Правда об Ацтеко-Тольтекских штатах открылась лишь после окончания Морской войны, когда в руках европейской коалиции оказалось множество военнопленных из состава Регулярной армии Ацтеко-Тольтекских штатов. Называли они себя тласкаланцами, и среди них не было ни одного ацтека. Ацтеки же составляли ударные и наиболее боеспособные части, собственно, особую армию — Теноч, армию, которую пленные тласкаланцы называли просто — ацтеки.
Разумеется, определенными сведениями европейцы располагали и до войны. Более того, они вполне были уверены, что знают об Америке всё или почти всё. Ацтеко-Тольтекские штаты имели дипломатические представительства во всех европейских странах. С конца семнадцатого века, то есть со времен войн португаллов с тласкаланскими войсками — с Теночем португаллы не сталкивались, — считалось, что Южную Америку населяет множество разнородных племен, не создавших ничего похожего на цивилизацию, всецело зависящих от воли большого и воинственного племени, обитающего в Месоамерике, племени ацтеко-тольтеков.
О Северной Америке сведения были более разнообразны. Русские казаки, прочно утвердившись на Аляске, методично продвигались по западному побережью Канады, не встречая никакого сопротивления, строя форты и ведя оживленную торговлю с местными аборигенами. Казаки не воевали, а выменивали или покупали участки североамериканской территории. В конце восемнадцатого века индейские племена стали охотно принимать в подданство русскому царю, обещая выгодную торговлю и защиту от воинственных южных соседей — племен дакота — благо, что те бросились дружно искать этого покровительства, не имея возможности самостоятельно оборониться от вооруженных винтовками и пушками меднокожих варваров. Походы, предпринятые казаками на юг континента, выявили неприятный факт — племена дакота так или иначе контролируются ацтеко-тольтеками, и называют себя тем же собирательным именем, что и племена Южной Америки — тласкаланцами.
А в это время по всей Европе разъезжали с секретными миссиями дипломатические лица Ацтеко-Тольтекских штатов. Они покупали или переписывали тысячи томов, посвященных естественным наукам, технике. Никому и в голову не приходило запретить им посещать публичные библиотеки, присутствовать на научных собраниях и показах новейших достижений передовой европейской мысли. Искусства, социальные и экономические науки их не интересовали.
Официальные представители Ацтеко-Тольтекских штатов размещали большие заказы на поставку военной техники. Европейские правительства и фирмы охотно шли навстречу — еще бы, ведь ацтеко-тольтеки по-прежнему платили чистым золотом.
Не торговали оружием с ними только португаллы и русские; те и другие считали, что давать ацтекам оружие нельзя: оно неизбежным образом оказывалось в руках тласкаланцев.
Поворот в отношениях Европы с ацтеко-тольтеками произошел после африканского инцидента, когда те покорили последовательно территории Сьерра-Леоне, Либерии и Берега Слоновой Кости.
Стало ясно, что неизбежна африканская война. Европейские страны объединились в коалицию, чтобы вытеснить ацтеко-тольтеков из Западной Африки, исконно англиканской колонии. Каково же было удивление европейцев, когда в первом же бою они столкнулись всё с теми же тласкаланцами. Что же делали эти «малоразвитые, полудикие, далекие от цивилизации племена», как писалось во всех географических трудах по Америке, на берегах Гвинейского залива?
Африканская кампания была только прелюдией к большой и кровопролитной Морской войне, которая, как выяснилось впоследствии, готовилась ацтеко-тольтеками со всею присущей им тщательностью задолго до появления первого ацтека на Европейском континенте.
Об устройстве империи ацтеко-тольтеков
Вот что рассказали военнопленные тласкаланцы. Они рассказали, что все они — подданные Верховного Жреца. Единый Народ империи разделялся на ацтеков, тольтеков и тласкаланцев. И все они были суть одно целое перед лицом Смеющегося Бога, его рабами и его жертвой.
Здесь следует подробнее упомянуть о религии ацтеков. Единобожие было официально установлено еще в пятнадцатом веке, но перерождение монархического государства в оголтелую теократию свершилось не сразу, и немалую роль здесь сыграло европейское оружие.
Смеющийся бог полагался единым, но мог являть себя в трех разных обликах. Первым был грозный Уицилопочтли, Колибри с Левой Стороны, покровитель войны и воинов, повелитель Солнца; вторым — жуткий Тескатлипока, Дымящееся Зеркало, повелитель холода, ночи и звезд. Наконец третий облик — Кецалькоатль, Летучий змей. Именно в этом облике проник Смеющийся Бог в царство мертвых, сумрачный Миктлан, и похитил оттуда кости людей эпохи Четвертого Солнца, дабы, окропив их своей кровью, явить к жизни людей Пятого Солнца, то есть современных.
Культ Смеющегося Бога не знал слова жизнь. Существование человека называлось «ожиданием жертвы», а собственно человек — жертвой; ожидал жертвы, естественно, Смеющийся Бог. Жертвы же Смеющийся ждал лишь одной — смерти.
И были на американском континенте никакие не штаты, а Великая империя Смеющегося Бога. Цель ее существования была проста как яйцо — распространение себя на весь мир, превращение всех живущих на Земле в «ожидающих смерти». После воцарения Великой империи Смеющегося на Земле должна была произойти не менее великая жертва — смерть всех. Тем самым люди Пятого Солнца отдадут свой долг пожертвовавшему им свою кровь Смеющемуся и завершат эпоху Пятого солнца. Иного прекрасного будущего Единый Народ не ведал.
Культ этот окончательно сформировался к концу шестнадцатого столетия. На протяжении этих ста лет верховная власть в государстве постепенно перетекала от императора-тлакатекутли к жреческой верхушке. Постепенно функции императора превратились в чисто церемониальные, а затем его полномочия и вовсе были низведены до уровня управляющего столицы империи, Теночтитлана.
В тот самый год, когда португаллы впервые столкнулись с тласкаланцами, верховные жрецы Смеющегося узнали по звездам срок Великой Жертвы — через триста пятьдесят лет все жители планеты должны взойти на жертвенные камни. И поэтому к Морской войне, в которой должна была погибнуть Европа, главная помеха ацтекам, великая империя подготовилась с нечеловеческой тщательностью.
Все эти столетия ацтеко-тольтеки готовились. Из бронзового века они шагнули в век пароходов и нарезного оружия. Одно не изменилось и не могло измениться — внутреннее устройство великой империи.
Устроение ее было наиболее естественным для постоянно расширяющейся империи. В ней не было покоренных племен. Вело покоряемое племя войну против империи или не вело — всё одно, как только доблестная тласкаланская армия присоединяла племя, оно становилось этнической единицей империи и входило в разряд «новых племен». Весь пантеон племенных божеств включался в «сверкающую свиту» Смеющегося Бога, недовольные посылались на «принудительные работы» — читай, становились рабами, — а само племя переселяли на новую территорию, как правило, в глубь страны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
