Никки, ты спокойно сможешь оплатить на них его обучение на пилота скачкового корабля.
– Ты не обязана поступать именно так… – начал Марк.
– Именно так я поступлю с моими! И с их помощью оплачу дорогу до Колонии Бета. – Теперь ей не придется выпрашивать у родителей ни монетки – новость, оказавшаяся для них весьма и весьма удивительной, что несказанно порадовало Карин. Несколько оправившись от шока, ма с отцом попытались предложить ей пожизненное содержание, для того только, чтобы восстановить равновесие, а может, власть. Она с огромным удовольствием вежливо отказалась. – И матушке Кости я тоже запретила продавать.
– Я поняла, Карин. – Катриона слегка прищурилась. – В таком случае… Спасибо, лорд Марк. Я подумаю над вашим предложением.
Марк поник и что-то пробормотал себе под нос, но под сардоническим взглядом брата не стал развивать свою махинацию.
Карин радостно ускакала к сервировочному столу, где матушка Кости как раз открывала очередной пятилитровый контейнер с кленовой амброзией.
– Как идут дела? – спросила Карин.
– Такими темпами через час ничего не останется, – доложила кухарка. На ней было ее лучшее платье, прикрытое кружевным передником. Огромный венок из свежих орхидей, подаренный Майлзом, свисал на грудь. Существует много способов попасть на императорскую свадьбу…
– Жучье маслице с кленовой медовухой – лучшее, что вы могли придумать, чтобы изменить мнение Майлза, – сообщила Карин. – Он один из немногих знакомых мне людей, кто действительно пьет это пойло.
– Карин, душечка, да это вовсе не моя идея, – пропела матушка Кости, – это все придумал лорд Форкосиган. Он ведь владеет пасеками… Думаю, он углядел в этом способ подкинуть побольше деньжат тем беднякам, что живут в горах Дендари…
– Поня-ятно, – расплылась в ухмылке Карин. Она глянула на Майлза, добродушно стоявшего об руку со своей дамой и изображавшего полное равнодушие к финансовому проекту своего клон-брата.
