Айвен поперхнулся вином.
Майлза отозвали попозировать со всей свадебной командой для видеозаписи. Оставшись в обществе Карин и Марка, Катриона старалась не слишком нервничать, но все же испытала значительное облегчение, когда увидела Майлза, спускавшегося по лестнице от северного променада. Императорская Резиденция была огромной, древней, прекрасной, подавляющей и пронизанной историей. Катриона сильно сомневалась, что когда-нибудь сможет скакать туда-сюда из всяких боковых дверей, как это делает Майлз. И все же… сейчас ей было здесь гораздо проще, и она понимала, что с каждым разом будет все сильнее и сильнее привыкать. Либо мир не такое уж большое и страшное место, как ее когда-то заставили поверить, либо… она не такая уж беспомощная и маленькая, как ее когда-то пытались убедить. Если могущество – иллюзия, то не значит ли это, что и слабость – тоже?
Майлз ухмылялся. Снова завладев ее рукой, он гнусненько хихикнул.
– Очень неприятный смех, милый…
– Класс! Просто класс! Мне просто необходимо было найти тебя, чтобы поделиться. – Он оттащил ее в сторону от павильона Форкосиганов, где толпился народ, и поволок к дорожке, что вела к северному саду старого императора Эзара. – Я только что узнал, где новое место службы Алекса Формонкрифа.
– Надеюсь, девятый круг ада! – мстительно воскликнула Катриона. – Этому недоумку чуть не удалось отнять у меня Никки!
– Почти. Вообще-то это практически одно и то же. Его отправили на остров Кайрил. Я надеялся, что они сделают его метеорологом, но он всего лишь новый каптенармус. Что ж, нельзя получить все. – Майлз с непонятным весельем покачался на пятках.
Катриона скептически нахмурилась:
– Мне это не кажется таким уж суровым наказанием…
– Ты не понимаешь. Остров Кайрил – его еще называют Лагерь Вечная Мерзлота – самое мерзкое из мерзких назначений в империи. Зимняя тренировочная база. Арктический остров в пятистах километрах от всего человечества, включая женщин. Оттуда даже вплавь не убежишь, потому что замерзнешь в воде насмерть максимум через пять минут. Мошка жрет заживо. Метели. Ледяной туман. Ветры, способные сдуть танк. Холод, тьма, беспробудное пьянство, смерть… Я там однажды целую вечность провел, пару месяцев. Курсанты – те приезжают и уезжают, но постоянный состав сидит там безвылазно. Йо-хо! Да здравствует справедливость!
Его горячий энтузиазм был заразительным.
– Там действительно так плохо? – спросила она.
– О да! О да! Ха! Надо мне будет послать ему ящик хорошего коньяка в честь императорской свадьбы, чтобы у него было с чего начинать. Или… Нет, лучше! Я пошлю ему ящик плохого коньяка. После определенной дозы, да еще там, это все равно не имеет никакого значения.
Получив столь горячие заверения в гарантированных невзгодах своего мучителя, Катриона радостно проскакала с ним вдоль сада. Всех главных гостей, включая Майлза, скоро должны были позвать на официальный ужин, где ему придется сидеть за высоким столом между императрицей Лаисой и ее подружкой, а Катриона снова присоединится к дяде и тете Фортиц. Правда, у Майлза были твердые намерения воссоединиться с ней сразу же после десерта.
– Так как ты считаешь? – спросил он, оценивающе глядя на происходящее. С наступлением сумерек веселье начало набирать обороты. – Хочешь большую свадьбу?
Теперь она узнала сверкающую в его глазах страсть к театральности. Но графиня Корделия научила ее, как с этим бороться. Она опустила ресницы.
– Это кажется несколько неудобным, ведь положенный год траура еще не миновал. Но если ты не возражаешь подождать до весны…
– А! Ну, осень тоже очень подходящее время для свадьбы…
– Тихая спокойная осенняя свадьба в узком кругу? Мне бы понравилось.
Можно было не сомневаться, что он все равно сумеет превратить эту свадьбу в нечто весьма достопамятное. И желательно не давать ему много времени на планирование.
– Может, в саду в Форкосиган-Сюрло? – предложил он. – Ты его еще не видела. Или в саду особняка Форкосиганов. – Майлз испуганно на нее покосился.
