я не был таким..., ну, таким добрым, что, если бы я был негодяем, который решил бы убивать ради развлечения и скрываться в других мирах, где его никто не найдет. Ведь умение ходить через миры может превратить любого слабого человека в абсолютного убийцу. Неужели за этим никто не следит?
- Я тоже задумывалась об этом. Жутко представить, во что может превратить человека понимание своей безнаказанности.
- Не знаю, Вольдемара сатиры гнали по мирам, у него только пятки сверкали..., может, поймали уже.
Мы замолчали на минуту, погрузившись в свои мысли. Отчего-то все они были мрачными. С каждой минутой их становилось все больше, что всерьез напугало меня. Я встряхнулся.
- Опять какой-то это депресняковый мир. Антош, веди нас снова к морю, к пальмам..., - хотел сказать, к бабам, но передумал, - еще пять минут и я начну серьезно задумываться о самоубийстве. Нам с тобой хорошо, мы гладкие, а Ляля вон, уже на шахтера похожа, одни глаза видно.
На самом деле пылью уже успело присыпать и змея. Когда он открыл глаза, показалось, что они светятся.
- Прижмитесь плотнее. - Попросил змей угасающим голосом.
Мы с кошкой сдвинулись с места. От нас поднялась пыль. Не мир, а материализованная тоска. Мне стало еще очевиднее, что умение контролировать чувства одно из условий перемещения между мирами. Хорошие мысли ведут к хорошим мирам.
Змей загудел как трансформатор, готовый «дать дуба» в любую минуту. Через минуту, сам не заметив как, я пристроился к этому вою. В следующий мир мы переместились с большим трудом, пролезли как разъевшийся Винни-Пух в тесную кроличью нору. Вдохнув свежего чистого воздуха, я сразу почувствовал благоприятные изменения. Тягостные мысли сами растворились в чистой атмосфере.
Змей сделал, как его просили, солнце, зелень и вода. Если не вспоминать его предыдущие эксперименты, не держать в уме какую-нибудь подлянку, то можно было сказать, что он совершил качественный скачок. Этот мир выглядел идеально. И самое главное, в нем не ощущалось присутствие цивилизации. Впрочем, что можно было ожидать от конченого интроверта и социопата, которым был Антош.
Мы с Лялей, не сговариваясь, бросились в воду, оставив одежду на берегу. Вода в реке просвечивала до самого дна. Я поплавал с открытыми глазами и не удержался, чтобы не схватить кошку за хвост. Ляля выдернула его из моих рук. Я всплыл на поверхность, смеясь и отплевываясь от воды одновременно.
- Ничего смешного, Жорж. - Укорила меня кошка. - У нас не принято хвататься за хвост. Эта часть тела слишком интимная, чтобы ее трогали чужие.
- Прости, у нас все интимное прячется в трусы. Больше не буду. Или буду, когда такое время настанет.
Зрачки у Ляли сузились в щелочки. Я не понял сразу, что она задумала. Вдруг, она резко, я бы сказал молниеносно, нырнула и сдернула с меня трусы. Меня окатила волна стыда. Еще бы, вода была холодной, чтобы демонстрировать мое видовое превосходство. Прежде, чем Ляля всплыла, показались пузыри воздуха. Видно, смеяться она начала уже в воде. Точно, она показалась над водой, заливаясь смехом.
Мне стало неловко. Женщины везде одинаковые. За одну секунду могут превратить любого алфа-самца в закоплексованного мужчинку, зацикленного на размерах своего пениса.
- Мы квиты. - Сквозь смех произнесла Ляля. - А что ты такой красный?
- А то, что вы перегнули палку мадам.
- Там не было никакой палки. - Кошка не поняла моих языковых инсинуаций.
- Это у вас все прикрыто мехом, можно и голышом ходить, а у нас все наружу, поэтому прикрываемся одеждой. После этого, ты просто обязана на мне жениться.
- Не, после этого я передумала. - Кошка брызнула мне в лицо струей воды.
- Ах, вот как! - Я брызнул в нее еще сильнее. Уж этому я научился в детстве.
Между нами завязалась водная потасовка. Змей смотрел на нас и не мог взять в толк, что в этом может быть забавного.
Мы выбрались на берег, заливаясь смехом. Хорошая встряска после посещения пыльного угнетающего мира. Змей лежал на песке, отсвечивая полированной чешуей. На его не эмоциональном неподвижном лице, тем не менее, отчетливо читалось блаженство. Я ждал от него новых подковырок насчет наших млекопитающих отношений, готовых, по его мнению, перерасти во что-то большее. Однако, Антош молчал.
- Уснул? - Спросил я его, плюхнувшись рядом на большой зеленый лист местного растения, похожего на лопух.
- Задумался. - Лениво ответил змей.
- Видно, о приятном?
- Обо всем сразу.
- Везет. Я умею думать одновременно только об одном. У меня однозадачный процессор, с последовательным обдумыванием.
- Это расплата за социальную адаптацию. - Произнес змей.
- Поясни.
- Ну, я заметил, что люди, не склонные к размышлениям, проще организуются в социум.
- Ты хочешь сказать, что дураки больше склонны собираться в кучки?
- Я не хотел тебя обидеть своими наблюдениями, Жорж. У меня есть теория, что природа просто собирает их, чтобы вместе они представляли собой сборный образ умного человека.
- Не знаю, по-моему, сто дураков так и останутся сотней дураков. Им просто нужна поддержка единомышленников, чтобы чувствовать себя уверенно в непонятной среде. А умному человеку достаточно быть наедине с самим собой, чтобы ощущать себя полноценным. Скажи, Антош, мы тебя не тяготим с Лялей?
- Нет, как ты мог такое подумать.
- Значит, ты не клинический умник.
- И не один из вас. Я - протон, ядро молекулы, а вы - электроны. Между нами притяжение из-за разной полярности зарядов.
- Вижу, Антош, думать для тебя, как для нас купаться. Когда уже начнутся миры, кишащие... людьми?
Змей ответил не сразу.
- Знаете, я не могу вам обещать, что вас встретят так же тепло, как твои родители, Жорж.
- Ну, да, вы же хладнокровные. - Я похлопал змея по теплой чешуе.
- Ты, что, хочешь сказать, что не познакомишь нас со своим миром? - Удивилась кошка.
- Если вы не обидитесь, то я был бы рад обойтись без этой процедуры. Что вам с того, что вы не узнаете моих родственников? Наверняка, мы для вас будем все на одно лицо?
- Антош, думаешь, я пойду мериться к тебе своими родственниками? Мне просто любопытно, какую цивилизацию построил твой народ. Мне покоя не дает мысль, как же вы управляете механизмами, как у вас выглядят города, как вы обедаете, в конце концов.
- Да? - Змей заглянул мне в глаза.
- Мне
