Я замолчал, ожидая ее реакции. Тора не изменилась в лице. Внимательно, но спокойно меня выслушала.
— Это значит, — спросила она после короткой паузы, — у меня нет шансов вернуться домой княгиней, но есть шанс вернуться и стать той, которой будут управлять умудренные жизнью эльфары?
— Да, они хотят создать регентский совет, — кивнул я.
— Ну если нет другой возможности послужить Родине, а только как простой символ единения моей страны, то мне стоит согласиться с решением глав Домов. Как ты считаешь?
— Ты можешь сделать этот выбор. Но должна четко понимать, что ты будешь служить не Родине, а интересам лишь одной группы в совете, и то не самой многочисленной. Есть другой способ послужить своей Родине и вернуться как настоящая княгиня. Но он потребует от тебя мужества и наличие государственного ума.
— Интересное предложение для девушки иметь такое мужское качество характера, как мужество. Но оно у меня есть. Что касается государственного ума, то он формируется, когда облеченный властью разумный служит не своим интересам, а интересам своей страны. Это я понимаю. Ты взялся мне помогать, и я готова доверять твоему суждению. Говори, что ты задумал.
— Великий хан степи признал тебя княгиней. Он не будет вести дела с советом. Гвардия твоего Дома напала на посольство орков в столице. Они хотели убить меня. За это посол объявил войну совету, который инициировал нападение. У тебя будет войско, чтобы привести совет к покорности и разбить лесных эльфаров. Ты станешь настоящей освободительницей своей страны. И никто — понимаешь? — никто не осмелится сомневаться в твоем праве править.
— Войска даст хан?
— Формально — да. Но эти войска подчиняются мне. И чтобы ты не подумала, что народ тебя не примет с войском орков, я передаю тебе слова лера Чатра-ила. Дом князя признает тебя законной и полновластной княгиней. Об этом объявят глашатаи на площадях. И верные княжескому Дому эльфары плечом к плечу будут сражаться рядом с орками против предателей и захватчиков. У тебя есть свой секретарь, это лер Мерцал-ил.
Девушка вздернула бровки.
— Даже так! — Подумав, она произнесла: — Как это у тебя получилось?
— Это судьба, Тора, — улыбнулся я, ответив ей поговоркой снежных эльфаров.
— Когда все начнется?
— Надо подождать, когда большинство Домов определится, к кому они примкнут.
— Это правильно, — согласилась Тора. — Не хочу получить нож в спину, как его получил дед. — Она встала и подошла ко мне вплотную. — Ты сможешь меня полюбить, Ирридар? — спросила она, заглядывая мне в глаза, и этим ввела в ступор.
Синело небо в хлопьях пробегающих облаков. В густых ветвях меллирионов, шумя листвой, гулял ветер, и слышалось пение птиц. В высокой зеленой траве стрекотали кузнечики. Вечный лес казался красивой, беззаботной сказкой, наполненной волшебным очарованием и нежностью. Живи и радуйся. Но все это было лишь красивой картинкой, за которой пряталась угнетающая ненависть народа леса и его злоба ко всему, что было за пределами леса. Сами жители Вечного леса, как яд, разъедали и убивали первозданную красоту природы. От них исходили флюиды смерти. Они плыли по лесу и одевали его в мрачный смердящий саван.
Студенты из Азанарской академии находились между молотом и наковальней. В тылу отряда магов из Вангора жили ненавидящие людей лесные эльфары, и в их города не хотелось возвращаться. А впереди к лесу подходили кровожадные орки, не щадящие ни людей, ни лесных эльфаров. К эманациям смерти прибавились эманации страха.
«Скорей бы уже отсюда убраться», — думал каждый студент магической академии, пожив в лесу и вкусив его прелести. У них сложилось впечатление, что они находятся на пиру, где на столе вместе с изысканными яствами лежат разлагающиеся трупы. Хотелось бежать! И бежать подальше от этой эльфарской зачумленности. И только непреклонная воля графа Ирридара тан Аббаи Тох Рангора удерживала их вместе и заставляла исполнять возложенный на них долг.
Штоф в отсутствие милорда стал его негласным заместителем и руководил отрядом студентов академии Азанара. Ему помогал штаб из вассалов графа, и они своей сплоченностью и силой заставили слушаться разномастную студенческую братию. В помощь им были назначены Штофом десятники из простолюдинов, а тех с радостью поддерживали студенты из таких же, как они, неблагороднорожденных. Их было больше, и они зажали в своих тисках дисциплины аристократов так, что те боялись даже кинуть косой взгляд в сторону командира.
