ином. Или мне показалось?
— Вы хотите, чтобы я за какие-то пару месяцев освоила то, что остальные изучают с рождения? — ответила мужчине и не узнала звука собственного голоса. Он звучал хрипло, с волнительными нотками, отчего и без того темные глаза мужчины стали совсем черными, потеряв свои изначальный цвет.
— Но с защитой у тебя все получилось почти отлично, — похвалил он меня и улыбнулся так, как умел — одними губами. Взгляд же улыбка не тронула. В их глубине плескалась сама тьма, которая безумно волновала что-то у меня внутри.
— Давай еще раз, — произнес он, на что я лишь сдвинула брови, понимая, что думаю не совсем о том, о чем стоит думать. А затем сделала то, что делать была не должна.
Один шаг, широкий, быстрый… он разорвал преграду между нами и вот я уже стою рядом с Северским и, запрокинув голову, смотрю в его глаза, понимая, что тону в них без остатка. Без возможности выплыть на поверхность. Я хотела утонуть, в этом-то и беда.
Демитр застыл, словно позволяя мне самой решить и сделать выбор. А руки сами потянулись к мужчине, опустились на каменные плечи, слишком напряженные, словно у хищника, застывшего перед прыжком. Я опустила правую руку ниже и почувствовала, как там, в груди куратора, бьется его сердце, так же быстро, как и мое.
Я рвано выдохнула и качнулась вперед. Демитр наклонился ко мне. Теплое дыхание коснулось губ, пробуждая внутри неподвластное мне безумие.
Как же это было прекрасно, касаться его! Голова шла кругом! Мир кружился, норовя уронить меня, но это было чистое блаженство!
Я закрыла глаза и почти тут же ощутила, как пальцы мужчины коснулись волос, стягивая тугую резинку и распуская темный каскад, позволив волосам упасть на плечи. Он зарылся рукой в мои локоны, обхватил шею, притянув к себе и жадно вздохнула, приоткрыв рот, когда чей-то кашель заставил меня открыть глаза и отпрыгнуть назад.
— Эхе, — произнес Федя откуда-то со стороны. — Не помешал?
Глава 27.
Голос домового прозвучал несколько сконфуженно. Мне показалось, что он и сам смутился, увидев нас вот так, вдвоем и рядом в недвусмысленной позе.
Чувствуя, как краска заливает лицо, отвернулась, пряча глаза.
Стыд-то какой! Мне было неловко и неудобно, словно меня увидел не Федор, а мама.
Что бы она сказала? Даже не знаю, вот только сердце продолжало биться в груди, словно пташка, рвущаяся наружу из тесной клетки.
— Не помешал, — ответил домовому Северский. Его голос прозвучал спокойно. Эмоции выдали лишь хриплые нотки, исказившие ровный голос куратора.
— Э, кхм, — Федя прочистил горло, — мы там уже почти все приготовили. Я что спросить-то хотел, если вы думаете еще позаниматься, то я бы успел и пирог испечь?
— Нет, — сорвалось с моих губ, прежде чем Демитр успел что-то ответить. — Я ужасно голодна. Магия отнимает много сил, — и посмотрела на Федора, опасаясь увидеть что-то такое в его глазах. Но нет. Федя лишь улыбнулся, да так мягко, что мне стало легче.
Какая я все же девчонка! Еще молодая и глупая. И возраст тут ни при чем.
Мне нравится Демитр. Стоило признать это. И меня тянет к нему, несмотря ни на что.
— Раз Лада проголодалась, то мы идем. Ступай вперед, Федор. Мы будем через несколько минут, — произнес куратор и спросил, — как там Марина Александровна?
— О, пока мы стряпали, я с ней поговорил. Сказал, что мог. Без всяких кошмаров. Если что, вы сами уж ей все объясняйте. Чтобы не было пересказа через вторые руки, — ответил домовой и…исчез.
Я замерла. Было как-то стыдно смотреть на Демитра. Только что мы едва не поцеловались и я, что самое поразительное, хотела этого поцелуя.
Даже сейчас.
— Будем работать над твоей магической силой. Реакция, скорость, — Демитр смотрел на меня, а я на него. Лицо мужчины стало удивительно спокойным, но глаза, все еще темные, горели потаенным огнем и этот огонь передавался мне.
— Я… — начала осторожно.
Куратор сделал всего шаг, сокращая расстояние между нами. Подняв руку, он осторожно обхватил пальцами мой подбородок, запрокидывая мое лицо вверх, и посмотрел долгим взглядом, от которого по коже пробежал целый табун мурашек, вызывая то самое чувство восторга и удовольствия, которые уже испытала ранее.
— Ты меня боишься? — спросил мужчина.
— Нет, — ответила слабым голосом.
Губы Северского исказила усмешка.
— И правильно. Я никогда не причиню тебе вреда, — сказал он и взгляд мужчины опустился на мои губы. — Никогда, — шепнул он тихо. Затем мужчина отступив, отпустил меня и добавил, — а сейчас прими душ и мы пойдем пробовать стряпню Федора.
Я качнулась назад, кивнув и осознавая, что рядом с этим человеком теряю способность мыслить здраво, особенно когда он вот такой.
В раздевалку почти влетела. Забравшись под душ, открыла кран с холодной водой, пытаясь привести мысли в порядок.
Помогло.
С минуту постояв под ледяными струями, сменила воду, разбавив горячей, и вымылась гелем, который нашла здесь же на полочке.
Я в норме. Да, меня хотят убить, моя сила нужна для темных дел, но именно сейчас я в полном порядке, потому что верю мужчине, в доме которого оказалась. И верю его словам.
* * *
Телефон прозвенел, когда мы поднимались по лестнице. Я достала мобильный и посмотрела на совершенно незнакомый номер, прищурив глаза.
— Кто? — спросил Демитр, идущий впереди. Он остановился и развернулся ко мне, взглянув в мое растерянное лицо.
— Не знаю, — пожала плечами.
— Тогда лучше не поднимай трубку. Здесь тебя вряд ли смогут выследить, но все же… — он слабо улыбнулся и я, кивнув, сбросила звонок, после чего сунула телефон в карман и продолжила идти за Северским.
На кухне мы оказались
