мне придется умереть, защищая этих людей, значит, так тому и быть. По крайней мере, я умру за людей, которые нуждаются во мне. — Она оглянулась на Дюклина. — Ты прав, возможно, я не знала своих мать и отца, но что я узнала о них, так это то, что они были сострадательными, они проявляли милосердие, и они сражались за слабых, когда никто другой этого не делал. Я уверена, что заставила бы их гордиться тем, кто я есть сегодня. Никогда не пытайся заставить меня чувствовать себя ничтожеством, говоря от их имени, потому что на самом деле они могли бы быть разочарованы вами пятью и всем этим Советом. — Она посмотрела каждому в глаза. — Вы смешны. А не я. И никто из вас не способен управлять моим миром.
— Твоим миром? — Дюклен передразнил ее смешком.
— Да, моим. Он был подарен мне в тот день, когда ты решил сделать моего пра-пра-дедушку Уильяма своим королем. Никто не отнимет это у меня. Это мое право по рождению. И в следующий раз, когда мы увидимся, я ожидаю, что ты будешь обращаться ко мне как к принцессе.
— Они должны быть в карантине! — закричал Дюклин. — Вы что, все сошли с ума? — Он оглядел комнату в поисках поддержки.
— Тогда тебе придется пройти через меня. — Ее ладонь засветилась, и розовое пламя заплясало на ее руке. Вот это уже была угроза.
— И меня. — Я шагнул вперед со своим собственным пламенем.
Она встретилась со мной взглядом.
— И меня тоже, — сказал Гельмут, вставая со своего стула.
Эмануэль был бы польщен действиями своего всадника.
Все больше и больше драконов и всадников присоединялись к нам. Это слушание войдет в историю.
— Думаю, мы закончили, Дюклин, — сказал предок Елены. — На этот раз им не нужен наш голос.
— А кто будет защищать остальную часть Пейи? Всех невинных, всех детей? — выплюнул Дюклен.
— Детей? — спросила Елена. Она посмотрела на охранника у двери. Он вытер слезы с глаз и кивнул.
Несколько мгновений спустя он привел десятерых в зал суда. Они выглядели окаменевшими от страха перед Древними. Я взглядом нашел Чонга и Констанс. Они уставились на Энни.
— Вы хотели причинить вред детям. Я защищаю детей. Я защищаю Пейю. Я и мой дракон. — Она взяла меня за руку. — Мне казалось, я совершенно ясно дала это понять несколько минут назад.
Покалывание пробежало по моему телу и согрело сердце.
Дюклен кивнул.
— Что ж, ты приняла решение. Кто мы такие, чтобы утверждать обратное, принцесса. — В его словах был сарказм. — Не приходи ко мне, когда в Пейе разразиться эпидемия.
— У нас есть Ласточкокрылые, чтобы вылечить их, — сказала она. — Будет ли что-нибудь еще?
Все пятеро покачали головами.
Констанс вскочила со стула и вышла из комнаты.
— Тогда, думаю, это заседание закрыто.
Мы направились к группе.
Папа посмотрел на Елену с улыбкой и склонил голову.
— Не начинай с этого дерьма, — сказала она.
Я рассмеялся.
Она наклонилась, обняла Кэсси и погладила Дейзи по руке.
Отец подошел ко мне.
— Она всегда была достойна, Блейк.
Я кивнул и закрыл глаза, борясь со слезами.
— Мы не отправляемся на карантин? — спросила меня Энни.
Я покачал головой.
— Никому и в голову не придет поместить тебя в карантин, Желешка.
Я сжал ее в объятиях.
— Мы возвращаемся к Дэвиду и Конни? — спросила Дейзи.
— Да, Дейзи.
— Слава небесам! Когда он говорил обо всех этих тестах, Блейк…
— Шшш, все кончено.
Как только мы вернулись в комнату ожидания, Елена прерывисто вздохнула.
Я рассмеялся.
— Наконец-то ты встала на место своих родителей.
— Это была самая страшная вещь, которую я когда-либо делала, — сказала она.
— Они дважды подумают, прежде чем снова перейти тебе дорогу. Я горжусь тобой.
Она улыбнулась.
Энни толкнула меня локтем.
— Иди, обними ее, — одними губами произнесла она.
Я сделал шаг к Елене, когда раздался стук в дверь.
Энни, окаменев, уставилась на дверь.
— Она будет счастлива. Обещаю тебе, — сказала Елена.
Я открыл дверь и увидел мастера Лонгвея. Его глаза были затуманены слезами, когда он прошел мимо меня и встал прямо перед Энни.
— Анук? — спросил он.
Энни кивнула и обняла своего дедушку.
— Как ты узнал? — спросила она.
— Ты так похожа на своего отца.
Он спел ей китайскую песню, и она рассмеялась, хотя на глазах у нее выступили слезы. Она спела с ним последнюю часть песни.
Елена смахнула слезу. Я сжал ее плечо, но сомневаюсь, что она вообще это почувствовала.
— Я помню тебя. С тобой я всегда чувствовала себя в безопасности, — сказала она.
Он обнял ее и поцеловал в макушку.
— Спасибо тебе, Елена, — одними губами произнес он.
Она кивнула.
Где Констанс? Она должна знать, что это Энни.
— Пойдем, — сказал мастер Лонгвей. — Мы можем вернуться в Академию Дракония на экипажах. Приглашаем вас всех остаться в Академии и отдохнуть. Завтра ты можешь вернуться к Дэвиду, если хочешь. Никто не причинит тебе вреда. Даю слово. — Он вывел Энни наружу, взяв ее под руку. — Мы вернем тебе драконью форму, Анук, — сказал он.
Она кивнула.
— Мне жаль, что ты была одна, — сказал он с глубокой печалью.
Его сын не выжил, и я мог только представить его боль.
Энни остановилась у входа и повернулась к Елене.
— Спасибо, — сказала она. — Вижу тебя во всем твоем величии. Я рада, что ты на нашей стороне. Смельчик с другой стороны…
— О, тише, — сказал я и игриво пнул ее по заднице.
— Я обещала, что они не причинят тебе вреда, — сказала Елена.
Она всегда делала то, что говорила, всегда так и было. Это было не столь уж тонкое напоминание для всех.
Мы шли позади мастера Лонгвея и Энни. Когда мы выходили, нас догнали вспышки.
— Правда? — прорычала Елена.
— Пусть они фотографируют, — сказал я и встал перед ней, защищая. Угроза Сэма все еще была реальной.
— Блейк, ты можешь пролить свет на то, что произошло внутри? Как вам удалось выиграть это слушание? — спросил репортер.
Я проигнорировал их. Члены Совета смогут посвятить их в детали.
Раздались новые вопросы.
— Пожалуйста, все, что угодно, — кричали большинство из них.
Одна из камер засветилась, и чешуйки Констанс сделали их вспышки еще более яркими, когда они отразились от нее.
Мне пришлось прищуриться.
Энни уставилась на мамину драконью фигуру.
Чонг поцеловал ее в висок и прошептал:
— Иди, она скучала по тебе. Она думала, что ее драконья форма — единственная, которую ты знаешь.
Энни подбежала к матери.
Она обняла лапу матери, и большая серебристая голова Констанс накрыла тело Энни. Драконий крик Констанс наполнил
