Она была совершенно обнажённой и лежала на гладком, мёрзлом полу, покрытом небольшой коркой льда. Он уже начинал таять от жара её тела. Холодный северный ветер ударил от расколотых стальных ставней, пробежав по коже вспышкой ожога. Скрипнув зубами, Лина встала на четвереньки и, дрожа, медленно поднялась, обхватив себя за плечи, чтобы сберечь остатки тепла. Она находилась в небольшой, занесённой льдом и снегом комнате, которая, похоже, когда-то была спальней.
На находящейся неподалеку кровати виднелся застывший труп мужчины, без следов разложения. Похоже, бедняга замерз во сне довольно давно, его застывшая, бледная кожа сейчас отражала свет фонарей, что пробивался сквозь окно. Лина потянулась и схватилась за край одеяла, которым наполовину был укрыт мертвец, но ткань лишь хрустнула и развалилась в руках. Пришлось задействовать механизмы адаптации. Сердце, словно бешеный мотор, ускорилось в груди, посылая по всему телу волны тепла, а кожа начала утолщаться, покрываясь длинным белым мехом. Спустя минуту, полностью завершив трансформацию, Лина бегло себя оглядела и удовлетворенно хмыкнула: стало гораздо теплее, хотя сейчас она была скорее похожа на какого-то монстра, нежели человека.
«Что вообще со мной произошло?» — мысленно поинтересовалась девушка, подходя к проломленным от удара ледяной глыбы створкам и выглядывая наружу.
«Тот милый старичок использовал какой-то артефакт, чтобы отправить тебя сквозь слой Грез. То, что ты здесь очутилась, не кажется мне случайностью. Скорее всего, он контрактер какого-то из моих кузенов по светлой ветви», — охотно ответила Астра, пока Лина вглядывалась в освещённый мощными электрическими фонарями зев уходящей вниз шахты, усеянной льдом и рядами плотно закрытых ставнями окон.
Похоже, это был жилой блок, состоящий из сотен квартир, размещенных на десятках ярусов. Ветер приносил сверху, от узкой полосы далекого неба, едва ощутимые запахи гари. В этом морозном аду выжить было непросто даже для метаморфа: сил на обогрев уходило изрядно, так что первым делом для выживания ей нужно было найти пищу. От идеи сгрызть мороженый человеческий труп девушка сразу же отказалась. Ей нравилось мнить себя человеком, и каннибализм она решила оставить на самый крайний вариант. Быстро подойдя к закрытой изнутри металлической двери, она прислушалась к звукам, доносящимся из коридора. Сквозь завывания ветра и треск льда ей послышались тихие, мягкие шаги, явно не принадлежащие человеку.
Примерзший засов на двери никак не поддавался, так что, использовав «Лазурь», девушка его просто срезала и вышла наружу, в тёмный и стылый проход, заваленный снегом. Примерно в десятке метров от себя она заметила странную, покрытую ледяными иглами четырёхлапую тварь, отдалённо напоминающую пса. Она старательно грызла растерзанные и промёрзшие останки того, что когда-то было человеком. Лина преобразовала «Лазурь» в винтовку, вскинула приклад к покрытому мехом плечу и прицелилась в голову мутанта.
Заметив движение, тот отскочил и низко зарычал, выстрелив из загривка, словно дикобраз, снопом коротких холодных снарядов. Избегая залпа, Искательница прыгнула вверх, к находящемуся в трёх метрах потолку, и в падении спустила курок, прострелив твари голову. Мягко приземлившись, она подбежала к добыче и недовольно нахмурилась. Из крупной дыры в лобастом черепе вместо крови выступала какая-то мерзкая голубая жижа, похожая на хладагент.
Плоть убитого создания прямо на глазах преобразовывалась в хрупкий кристалл, сквозь который виднелись тусклые вспышки света. Понаблюдав за этим десяток секунд, блондинка удивлённо присвистнула. Сквозь ставшую прозрачной, толстую шкуру виднелось пульсирующее теплом, ярко-оранжевое сердце. Проложив путь к нему двумя ударами «Лазури», Лина выхватила пылающий жаром орган, крепко сжала в руках и хищно вгрызлась зубами. Жизнь начинала налаживаться.
«Вот и первая еда», — подумала она, чувствуя, как тепло распространяется по телу. Однако было ясно, что долго на одном сердце не протянешь.
«Теперь нужно найти более постоянный источник пищи, укрытие и, возможно, выживших», — решила Искательница, направляясь вглубь жилого блока, следя за каждым шорохом и тенью.
Глава 36
Все встречные терминалы и пищевые раздатчики были обесточены, а двери заперты изнутри. Из звуков был только тоскливый, протяжный гул ветра, что гулял по вымершим коридорам, да тихий треск треснувших труб жизнеобеспечения. Проверив несколько квартир, Лина убедилась, что они были покинуты в спешке: кое-где на столах виднелась недоеденная, покрытая льдом пища, брошенные нехитрые вещи и детские игрушки. Иногда попадались тела тех, кто не успел или не захотел уходить. Лифт, ведущий на следующий ярус, оказался обесточен, да к тому же работал на электричестве, а потому Искательница его сама запитать не могла.
Поднявшись по лестнице на следующий ярус, она узрела столь же безрадостный пейзаж. Солетад будто вымер, погруженный в морозную дрему, но трупов местных жителей было немного. Лина решила, что судя по всему, весь этот сектор по каким-то причинам заброшен, возможно из-за отказа жизнеобеспечения. Строение устаревших систем отопления было ей не совсем понятно, по толстым, обмотанным искусственными утеплителями трубам, похоже, когда-то текла горячая вода. Сейчас под воздействием холода они лопнули, а вытекшие остатки жидкости давно застыли на стенах угрюмыми сосульками.
Тихо продвигаясь, она заглядывала в квартиры, пока не обнаружила одну с почти целыми окнами, не продуваемую обжигающим северным ветром насквозь. Там, опустившись покрытой шерстью задницей на пол, она быстро доела остатки сердца местной твари и крепко зажмурилась. Анализ ДНК и адаптация нужных фрагментов для своей физиологии заняли пару часов. Похоже, далекие предки снежных монстров были когда-то питомцами местных жителей, прошедшими масштабные генетические модификации, чтобы получить сопротивляемость холоду, но несовершенство структуры постепенно вело к вырождению и трансформации в подобных тварей. Все это случилось давно, еще века назад, судя по всему, в конце Последней Войны.
По её адаптированной физиологии прошелся могучий, психический зов, простой, первобытный и кровожадный. В нем не было разума, лишь тупой голод и примитивная ярость. Ощущая всем телом вибрацию, Лина быстро распахнула глаза и, приоткрыв двери, прислушалась. Сейчас её состав крови изменился, затормозив скорость и реакцию, но в разы сократив потребление энергии и необходимость в пище. Можно было действовать осторожно и не торопиться. По крайней мере она так надеялась.
Но затем откуда-то со стороны лестниц, ведущих на верхние этажи, доносился тихий, пробирающий до костей гул, порожденный множеством ног. Каменные своды едва ощутимо вибрировали и скрипели, обостренный чуткий слух блондинки расчленял звуки на составляющие: тяжелые шаги, принадлежащие тварям весом в тонну, едва ощутимый скрежет когтей по бетону, хруст стылого льда по чешуе. Монстры двигались большой группой вниз, в её направлении.
Лина зло зашипела и выбежала из тупикового коридора к