– Конечно, – легко согласилась Катриона. – В ближайшие годы свадьбы на пленэре будут в моде. Лорд и леди Форкосиган, естественно, станут ей следовать.
Майлз ухмыльнулся. Его – ее – их барраярский сад к осени будет еще довольно пустынным, но весь в саженцах, дожидающихся благотворных весенних дождей.
Они замолчали, и Катриона зачарованно уставилась на поднимающуюся по лестнице цетагандийскую делегацию. Посла и его высокую красавицу жену сопровождал не только самрал-губернатор Рю Кита, ближайшей к Барраяру планеты Цетагандийской империи, но и аут-леди из имперской столицы. Несмотря на то что, по слухам, аут-леди никогда не путешествуют, она прибыла в качестве личного представителя аут-императора Флетчира Джияджи и его императриц. Ее сопровождал гем-генерал высочайшего ранга. Никто не знал, как выглядит аут-леди, поскольку она передвигалась в силовом шаре, непрозрачном и переливающемся в честь праздника розовыми тонами. Гем-генерал, высокий и утонченный, был в официальном кроваво-красном мундире личной гвардии императора Цетаганды, который, по идее, должен был смотреться рядом с шаром чудовищно. Но почему-то не смотрелся.
Посол оглянулся на Майлза, вежливо помахал рукой и что-то сказал гем-генералу, кивнувшему в ответ. К изумлению Катрионы, гем-генерал и розовый шар отделились от группы и поплыли в их сторону.
– Гем-генерал Бенин, – произнес Майлз, мгновенно преобразившись в Имперского Аудитора при исполнении. В его взгляде сверкнуло любопытство и, как ни странно, радость. Он отвесил шару глубокий искренний поклон. – И аут Пел. Рад видеть вас – фигурально выражаясь – снова. Надеюсь, путешествие не показалось вам слишком утомительным?
– По правде говоря, нет, лорд Аудитор Форкосиган. Скорее я нашла его довольно бодрящим. – Голос шел из переговорного устройства в шаре. К вящему изумлению Катрионы, шар на миг стал почти прозрачным. Внутри перламутровой сферы в кресле сидела высокая светловолосая женщина неопределенного возраста. Она была поразительно красива, но что-то в ее ироничной улыбке подсказывало, что она не молода. Сфера снова стала непроницаемой.
– Ваше присутствие большая честь для нас, аут Пел, – вежливо проговорил Майлз. Катриона моргала, чувствуя себя временно ослепшей и ужасно некрасивой. Но горящее в глазах Майлза восхищение относилось только к ней, а не к этому розовому видению. – Позвольте представить мою невесту, госпожу Катриону Найлу Форвейн Форсуассон.
Лощеный офицер пробормотал вежливые поздравления. Затем он задумчиво посмотрел на Майлза и, прежде чем заговорить, коснулся губ странным церемониальным жестом.
– Мой повелитель аут-император Флетчир Джияджа просил передать вам, если я вас встречу, его персональные соболезнования в связи с кончиной вашего близкого друга адмирала Нейсмита.
Майлз помедлил, улыбка на его губах на мгновение застыла.
– Да, его смерть стала для меня большим ударом.
– Мой повелитель также просил передать, что надеется на то, что адмирал так и останется покойником.
Майлз посмотрел на высоченного Бенина, глаза его неожиданно сверкнули.
– Передайте вашему повелителю от моего имени – я надеюсь, что его возрождение не потребуется.
Гем-генерал сурово улыбнулся, удостоив Майлза наклона головы.
– Я в точности передам ваши слова, милорд.
Он сердечно кивнул Майлзу и Катрионе и вместе с розовым шаром вернулся к своей делегации.
Катриона, еще не придя в себя после лицезрения блондинки, пробормотала:
– И что это было?
Майлз пожевал губу.
– Боюсь, ничего нового, хотя я сообщу об этом Аллегре. Бенин только что подтвердил то, о чем Иллиан подозревал еще больше года назад. Моя легенда себя исчерпала, во всяком случае, перестала быть тайной для цетагандийцев. Что ж, адмирал Нейсмит и его разнообразные клоны, истинные и мнимые, пудрили им мозги куда дольше, чем я считал возможным.
