горлу. Пай, можешь прочитать нам кое-что? Возьми-ка ту книжицу со словами и найди там, что значит «сговор». А ты — подбородок вверх, Мэтью, я не хочу причинить тебе вред.
— След Злодея Теряется в Районе Уайтчепел, — прочитала Джейн. — Ты… хочешь, чтобы я продолжила?
— Давай.
— Служители порядка сообщают, — продолжила Джейн. — Что так называемый Плимутский Монстр по имени Мэтью Корбетт, прибывший из колонии Нью-Йорк, недавно сбежал из Ньюгейтской тюрьмы с помощью ночного убийцы в золотой маске, именующего себя Альбионом. Корбетт, совершивший в открытом море убийство знатного прусского господина, направлявшегося в Англию для важной встречи, также замешан в убийствах трех женщин и пятерых детей в Плимуте.
— Чудесно, — подметил Кин. — Позволь-ка мне добраться до этого маленького клочка под твоей губой. А ты, Джейн, давай, переходи к самой интересной части.
— Плимутский Монстр, — продолжила она голосом, который с каждой секундой все больше угасал — или, возможно, Мэтью просто не мог расслышать его как следует из-за нараставшего в его мозгу давления. — Отрезал головы своим жертвам, раскрашивал их в яркие цвета и помещал их на заборы, чтобы его сатанинским замыслом восхитились все. Он сбежал от правосудия при помощи Альбиона, который напал на тюремный экипаж, перевозивший Корбетта, и обеспечил Монстра одеждой, деньгами, фонарем, двумя кинжалами, пистолетом и удавкой, сделанной из человеческих волос.
— Почти закончил тут, — объявил Кин. — Ты будешь просто сиять. Джейн, прочти следующую прекрасную часть этой истории.
— Ранее упоминалось, что Альбион уже проникал в Ньюгейт, чтобы повидаться с Монстром. Прошел сквозь стены — что может сделать только призрак — и пообещал освободить Корбетта из этой благородной тюрьмы, чтобы выпустить его на улицы Лондона и стать его братом по убийству и террору.
— Написано просто до ужаса прекрасно! — Кин опустил бритву. Он улыбнулся, глядя прямо в лицо Мэтью, но глаза его были двумя черными мертвыми безднами. — А теперь скажи-ка мне вот, что: что же нам теперь с тобой делать?
— Если вы… — начал Мэтью.
…выслушаете меня, собирался сказать он, но рука сомкнулась на его горле, а другая — с бритвой — метнулась к правому глазу, дав понять, что его слова здесь нынче не в цене.
— Я мог бы прирезать тебя, — прошипел Кин в лицо Мэтью. — Я мог бы порубить тебя на сотню гребаных кусочков, распихать по сумкам и сбросить в реку и… смотрите-ка… получается, тогда я убью монстра, побратавшегося с этим долбаным Альбионом! Ты нашла то слово, Пай?
Она кивнула.
— Так зачитай! — скомандовал Рори.
Девушка повиновалась, напряженно произнеся: «Сговор — согласованные действия… соглашение, заключенное на основе схожих политических взглядов… и убеждений».
— Взглядов и убеждений, — повторил Кин. Бритва начала чуть надрезать плоть Мэтью. — Разве это не контрольный выстрел в твою гребаную голову?
Несмотря на то, что бóльшая часть внимания Мэтью была прикована к зловещей бритве, что-то в его мозгу начало работать. Это было похоже на жужжание трудолюбивой пчелы вокруг улья в сочетании с резкой вспышкой света в абсолютной тьме.
— Джейн, — обратился молодой человек сдавленным голосом. — Не могла бы ты… перечитать отрывок, который заканчивается словами «из человеческих волос»?
— А? — переспросила она.
— Ты настолько гордишься собой, что хочешь снова это услышать? — дыхание Кина пахло, как кислота, которая могла прожечь до костей. — Тогда давай, Джейн. Выполним его последнюю волю.
Она прочитала:
— Он сбежал от правосудия при помощи Альбиона, который напал на тюремный экипаж, перевозивший Корбетта, и обеспечил Монстра одеждой, деньгами, фонарем, двумя кинжалами, пистолетом и удавкой, сделанной из человеческих волос.
— Теперь тебя все устраивает? — саркастически спросил Кин.
— Момент, — попросил Мэтью. — Могу ли я кое-что сказать, не боясь, что мне перережут горло?
— Ты думаешь, сможешь отговориться от этого? Ты работаешь на стороне Альбиона — ублюдка, который выпотрошил нашего Бенни! Что ты намеревался делать дальше? Убить, к примеру, меня?
— Я не работаю на стороне Альбиона. Кто такой Альбион и чего он добивается, я не имею ни малейшего понятия.
— Ты лжешь! — с жаром прозвучал ответ.
— Я думаю, — осторожно произнес Мэтью. — Мы все можем согласиться с тем, что рука Лорда Паффери — и, как следствие, его «Булавка» — имеет привычку делать из мухи слона. Он из небольшого утверждения взращивает фальшивые истории, холодящие кровь. Я уверяю вас: тот, кто рассказал эту историю Лорду Паффери, сильно ее приукрасил. Проникал ли Альбион в Ньюгейт? Да, проникал. Нападал ли Альбион на тюремный экипаж? Да, нападал. Обеспечил ли он меня всеми предметами, что здесь перечислены? Здесь и правда, и вымысел, и в этом вся загадка.
— О чем, черт побери, ты тут толкуешь?
— Стражи видели Альбиона. По его приказу они вынуждены были отдать мне одежду, деньги и фонарь. Но они не видели, как он давал мне кинжал. Когда об этом рассказали Лорду Паффери, один кинжал сразу превратился в два, а также к этому добавились пистолет и удавка, чтобы раскрасить эту историю в нужные цвета. Только сам Альбион знал о кинжале… поэтому…
— Поэтому, думаю, стоит начать резать, чтобы навсегда захлопнуть твой рот.
— Поэтому, — с нажимом продолжил Мэтью. — Человек, рассказавший эту историю Лорду Паффери, и есть Альбион.
Могло ли существовать в мире более тягучее молчание? Свеча в фонаре Кина зашипела, и то был единственный звук, нарушивший гробовую тишину подвала.
Затем:
— На кой хер Альбиону чесать языком перед Лордом Паффери? — бритва Кина передвинулась к волосам, ее опасное давление чуть уменьшилось.
— Я не знаю. Все,
