префект полиции, сменивший на этом посту Хантре – Тунанк Выри знала от Венши, что рыжий успел побывать наместником князя и высоким начальством, а потом был разжалован за должностной проступок. Хармины-Харменгеры в зале не было, но мучаха чувствовала, что она где-то рядом.
Венша уже успокоила ее, мол, «демоны Хиалы останутся с нами, ты не бойся» – Тейзург научил своих магов, как открывать для них Врата и обеспечивать им длительное пребывание в людском мире. А Тунанк Выри сама не знала, что ее больше пугает: присутствие «дружественных» демонов – или то, что они уберутся восвояси, и Лярана останется без их защиты?
Она чинно сидела на стуле за спинами у магов, невзрачная барышня в клетчатом платье, и кончик хвоста у нее под юбкой нервно подергивался. Венша, с головы до пят закутанная в голубые шелка, устроилась рядом.
Ринальва деловито и обстоятельно рассказала о том, что случилось в оазисе. Умолчала только, что придворная дама Веншелат на самом деле амуши. Префект полиции заявил, что проведет расследование, Понсойм Фрумонг, Бельдо Кучелдон и Фламодия-Флаченда заочно арестованы, за содействие в их поимке назначена награда. Венша под своими шелками фыркнула: эти трое уже далеко.
Глава Городского совета извлек из футляра письмо Тейзурга, которое надлежало вскрыть, если с ним что-нибудь случится. В числе прочего князь Ляраны приказал игнорировать любые распоряжения, которые могут поступить от него, пока он будет находиться в плену.
– Он знал! – прошипела Венша. – Он же знал… Почему?!..
После собрания им заступила дорогу Иланра.
– Ответь на мои вопросы, – произнесла она непререкаемым тоном, в упор глядя на амуши мерцающими глазами, похожими на песочные опалы.
У Тунанк Выри душа провалилась в пятки, и она сама не заметила, как очутилась на изнанке коридора. Она не хотела бросать подругу в беде и отчаянно за нее переживала, но это сильнее ее – она ведь мучаха…
Ничего плохого, ведьма всего лишь хотела выяснить подробности насчет ловушки, в которую поймали Тейзурга, и насчет осужарха, и насчет колдовства, которое использовали слуги Лормы. Венша все выложила, а когда Иланра ушла, прямо там и уселась на корточки. Тут же охнула, вытянула поперек коридора больную ногу.
– Прости, что я сбежала, – виновато пробормотала вынырнувшая из стенки Тунанк Выри. – Ничего не могу с собой поделать…
– Да что с тебя взять, все ваше племя такое, – беззлобно махнула свисающим рукавом Венша. – Станешь смелой – помрешь, смелых мучах не бывает, это против правил. Но вот что, если эта старая песочница еще раз ко мне вот так подкатит, ты лучше сразу беги за Харминой. Или… или за Ринальвой.
– За Ринальвой? – удивилась мучаха.
– Да. Она совсем не такая, как я про нее раньше думала. Или нет, все-таки такая, но еще и другая. А внутри, может, какая-нибудь еще. Бывает же, что человек разный… Пойдем.
Проковыляв несколько шагов, амуши остановилась возле полуколонны с нечеловеческой маской, улыбающейся из мраморной листвы на капители, и яростно прошипела:
– Ненавижу бояться!
– Да чего тут такого? – робко удивилась Тунанк Выри.
– Ты не поймешь! Вот было бы славно завести свою собственную песчаную ведьму… Если б какая-нибудь из них потеряла или оставила у нас в городе новорожденную дочку, а мы бы нашли и воспитали…
– Песчаные ведьмы не теряют и не бросают своих дочерей, – педантично возразила Тунанк Выри. – Мальчиков они отдают отцам, а девочки становятся олосохарскими ведьмами, это известный факт.
– Прямо-таки впору наведаться в их деревню да украсть девчонку…
– Не вздумай! Тогда тебе конец – найдут и превратят в засохший корешок. Поскорей выкинь это из головы да забудь, что сказала.
– Не паникуй, я же пошутила. Но если вдруг в нашем городе откуда-нибудь возьмется маленькая ничейная песчаная ведьма... Пусть мы ее первыми найдем, и пусть она останется у нас, я уже попросила об этом город.
– Песчаные ведьмы рожают в своих деревнях, – снова поделилась знаниями ее собеседница. – О таком надо просить не город, а Двуликую Госпожу.
– Тогда прошу об этом Двуликую Госпожу, – нисколько не растерялась Венша. – А уж я, как дух-хранитель Ляраны, позабочусь о том, чтобы в моем городе ее как следует почитали!
– Двуликая исполняет то, что может быть исполнено. Никакой вероятности, что какая-нибудь песчаная ведьма потеряет ребенка и не станет искать. Даже если с матерью что-то случится, поисками займутся ее родственницы.
– Да я же несерьезно сказала! Я же понимаю, что такая вероятность меньше комариного хвостика, но Двуликая на несерьезные речи не гневается.
Заболтались о песчаных ведьмах, и мучаха даже о постигшей их беде забыла. Но теперь снова вспомнила и бултыхнулась в свою тревогу, словно в холодную воду.
– Ох, что с нами будет…
– Развлекуха будет! – отозвалась Венша – ее племя найдет развлекуху где угодно. – Это раньше я была служанкой Лормы, а ты служанкой Арнахти, а теперь у нас есть Город! Основатель города попал в беду, но сам-то город никуда не делся. И не денется, мы этого не допустим, – она принялась загибать под тонким шелком рукава длинные когтистые пальцы. – У нас есть Городской совет, ополчение, маги, на нашей стороне княгиня Харменгера со своей свитой и бартожцы со своим оружием, так что никто нас не захватит – зубы обломают, штаны потеряют.
– А бартожцам какой резон нас защищать? У Тейзурга были с ними прожекты, но теперь-то его здесь нет.
– Ты не все знаешь об этих прожектах, – амуши перешла на доверительный шепот и сотворила чары от подслушивания – уловив это, мучаха шевельнула кончиком хвоста, добавив от себя такие же чары. – На границе Ляраны и Шилиды, которая теперь тоже Лярана, есть черное земляное масло. Бартожцам оно страсть какое нужное, они за него хоть потроха свои продадут, хоть с голой задницей спляшут, но у Олосохара ничего просто так не возьмешь, нужно договориться. Тейзург и договорился. Они притащат туда свои механизмы и будут качать из-под земли эту драгоценную черную слякоть, так что у них есть резон, чтобы все осталось как сейчас. И ежели хочешь побиться об заклад, кто кого обыграет, я поставлю не на Лорму, а на Тейзурга.
Тунанк Выри призадумалась, хочется ли ей биться об заклад: пожалуй, нет.
– А если кто-то покажется тебе подозрительным, сразу шли ко мне мотылька. Ты теперь будешь выслеживать в городе
