энергию духа, что была. Что это за энергия? Я могу ее использовать?
— Нет. Это энергия высшего порядка. Твоей текущей силы недостаточно, чтобы ее почувствовать и тем более проявить. Но даже если бы и смог, тебе неоткуда ее взять.
— Хватит томить, Химера, что это за эмоция?
— Это чувство, а не эмоция. Чувство любви.
Райз кашлянул и умолк. Неожиданно. И с учетом сказанного немногим ранее, даже немного обидно.
Стараясь не зацикливаться, он нацепил на лицо наспех слепленную улыбку и заявил:
— Клык меня любит.
— Да, любит. Но с духом любви все не так просто. Увидеть и взять под контроль можно только ту энергию, сила которой изначально сконцентрирована на тебе, а эффект от ее проявления всегда разный. Он зависит от желаний того, чья душа выработала энергию.
— И где ты взял столько духа любви?
Райз догадывался, каким будет ответ, и оттого злился еще больше. Это была глупая, совершенно нерациональная злость. Но чем больше он повторял это себе, тем больше это бесило.
Химера потушил весь его запал одной короткой, емкой фразой:
— Это не энергия Кары. На то, чтобы накопить такое количество энергии, ушли сотни лет. Тот, кому она принадлежала, хотел стать свободным: отрастить крылья и летать. Поэтому проявление этого духа на время стерло для меня любые границы. Дух любви отличается еще тем, что сохраняет свой окрас навеки. Если запечатать, его можно будет проявить даже спустя тысячелетия.
— А чтобы распечатать…
— Я использовал ту же кровь, с помощью которой и запечатал его. Это достаточно распространенная техника.
Взгляд Райза потяжелел.
— Ты снял печать с помощью крови Къярта.
— Забыл, что его тело создал Фелис? Кровь, что течет в нем, взята от другого.
— В памяти Ашши не было ничего такого.
— Ашша знает только то, что ей следует знать.
Верно. В дозировании информации Химера настоящий мастер.
— А я уж было подумал, что какую-то исполиншу угораздило в тебя влюбиться. Но у вас крови нет.
— Да, у нас крови нет.
Райз откинулся на шкуру, подложил руки под голову. Горящее внутри пламя, вынуждающее его сопротивляться до последнего, угасало. Оно больше не жгло и обещало вскоре перестать даже греть.
Какое-то время он еще говорил с Химерой. По большей мере об энергии ненависти — еще одном виде духа высшего порядка. Его нельзя было законсервировать, он не хранил свой окрас дольше пары минут. Однако, его разрушительная сила не знала границ. В момент активации — проявления, как его называл Химера, — он буквально стирал из реальности то, с чем соприкасался. Полностью и бесповоротно.
— В прошлый раз вы уничтожили Орду с помощью этого духа?
— Да.
— А тот, кто проявил дух?
Химера уже ответил раньше. Но надежда, тщедушная и в то же время упорная, точно дымок над потухшим фитилем свечи, вынудила Райза снова задать вопрос.
— Его существование прекратилось, — сказал Химера.
— И душа…
— Была стерта, как и все остальное. Отдача от проявления энергии ненависти равна нанесенному урону.
— Проклятье, — Райз нервно и немного устало усмехнулся. — И как мне избавиться от Пастыря и рыцарей, которые будут рядом? Душа-то у меня одна.
— Не совсем.
— Ты про те куски, которые Фелис к ней прилепил?
— Да. Они зачтутся, как разные.
— Значит, я смогу ударить по Пастырю и двум рыцарям?
Бить придется по братьям Шаа — иначе с их барьерами не совладать. Но любой из оставшихся будет представлять для Къярта смертельную опасность.
— Бей по всем, на кого хватит энергии.
— Что будет с Къяртом? Моя душа привязана к его душе.
— Он не пострадает. Печать просто исчезнет, будто ее никогда и не существовало.
Никогда не существовало… Это касалось только печати? О нем самом ведь вспомнят? Хотя если так подумать, то лучше бы забыли — целее нервы будут.
Еще Райз спрашивал о Жнеце. Химера подтвердил, что его украли в прошлую войну с Ордой, а затем объединили с душой Къярта.
— Со временем его сила будет расти. Он освоит ее и приумножит.
— Побочные эффекты?
— Их не должно быть.
— Фелис просто мастер на все руки, — с неудовольствием заметил Райз.
Конечно, если бы Фелис не блистал талантами, ситуация заметно осложнилась бы. Но стоило дать мыслям немного воли, и нынешнее положение зверя, загнанного в клетку без двери, снова будило злость, а следом злили и все причастные независимо от их заслуг.
— Это сделал не Фелис. Для такой операции ему не хватило бы ни навыков ни ресурсов. Но в умениях того, кто срастил душу Къярта со Жнецом, можешь не сомневаться.
Так Фелис ни при чем? И кто же это тогда такой умелец?
Кем бы он ни был, он вдоволь нарезвился не только с душой Къярта, но и с душой Райза — пришил к нему кусок исполиньей души, тем самым наделив навыком чувствовать и управлять энергией духа.
В некотором роде это делало Райза похожим на паладинов. Инициация, через которую те проходили, позволяла им воплощать броню. Райз получил обратную сторону силы.
Химера дал ответ и на один из самых давних вопросов: почему Райз не видел и не ощущал свой собственный дух? Все оказалось просто: его душа не высвобождала его так же, как и души исполинов. Они бесконечно накапливали его, и именно поэтому однажды иссушенные Ордой их тела со временем заполнялись энергией.
— При достижении определенной плотности духа они смогут пробудиться. Но для этого требуется больше, чем тысяча лет.
— Получается, все это — твой план по возрождению собственной цивилизации?
— И это тоже.
Вот и объяснение всего происходящего. Вполне ожидаемо, что Химера не допустит, чтобы кто-либо помешал воплотить его задумку. И неважно, по скольким головам придется пройти. В конце концов, жители Афракского Союза, столицы — все они просто пешки, которые можно не глядя скормить врагу. И Райз никакое не исключение.
Обидно, что Химеру даже нельзя было аргументированно винить. Он хотел спасти свой вид и не гнушался никаких методов. Райз был таким же. Возможно, они нашли бы общий язык, если бы не оказались по разные стороны баррикад.
Немного поразмыслив и поскрипев зубами, Райз сказал:
— У меня есть требование.
— Я слушаю.
— Как только Орда исчезнет, никто не кинется искать, кого бы осыпать благодарностями. Вместо этого начнут придумывать нового врага, на которого можно повесить вину за жертвы. И Къярт отлично сгодится на роль козла отпущения. Я хочу, чтобы ты защищал его и Кару, когда все закончится.
Ни мгновения не медля Химера заверил:
— Они будут в безопасности.
— И снова я должен просто поверить твоему слову.
Будто ему оставалось