Но так было на учениях. В повседневной жизни простые парни и девушки продолжали по укоренившейся привычке обслуживать быт аристократов.
Прошел еще один день в учениях. Усталые, но довольные студенты вернулись в лагерь. Потянулись дымки от костров в небо. Студенты собирались группами и обменивались впечатлениями. Лица их потемнели от южного загара. Исчезла аристократическая бледность с лиц девушек. Свежий воздух, непрестанные физические нагрузки и простая, но сытная пища нарядили щечки красавиц ярким задорным румянцем.
В лагерь въехал всадник на ящере. Озабоченно осмотрелся по сторонам. У пробегающего мимо паренька спросил:
— Где мессир Штоф?
— Там, — махнул студент в глубь лагеря, — в офицерском домике. — Всадник поблагодарил и последовал дальше.
Штофа он нашел сидящим на крыльце.
— Привет еще раз, мессир Штоф, — с натянутой улыбкой поздоровался он.
— Так виделись уже, лер Вей лур. — Штоф поднялся, отряхнул сзади штаны. — Что-то случилось? — догадался он.
— Орки вошли в лес. Впереди основной орды широкой сетью идут разведчики, потом авангард. За ними двумя колоннами идут пешие молодые орки.
— Далеко?
— День пути отсюда.
— Когда нужно выдвигаться? — Штоф подобрался и стал предельно серьезным.
— Сегодня в ночь. Надо перекрыть им путь на север. Сомневаюсь, мессир, что мы их сможем задержать… — Лицо эльфара сморщилось, и он, не выдержав, отвернулся от человека. Покатал желваки по загорелым до черноты скулам и постарался успокоиться.
— Понятно, подкрепление ожидать не приходится?
— Скорее всего, нет. Я послал известие в Лист Ордая, но там сдвинутся с места только тогда, когда нас уже не будет. Да и нет там войск, все ушли на север. Удара на восток никто не ожидает. Нам приказано перекрыть им путь движения на север и продержаться до подхода основных сил.
— Понятно, — вновь повторил Штоф и спросил: — Вас что-то тревожит, лер Вей лур?
— Да, мессир Штоф. Несколько вещей. Орков значительно меньше, чем ожидалось, и все они пешие. Где-то прячутся их верховые всадники. Не знаете где?
— Да откуда, лер. Я же не орк.
— Тогда, может, скажете, когда появится ваш лорд, граф Тох Рангор.
— Он появится в нужное время, не беспокойтесь, лер Вей лур.
— Странно даже, — задумчиво проронил эльфар. — Граф появляется и исчезает внезапно. Я боюсь даже предположить, что наш лес стал проходимым для людей.
— Все когда-то меняется, — загадочно отозвался Штоф. — Когда нужно выдвигаться на позиции?
— В полночь.
— Ну время отдохнуть и поесть еще есть, — ободряюще улыбнулся Штоф. — Сделаем все, что в наших силах, лер.
Эльфар лишь кивнул и повернул ящера в обратную сторону. Штоф долго смотрел, как удаляются усталой походкой изнуренный за день ящер и мрачный, как осенняя ночь на севере, лесной эльфар.
«Странные мы союзники, — подумал Штоф, когда спина эльфара скрылась за поворотом. — Два народа, ненавидящие друг друга».
После отбытия к своим бойцам командира пограничников Штоф собрал совещание штаба.
— Ребята, — начал он. — Час битвы настал. Я уверен, милорд прибудет к началу боевых действий. Но нам все же надо иметь свой план действий. Он прост и состоит в выполнении задач, определенных наказом самого милорда. В бои не втягиваться. Атаковать боевой магией и отступать, отрываться от противника. Заманивать побольше их воинов в порталы. Наша задача — измотать противника и заставить его идти на восток, а не на север. Мы к этому готовились, а милорд заранее выдал нам свитки. Их всего двадцать, так что использовать их нужно как можно эффективнее. Все свитки разделим между собой. Каждый из вас на своем участке будет применять их по своему усмотрению. Действуем отдельными группами, как тренировались. Разница лишь в том, что территория леса, которую мы охватим, значительно больше, чем на тренировках. Связь будем поддерживать через амулеты. Учтите, помощи ждать неоткуда. Каждая группа должна полагаться лишь на свои силы. Выдвигаемся в полночь. Готовность — за полчаса до полуночи. Сбор на плацу.
