Хиллиард ворвался в гущу этой толпы, стегая направо и налево плетью и пытаясь тем самым подчинить себе запаниковавших наемников. Сэр Кеннет решил поторопить их. Он зарядил пушку, и та, подпрыгнув, выплюнула тяжелое ядро. Оно со свистом врезалось в землю, выбросив вверх грязь и кровь. Еще громче завопив от страха, наемники в мгновение ока взобрались на холм.
Срикошетивший осколок застрял в плече лошади, на которой восседал Хиллиард. Уже достаточно напуганное оглушающими выстрелами животное попятилось и встало на дыбы, пытаясь сбросить всадника. Ему это удалось, и Хиллиард, пролетев по воздуху, рухнул в грязь. Его падение выбило фонтан грязной жижи, что вызвало хохот у тех, кто стоял на стене. Хиллиарду стоило огромных усилий поднять свою тушу, и к тому моменту, когда его попытки увенчались успехом, он находился в такой бешеной ярости, что солдаты поняли, что у них есть все причины бояться его в не меньшей степени, чем защитников замка. И когда он взмахнул своим мушкетом, у наемников не возникло сомнений, что он застрелит любого, кто осмелится сбежать.
Защитники замка Фаулдер получили небольшую передышку, пока Хиллиард ругал своих людей и молча приходил в себя от нанесенного его гордости оскорбления. Сейчас он столкнулся именно с тем самым Максимом Сеймуром, о котором его предупреждал Николас. Только глупец позволит себе еще раз недооценить столь грозного противника.
Выстроившиеся на вершине холма лучники обрушили град стрел на замок. Чтобы защитить орудийные расчеты, были выставлены заранее приготовленные щиты. А Хиллиард тем временем выстроил свои войска для новой атаки. Теперь солдаты двинулись вперед колонной, на расстоянии нескольких ярдов друг от друга, и несли грубо сработанные лестницы. Джастин и Шербурн вжались в стену и встретили наступавших залпом из луков. Но стоило одному из наемников упасть с пробитой грудью, на его место заступал следующий.
Пушки продолжали палить без передышки, но теперь удавалось сразить одного или двух солдат из вытянувшейся вдоль дороги колонны. Когда первые атакующие почти вплотную приблизились к стене, даже Хиллиард, сопровождаемый своими приближенными, отважился спуститься с холма, покинув столь безопасное место. Наступление продолжалось, и пушки защитников уже перегрелись от непрекращавшейся пальбы, поэтому Максим приказал своим людям занять новую позицию. Лучники Хиллиарда прекратили осыпать замок стрелами, чтобы не попасть в своих же. Противник пошел на приступ каменной преграды, но Фич, Спенс, Дитрих и конюх уже бежали через двор, таща котелки с кипящим салом. В тот момент, когда наемники приставили лестницы к стене и начали подниматься, их встретили огненные потоки. Разрывая воздух своими воплями, солдаты полетели вниз, но холодная земля под лестницей не могла принести облегчения, потому что в следующее мгновение перед ними заполыхала стена огня — это защитники замка бросили зажженные факелы на хорошо просушенные и политые салом доски, сложенные снаружи. Одежда солдат сразу же загорелась, и они, запаниковав, бросились врассыпную, тем самым только раздувая пожиравший их огонь.
Присутствие Хиллиарда уже не пугало солдат: они с радостью приняли бы пулю, которая положила бы конец их страданиям. Король Ганзы видел, как слабеет боевой дух его наемников. Хиллиард был достаточно мудр, чтобы понять, как важно сейчас успокоить их, иначе он просто лишится войска. Он приказал солдатам собраться у холма, и пока те добирались до безопасного места, вновь заговорившие пушки успели нанести ощутимый урон и так поредевшим рядам противника.
Хиллиард попытался вдохновить свое войско на дальнейшее наступление, поднять боевой дух солдат, суля золотые горы в случае успеха. Он сам был обескуражен столь большими потерями. Ведь с ним прибыло более восьмидесяти наемников, теперь же осталось человек двадцать. И его поразило не только число убитых и раненых, но и быстрота действий защитников замка. Он упрекал себя за то, что послушался глупую фрау Ганс, приняв на веру ее язвительные замечания по поводу боевой мощи и обороноспособности ненавистных ей англичан. Совершенно очевидно, что ее просто обвели вокруг пальца. Что же касается его самого, то он выставил себя круглым дураком, положившись на ее суждения.
Илис воспользовалась затишьем, чтобы удостовериться, что никто из их малочисленного войска не пострадал. Наиболее серьезное ранение было у Шербурна: его щеку царапнуло стрелой. Девушка принялась обрабатывать рану, не преминув поддразнить его. Она заявила, что столь красивый шрам обязательно привлечет внимание всех английских дам.
Герр Дитрих принес еды, чая, молока, чтобы подкрепиться, и воды, чтобы утолить жажду, — защитники замка Фаулдер восстанавливали силы в ожидании новой атаки.
Было уже далеко за полдень, когда пламя погасло, оставив на каменной стене длинные черные пятна копоти. Неподвижные обуглившиеся останки солдат, не успевших спастись от огня, служили печальным предостережением тем, кому предстояло вновь идти на штурм замка. Наемникам Хиллиарда оставалось только гадать, что еще приготовили им эти чертовы англичане.
И опять наступавшая армия выстроилась в шеренгу, но на этот раз солдаты расположились на значительном расстоянии друг от друга, поэтому Максим и сэр Кеннет посчитали бессмысленным тратить на них снаряды. Они вооружились арбалетами, которые оказались совершенно бесполезными, когда противник приблизился к стене. Наемникам удалось приставить лестницы к стене там, где их не могли достать стрелы, и вскоре они уже перелезали через парапет.
Защитники копьями сбрасывали солдат, и Максим в ожесточении метался по стене, пытаясь поразить как можно больше врагов, но вскоре стало ясно, что в рукопашной схватке перевес будет на стороне противника. Он приказал своим друзьям отходить под защиту замка и, увидев, что они немедленно подчинились ему, выхватил шпагу и стал пробивать себе дорогу. Он сбежал со стены и стремительно пересек двор. Дверь уже была открыта, и Максим, ворвавшись в зал, поспешно захлопнул ее и вставил брус в скобы.
Он схватил приготовленный лук, распахнул ставню и ухитрился уменьшить количество нападавших на три человека, прежде чем они успели копьями закрыть створки. Защитники замка заметили, что несколько наемников уже крутят рукоятку механизма, поднимавшего решетку, и поняли, что Хиллиард скоро войдет в замок. Еще немного — и брус, запиравший дверь, будет сломан.
— Скоро люди Хиллиарда ворвутся в зал, — объявил Максим, повернувшись к обитателям замка. — Нам остается отступать в верхнюю спальню. Не падайте духом, друзья, мы еще не исчерпали все наши возможности. — Он знаком попросил сэра Кеннета перевести его слова конюху и повару, потом, обняв стоявшую на лестнице Илис, добавил: — Хиллиард еще не догадывается, что я задумал. Мы одолеем его. Не бойся, родная.
