что так все это произойдет.
— Заставь их увидеть, Блейк. Эти люди достаточно настрадались. Они не могут отправиться на карантин. Здесь слишком много детей.
— Знаю. Я молюсь о чуде.
— Ты — Рубикон. Все будет хорошо. Как только они покончат с этим карантинным дерьмом, они могут оставаться здесь столько, сколько захотят. Они — семья. Возможно, мы их не знаем, но семья Чарльза — это наша семья.
Я с любовью дотронулся до руки Конни.
— Спасибо. Вы слишком добры.
— Сейчас мы нуждаемся в доброте больше, чем когда-либо, Блейк. Включая Древних.
Я кивнул и оглядел комнату.
— Ты видела Елену?
— Она смертельно устала. Она поднялась в комнату.
Проклятье. Я вздохнул.
— Ладно, это неплохая идея. Я тоже устал.
— Я подам завтрак, когда все проснутся, а когда вы проснетесь, маленький самолет будет готов. Не думаю, что малышам понравятся лифты.
— Ты подумала обо всем. — Я улыбнулся. — Еще раз спасибо.
— Иди отдохни. Завтрашний день потребует от тебя всех сил.
— Ты все правильно поняла.
Завтрак на ужин.
Солнце все еще стояло высоко, но я смертельно устал.
Я поднялся наверх и прошел мимо нескольких человек, пытавшихся устроиться поудобнее. Я остановился перед комнатой Елены. Я надеялся, что на этот раз все будет по-другому. Я устал от того, что меня не было с ней. Спи крепко, принцесса. Сегодня тебе ничто не причинит вреда. Я пошел в свою комнату. Я открыл дверь, и мое сердце пропустило удар. Елена спала на моей кровати.
Благодарю.
Я подумал о том, что сказал Пит в тот день, когда мы готовили ей еду. Я вернул ей ту женщину, которой она была раньше, если не сильнее. С ней все будет в порядке.
Я забрался к ней поближе и лег на спину. Мои мысли метались, пока я, наконец, не отключился.
Зазвонил телефон, и появилась голограмма мамы. Она хотела знать, кого мы привели обратно.
— Я не могу тебе этого сказать, мама. Просто убедитесь, что вы все на месте. Древние угрожают поместить их всех в карантин.
— Сколько их? — спросила она.
— Мама, пожалуйста. Мне нужно немного поспать.
— С Еленой все в порядке?
— Да, с ней все в порядке.
— Хорошо, люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. Скоро поговорим. — Я положил трубку и закрыл глаза.
Несколько часов спустя в комнате раздался писк будильника. Елена встала первой. Я наблюдал, как она, не глядя на меня, поплелась к двери. Я быстро принял душ и спустился вниз.
Я нашел Дейзи и Кэсси, которая прижимала к себе своего плюшевого мишку.
— Это чудесное место, — сказала Дейзи, все еще нервничая.
— Эй, ничего не случится. Даю тебе слово, мое и Элль.
— Знаю. Я просто нервничаю из-за Кэсси.
— Мой огонь вырывается наружу.
Она рассмеялась.
— Это большое облегчение.
— Иди поешь чего-нибудь.
Мы пошли в столовую и нашли Елену. Она наклонилась, чтобы поговорить с Кэсси.
Конни подала завтрак на ужин. Она была доброй женщиной.
Я взял тарелку и сел рядом с Еленой. Они сдвинули все столы вместе. Все говорили о том, какие красивые были комнаты, и как удивительно было чувствовать себя свободным. Увидеть солнце и подышать свежим воздухом. Люк не мог перестать подчеркивать это. Настоящий ветер, а не тот горячий воздух, к которому они привыкли за все эти годы.
Я никогда не смогу узнать, через что они на самом деле прошли.
Около восьми все сели в маленький автобус. Конни развеяла их страхи и упаковала закуски для всех.
— Спасибо тебе, Конни. — Я не знал, как ее отблагодарить.
— Анук, удачи, — сказала Конни. — Она полюбит тебя. Ни одна мать не повернется спиной к своему ребенку. — Она дотронулась до ее щеки.
Энни только улыбнулась.
— Спасибо тебе, Конни. За все, — сказала Елена.
— Веди машину аккуратно.
Я кивнул и завел двигатель.
Люк был впереди со мной и попрощался с ней.
— Скоро увидимся, — сказала ему Конни.
Он помахал ей рукой.
Я посигналил и поехал по дороге в сторону порта Ариса. Когда показался порт, Елена высказала свой страх по поводу лифтов.
— Мы едем не на лифте, а на маленьком самолете.
— На самолете? — спросила Елена.
Я улыбнулся.
— У нас есть несколько на этой стороне.
Люк рассмеялся.
Я припарковал автобус и был удивлен, что там не было никаких тараканов. Я думал, они набросятся на нас толпой.
Самолет ждал на взлетно-посадочной полосе. Они построили ее для самолетов, которые летали в Бермудский треугольник с людьми, которые никогда не смогли бы покинуть Пейю.
— Ладно, вот и все, — сказал я. — Не похоже, чтобы здесь были какие-нибудь репортеры. Держитесь поближе ко мне, и с вами все будет в порядке. Если там будут какие-нибудь репортеры, когда мы приземлимся, я разберусь с ними, пока Елена проведет вас через все это.
Они все кивнули и выбрались наружу. Я отвел их в ту секцию, о которой мне рассказывала Конни. Я должен был отдать это Калебу, он относился к этой миссии как к совершенно секретной.
Все поднялись на борт, пока я разговаривал с пилотом. Он сказал мне, что это будет долгий перелет, и мы прибудем в пункт назначения в шесть часов следующего вечера.
— Все в порядке. У нас полно еды, — сказал я и забрался в самолет.
Я сел рядом с Кэсси и Дейзи. Они были окружены другими детьми. Малыши были напуганы. Я решил почитать им одну из историй Кэсси, чтобы отвлечь их от взлета. Они смеялись, когда я озвучивал всех персонажей и создавал свои собственные звуковые эффекты, чтобы они соответствовали этой истории. Елена тоже слушала мой рассказ. Я одними губами спросил:
— Ты в порядке?
Она кивнула, улыбнулась и вставила наушник в ухо. Другой она отдала Энни, пока я рассказывал следующую историю.
Когда все дети уснули, я заметил Елену с Энни, лежащей у нее на коленях. Она выглядела смущенной. Я встал, положил Кэсси на сиденье, укрыв ее одеялом, и подошел к Елене. Я сел на сиденье рядом с ней, поближе, и обнял ее, не говоря ни слова. Она легко прижалась ко мне и почти сразу же заснула. Я пытался поспать несколько часов, но слушание тяжелым грузом давило на меня.
Я понятия не имел, как на это возразить. Я думал, что построю его вокруг Елены. Она была нужна. Какое бы наказание они ни задумали, придется подождать, пока все это не закончится. Я бы также использовал ее, чтобы привести доводы против карантина. Она пробыла там четыре месяца, и с ней все было в порядке. Я должен был освободить их от
