вновь появившаяся деталь фона может радикальным образом изменить смысл воспринимаемой информации-фигуры. Обратим внимание: после того, как старушка объяснила причину своего стремления постоянно каяться, смысловое значение этой информации (информации о стремлении старушки к покаянию) коренным образом изменилось. Появилась новая точка отсчёта у этой информации-фигуры, и именно по этой причине данная информация стала восприниматься сознанием совсем иначе.
***
Естественным является и тот факт, что вспоминаемые «дела давно минувших дней» представляются сознанию в совершенно ином виде. Ведь в результате «выборочного» забывания (плохое забывается, хорошее остаётся) меняется фон, а следовательно, и восприятие информации становится совершенно другим. Проще говоря, прошедшие события чаще всего ассоциируется с чем-то приятным. Зачастую даже самые тяжёлые периоды жизни по прошествии достаточно большого отрезка времени воспринимаются как что-то хорошее, явно лучше сегодняшних серых будней. Примеров этому явлению каждый может привести великое множество. Впрочем, эта тема неразрывно связана с другими не менее важными темами, и углубляться в их рассмотрение мы не будем.
***
Необходимо обратить внимание и на то, что в большинстве случаев забывается именно ненужная информация. Ведь долго не вспоминать какую бы то ни было информацию можно только в случае, если она не нужна для решения текущих жизненных проблем. И наоборот, нужная информация часто воспроизводится в памяти, поэтому и не забывается (ассоциируется с самой разной «другой» информацией). Собственно, и «плохая» информация не воспроизводится в памяти только в том случае, если породившие её факторы устранены, то есть если не надо искать выход из сложившейся ситуации (вряд ли кто сумеет забыть, например, о неприятностях на работе раньше, чем они закончатся).
Может быть, было бы неплохо каким-либо образом сознательно «помечать» информацию, не подлежащую забыванию, и наоборот, «стирать» из памяти всё нежелательное. Но вряд ли это привело бы к чему-то хорошему. Такие операции сознанию доверять нельзя.
***
16
А сейчас подведём некоторые итоги всему сказанному про ассоциации.
Когда мы рассматривали десятую особенность работы функционирования мозга (особенности визуального восприятия информации), то заострили внимание на одном очень интересном явлении. А именно: мозг, решая какую-либо проблему восприятия и обработки информации, «побочно» решает сразу несколько проблем. (Точнее говоря, просто «уклоняется» от возможного возникновения проблем.) Так, «точечно-сканирующий» способ восприятия визуальной информации позволяет глазу пользоваться преимуществами линзы как с большим, так и с малым фокусным расстоянием. И эта же особенность позволяет глазу обойтись одной «линзой», совершенно не «страдая» недостатками однолинзового объектива. К тому же, такой способ восприятия визуальных воздействий является частью общего процесса сканирования (обработки) информации, позволяя тем самым обойтись без отдельного этапа её ввода.
Сейчас, рассматривая организацию нашей памяти как совокупность ассоциативных связей, мы вновь столкнулись с аналогичным явлением. А именно: особенности ассоциативных связей позволяют избежать сразу несколько проблем, которые неизбежно возникли бы, если бы память была организована как в компьютере, то есть если бы информация просто считывалась из определённых «ячеек» в том виде, в каком была когда-то записана, без всякого забывания и искажений. Какие же проблемы решены (причём «побочно»)?
Во-первых, как мы только что выяснили, автоматически обеспечивается защита от негативной информации. Попросту говоря, забывается всё неприятное, а приятное, свидетельствующее о собственной силе, запоминается. В психологии даже существует термин «вытеснение», под которым подразумевается своеобразный защитный механизм психики, который обеспечивает как бы удаление из памяти информации, «мешающей» человеку осознавать себя полноценной личностью. Это именно «вытеснение», а не забывание, потому что информация в памяти хранится, но сознание игнорирует её.
***
Конечно, вытеснение – это не только примитивное «игнорирование» или забывание. Бывают гораздо более интересные ситуации, когда, например, человек, отстаивающий определённую точку зрения, через некоторое время, когда его взгляды переменились (иногда на полностью противоположные), и он стал утверждать совсем другое, совершенно искренне считает, что именно эту точку зрения он отстаивал всегда. Просто в его сознании осталось ощущение, что он раньше отстаивал что-то логичное, правильное, и сейчас, по прошествии времени, отстаивает что-то логичное и правильное, то есть, то же самое. Например, известный когда-то диссидент Александр Зиновьев резко критиковал советский строй, а потом, когда СССР развалился, он стал столь же яростно критиковать имеющийся в России строй (и все западные демократии тоже), ставя ему в пример советскую систему, превознося её чуть ли не как идеальную. В этом не было бы ничего удивительного, если бы он признал ошибочность своих прежних взглядов. Но нет. На прямой вопрос переменил ли он взгляды, он чётко отвечал, что готов подписаться под каждым своим прежним утверждением, просто… ну, в общем, он прежние и настоящие свои взгляды (абсолютно противоположные по сути) считает правильными. Писатель Михаил Веллер посвятил этому вопросу целое эссе под названием «Перпендикуляр Зиновьев».
***
Во-вторых, из-за необходимости «вписывания» поступающих воздействий в уже имеющуюся структуру ощущений в нашей памяти откладывается уже обработанная, осмысленная информация.
В-третьих, из-за того, что в зону видимости ассоциативно «вдёргивается» всё то, с чем обрабатываемая информация побывала здесь в последний раз, сознание оперирует с наиболее важной, наиболее часто используемой информацией. Редко используемая информация (то есть, как правило, ненужная), не загромождает зону видимости и не мешает обработке. Этот же нюанс обуславливает и такое явление, как осознание ситуации, которое мы рассматривали в главе «О некоторых нюансах противоречивости сознания». Действительно, ведь когда человек сталкивается с осознанной ситуацией, он воспринимает не только ощущения, действующие непосредственно в данный момент, но и, через ассоциации, всё то, что будет несколько позже. И благодаря этому игнорирует неприятные ощущения, которые являются временными и которые, не будь этого свойства, препятствовали бы совершению нужных действий.
В-четвёртых, обеспечивается автоматическое (без дополнительных ухищрений) «незабывание» информации-предписания, несмотря на то, что она вовсе не является внешним воздействием. Напомним, что без этого мы просто не могли абсолютно ничего делать.
В-пятых, наличие в зоне видимости информации-предписания обеспечивает (опять же, автоматически, без дополнительных ухищрений) разность в восприятии образов воображаемых и реальных, а также игнорирование неприятных ощущений при совершении осознанных полезных действий.
В-шестых, такая организация памяти как-то сама по себе обеспечивает «вылавливание» из всей массы поступающей информации именно таких данных, которые способствуют решению существующих проблем (или, как мы отмечали, обеспечивается принцип «на ловца и зверь бежит»).
В-седьмых, обеспечивается способность с помощью образных сравнений использовать однажды выработанную систему обработки воздействий («образные сравнения») для самых разных ситуаций.
В-восьмых, восприятие через ощущения с их ассоциативными связями позволяет распознавать самые различные образы. Никакой алгоритм не может обеспечить решение этой проблемы с такой же лёгкостью, скоростью и точностью, как это делает наше сознание.
В-девятых, именно ассоциативная организация памяти делает её «ёмкость» практически безграничной, за счёт того, что самую разную информацию требуется не «считывать» из определённых ячеек, а «строить» из ограниченного числа одних и тех же ощущений,
