скованными руками и под строгим присмотром «полисгёрлз» исполняет ещё одну короткую композицию. В режиме соло. Остальные снова застывают в манекенных позах.
Мы долго рядили, чей будет вокал в «Плохом мальчике». Долго совещались, а потом я решила, что оставлю себе. Мелодичность Рози в ней не нужна, а мою фирменную развратную хрипотцу точно воспроизвести не может. Поэтому пусть пляшет. Но сначала мальчики.
ЧеРиш лёгкими движениями подправляет мне причёску. Я всю свиту притащила сюда. На роль девочек на побегушках. Сначала они забились в уголочек, но потихоньку осваиваются.
Выхожу. Машу ручкой на все четыре стороны и с трудом удерживаюсь, чтобы не раскачивать бёдрами. Мощные потоки мужского внимания буквально заставляют это делать. Из оглушительных динамиков несётся:
— Уважаемая публика, встречайте! Солирует Лалиса Манобан! Текст и музыка — Лалиса Манобан! Аранжировка — Лалиса Манобан! Песня «Плохой мальчик»!
Ответный рёв чуть не заставил меня позорно пригнуться. Манобан — девичья фамилия хальмони. Имя и так красивое, решили его не менять, как ЧэЁн, а фамилия Ким слишком обыденная. Так такой у меня теперь псевдоним.
Начинать пришлось с паузы. И уговаривать пришлось. Уже мне.
— Уважаемая публика! Понимаю ваши чувства, но вы тратите своё время впустую. Время у нас ограничено. Вы рискуете не услышать одну или даже две песни. Они совершенно новые и раньше не звучали…
У-ф-ф-ф! Кое-как успокаиваются. Надо в следующий раз учитывать при планировании программы. Необузданный восторг публики, как бы приятен не был, дестабилизирующий фактор.
Ладно, поехали! Песня начинается с короткого слова «Д(ё) — о», которое и не напишешь и нескольких вздохов, плавно переходящих во вкрадчивые звуки.
Парни заряжают с места в карьер. Через пару минут отваливаются и расползаются. Выходят девочки. В той же полицейской форме. Только жакеты сняли и теперь форменные галстуки танцуют вместе с ними. Рози — нет, она в гражданке. Это саджанним подсуетился. Поймал волну, молодец. Девчонки заканчивают партию по отработанной схеме. Уводят меня под руки, как арестованную. Под стоны публики. Рози остаётся с мальчиками. За ней сейчас «Eminem — Lose Yourself».
— Лалиса! — Президент ХёнСок перехватывает меня на выходе из раздевалки. — Всё замечательно проходит! Это не просто успех, это оглушительный успех!
Покладисто позволяю ему потрясти меня за плечи, затем сажусь в кресло под умелые руки ЧеРиш. Каждый раз за несколько минут исхитряется мне что-то новенькое на голове изобразить. Точности ради, надо сказать, что все импровизации заготовлены заранее, но по мелочи она и на ходу что-то меняет. Макияж тоже на ней.
Через пятнадцать минут, когда отзвучали ещё две песни, в том числе «Stoto», выяснилось, насколько был неправ президент ХёнСок. Песенку «Тока-тока» слепила почти из хулиганских соображений, наслушавшись примитивных мелодий на танцевальных площадках. На спор с ХёнСоком, в присутствии которого как-то, сморщив носик, высказалась о них почти нецензурно. Он меня и подловил.
— Да на раз! — слова почти сплюнула, приняв вызов. И через неделю сконструировала этот примитив. Даже не хочу говорить, что сочинила. Хореография стиля «два притопа — три прихлопа», петь может, кто угодно. Хоть забулдыга в караоке.
— Кто угодно, кроме меня. Лично я петь это не буду, — так сказала саджанниму, а он тут же включил песню в концертную программу. Примерно вот такая хрень: https://www.youtube.com/shorts/iubblhiF8Ac?feature=share
Стадион и без того ревел, как мощный прибой, а когда, — даже не Рози, что надо отдельно отметить, — а всего лишь ДжиСу, вокалистка второго плана, начала это петь, публика на первых тактах замирает. А через минуту небо обрушивается на землю. Первая моё ощущение.
Концерт, между прочим, подходит к концу. И мне надо петь «Пурпурное солнце». Хотя бы. «Sweet dream», который отдала Рози, может и не прозвучать. Время выходит, а стадион не успокаивается. Тока-тока разносится по трибунам мощной акустической волной. Щибаль! Я уже на сцене, а петь нельзя.
— Уважаемая публика! — в пятнадцатый раз обращаюсь. За секундное затишье вбиваю элементарную мысль:
— Вы же не знаете! Следующая песня может быть ещё лучше!
Протестующие крики. Уже хорошо, что хоть что-то можно уловить. Возбуждение вещь не сильно долговечная, далека от мысли, что моё обращение их успокаивает. А ещё привлекает внимание ударное и многообещающее начало песни.
Выжимаю из себя всё, конкурируя сама с собой. Мой голосок с еле уловимыми порочными оттенками успокаивает трибуны. Саджанним как-то указал, что песенка резонирует с мужским началом. Так или иначе, но аплодисменты получаю достаточно вялые. Ну, и дебак с вами. Всё равно я в плюсе, выиграла у самой себя.
— Это была последняя песня, дорогие друзья, — улавливаю жест менеджера Има, который стоит внизу и показывает мне на часы. — Но встретимся мы ещё не раз…
Уже во время второго концерта мы поменяли местами «Stoto» и «Тока-тока». Лунная песенка «Stoto» оказалась хорошим демпфером после обвальной «Тока-тока». В перерыве валялись, кто в кресле, кто прямо на полу в комнате отдыха. Почти не разговаривали, настолько все были выжаты. Боялась, что не вытянем второй концерт, но нет, попили перед началом кофе и вперёд.
Но «Sweet dream» мы так и не спели. Устали всё-таки…
Место действия: агентство Bit Hit Entertainment.
Время действия: 16 августа, 08:15.
Утренняя планёрка в кабинете президента.
— Это что за… — рассматривая текст на паре листов, удерживаюсь от нецензурной концовки. Всё-таки официальное, так сказать, производственное совещание.
В кабинете обычный состав, Им-Кан-Ким, кроме нас с президентом.
— Что не так, Лалиса-ян? — ХёнСок спокоен, как сытый удав. Забирает у меня график выступлений. Собственно, я сама его отталкиваю.
— Всё так, саджанним. Кроме одной мелочи, выполнить его невозможно. Даже если замертво на сцене упадём.
Куда это годится?! Есть дни по три концерта в день.
— Хорошо, что хоть сегодня выходной… — бурчу вполголоса.
— Не совсем, — роняет президент. И на мой возмущённый взор, который кричит «Что ещё?!» отвечает:
— Сегодня займёмся саморекламой. Это и будет отдыхом, Лалиса-ян.
— Три концерта в день мы не выдержим, саджанним. Два это предел, затем день отдыха. Человеческие силы имеют свои границы.
ХёнСок переводит взгляд на менеджера Има. Тот, улыбаясь, принимается объяснять.
График напряжённый, но это обычное дело. Да, аврал, но ничего сверхестественного. Вчера мы действительно получили изрядную нагрузку, но она повторится только на следующих выходных. Плюс ко всему на стадионах применят «фанеру»…
— Там всё равно шум такой, что никто не поймёт. Да и натуральным голосом, Лалиса-ян, до ушей публики не пробьёшься. Сложные вокальные композиции исключим. Большая часть будет в стиле «Тока-тока»…
Вокалом будем блистать в концертных залах. Самый большой из них всего на две с половиной тысячи мест. К тому же у
