справедливости в эту задачу не укладываются. Они ей мешают.
Стивен вскинулся.
— Я не позволю этому ублюдку и дальше руководить экспедицией, потому что знаю, сколько крови у него на руках.
— Это все вторично, Стив.
— Какая разница, кто ведет конвой, если он едет в нужном направлении, — едва слышно пробормотал Стивен.
Джон рассмеялся:
— Можно сказать и так. Слова не важны, на первом месте — выполнение задания и ответственность перед командованием, а уже потом — справедливость, правосудие и служебный долг.
— Пауль слишком опасен. А находясь у власти, он опасен вдвойне. Я не могу ему доверять.
— А никто и не говорит о доверии. Используй в собственных интересах до тех пор, пока это тебе выгодно, и ликвидируй без страха и сомнений, когда выгода от сотрудничества устремится к нулю.
— Ничего не понял, — Стивен помотал головой, — как это?
— А вот так, — рассмеялся Джон, — теория контролируемого хаоса.
— Но ведь ты же сам сказал, что у Пауля крыша поехала и он вышел из-под контроля.
Джон снова улыбнулся.
— Я сказал именно то, что ты хотел услышать. И не более того.
Стивен побагровел, кисти непроизвольно сжались.
— То есть, ты меня и сейчас используешь?
— А ты — меня, — парировал Джон, — кто совсем недавно предложил альянс на сутки, чтобы избавиться от Пауля?
— Но я… но ты…
— А я — согласился под давлением обстоятельств непреодолимой силы. Вспомни, где я был совсем недавно?
— В будке сидел…
— Вот-вот. И чем сейчас я по-твоему занимаюсь? Растолковываю на пальцах прописные истины, из которых состоит жизнь разведчика. А ты, словно с Луны свалился. Сидишь передо мной, краснеешь, как девчонка, да кулаки потираешь…
— Давай начнем сначала, — тяжело вздохнул Стивен, — а то я совсем запутался.
— Давай, — усмехнулся Джон, — ты не ответил на мой вопрос. Что для тебя важнее — успешное завершение миссии, или должность эмиссара?
— Успешное завершение миссии, — снова вздохнул Стив, — а на втором месте — торжество справедливости.
— А раз так, — подвел итог Джон, — не будем торопиться. Выработаем совместный план действий.
Джон потер рукой лоб, и словно от прикосновения накатил приступ слабости.
— Вот черт, — непроизвольно выругался он, — извини, Стив, что-то мне нехорошо…
Частота пульсаций головной боли усилилась, подкатила тошнота. Стивен вскочил с озабоченным лицом:
— Может, Лидию Андреевну позвать?
— Не надо, сейчас пройдет, — отмахнулся Джон, — уже почти прошло…
Он безбожно врал, боль не отступала, но хотя бы тошнота слегка ослабла.
— Спровоцируй его на решительные действия.
— Как ты себе это представляешь?
— Сочини что-нибудь. Например, что в деле появился новый свидетель. Затем проследи за действиями Пауля. Если он попытается неожиданно объявившегося свидетеля убрать — это будет дополнительным аргументом обвинения.
— Придется кого-то подставлять. А вдруг Пауль его действительно убьет? Меня потом совесть замучает.
— Тогда подговори кого-нибудь из друзей на лжесвидетельство. Подделай доказательства. Попроси докторку, пусть пару фальшивых экспертиз организует. Дактилоскопию, например, или следы крови эмиссара на одежде Пауля. Правда, эту одежду придется с него стягивать силой…
— Это недостойно.
— Зато эффективно.
Джон снова потер лоб.
— На чем мы остановились?
— На отсутствии улик.
— Зачем они тебе, Стив? Что-то я не наблюдаю тут ни судьи с прокурором, ни присяжных заседателей.
— Но я думал…
— Ты решил поиграть в следователя? Провел расследование. Нашел преступника. Осталось сделать последний ход.
— Какой ход? — снова недопонял Стив.
— Казнь.
— Я так не могу. У нас так не принято. Должен быть военный трибунал, обвинение, защита, приговор.
— Снова игра? На этот раз в честный и справедливый суд?
— Но…
— Сократи процедуру до результата. Твоя задача — выполнить миссию. Игра в честный и неподкупный трибунал займет время, отнимет силы и может пойти не по плану. Вдруг всплывут новые подробности дела, или защитник разобьет в пух и прах все аргументы обвинения. И что тогда? Подсудимый уйдет от ответственности. А тебе нужен результат — казнь преступника. Играть в благородного героя будешь потом, когда успешно завершишь миссию. А пока мы в пути, у тебя нет права на риск.
— Я так не могу, — опустил голову Стив, — это против моих убеждений.
— Хорошо, — неожиданно легко согласился Джон, — учтем твои убеждения и сделаем на них поправку.
Стивен глубоко вздохнул, поднял взгляд на Джона.
— Итак, у тебя нет доказательств, что убийство совершено Паулем. Обрати внимание, я не спрашиваю — откуда произрастает твоя убежденность в виновности врио начальника экспедиции, это сейчас не важно. Я хочу поинтересоваться совсем другим — кому ты собираешься предоставлять улики и аргументы в виновности Пауля?
— Военному трибуналу.
— Это понятно, кто будет в нем состоять?
Стивен задумался.
— Улики должны соответствовать уровню компетенции лиц, осуществляющих разбирательство.
— Подожди, — перебил Стивен, — ты хочешь сказать…
— Что чем ниже уровень юридической грамотности лиц, представляющих суд, тем проще будет доказать виновность подсудимого.
— Но это же подлог.
— Все зависит от того, кто будет заниматься отбором претендентов на роль судей военно-полевого трибунала. Если они избраны не тобой, то и ответственность за их некомпетентность лежит не на тебе.
— Отбор буду производить не я, а Совет экспедиции.
— Отсюда делаем вывод, что и в состав трибунала, по большей части, войдут представители Совета. Ну, возможно, еще пару человек пригласят со стороны. Кстати, сколько минимальное количество человек должно быть в составе трибунала?
— Трое.
— Тогда вряд ли пригласят посторонних.
— Ну да, я тоже так считаю.
— Кто у вас в составе Совета?
— Я, Пауль, Лидия Андреевна, Реввель и Асур.
— Асур-то каким боком?
— Его еще Быков ввел в состав. Не знаю зачем.
— Но он же по-вашему ни слова не понимает?
— Я переведу, насколько сумею.
— А Реввель — это кто?
— Ученый. В «Тигре» ты его, должно быть, видел. Пауль его с собой таскает повсюду.
— Не думаю, что этот тюфяк пойдет против Пауля.
— Не пойдет, — уверенно хмыкнул Стив.
— Остаются двое — Лидийа и Асур. С тобой как раз трое. Я правильно рассуждаю?
— Ну да, — смутился Стивен.
— Асура можно откинуть. Я уже понял, он — твоя тень. Правда,
