всадница да не отличила одну лошадь от другой? Но ашхетинские по-любому лучше прочих. Их можно купить на ярмарке в Тартоме.
– Отлично. Значит, туда и отправлюсь. Ждите меня здесь.
– Погоди! Ты собираешься пойти в таком виде?
– Ну да. А что? – не понял Мюрр.
– А то, что лючины, возможно, и примут тебя за ихтернийца, но любой джигли с первого же взгляда признает в тебе дейва. Ты ведь говорил, будто хочешь остаться неузнанным? Тогда лучше сделать так, как делал раньше, когда превращался в Люгвина. Менялась не только твоя внешность, но и аура. А сейчас у тебя аура Высшего.
Мюрр поморщился: Гор прав, но рисовать узор ради одного похода по рынку не хотелось.
– Ничего, я постараюсь быть осторожнее и не попадаться джигли на глаза. – Дейв исчез, буквально растворившись в воздухе.
Гор остался один и смог немного прийти в себя. Он и раньше довольно тесно общался с Высшими, которые были частыми гостями в Империи. Особенно им нравилось присутствовать на балах и полях сражений.
Именно после одной из битв Гор удостоился благосклонного внимания очаровательной Богини Рек и даже провел с ней несколько ночей. Но ни один из Высших, включая сиятельную любовницу, не вел себя с ним так запросто, по-свойски, как Мюрр.
Обычно ни амечи, ни дейвы не стремились прикинуться смертными, наоборот, предпочитали всячески выпячивать свою божественную сущность. Требовали поклонения и не терпели панибратства. А этот странный дейв по имени Мюрр был ошеломляющим исключением из правил.
Гор чувствовал себя сбитым с толку и ожидал подвоха.
8
Повелитель Холода тем временем прошел межмировой туннель и очутился на знакомых улицах столицы Империи. На закупку лошадей и провианта у него ушел остаток сумрака, и лишь к наступлению сияния он вернулся к знакомому торду.
Огира еще спала, а рядом с ней дремал Гор.
Черный всадник спал чутко и вскинул руку с бичом сразу, как только ощутил движение воздуха в том месте, где открылся портал. Засветилось золотистое облачко, из него вышел Мюрр с четырьмя лошадьми.
– Ну, кажется, все купил. Гор, ты бы на всякий случай проверил, вдруг чего забыл. А я пока узор Люгвина нарисую. Да, глянь на бич для Огиры, подойдет ли? Я как-то растерялся, покупая его. Взял тот, что порекомендовал бичевник.
– Он тебя не обманул. – Гору хватило одного взгляда. – Хороший, качественный бич. Впрочем, бичевник наверняка признал в тебе дейва и отдал лучшее из того, что было. Кстати, это не та ли мастерская, которая рядом с Судной площадью?
– Она самая, – подтвердил Мюрр.
– Там хороший мастер. Надо будет зайти к нему по возвращении, купить и себе новый бич.
Мюрр промолчал, подумав: «Боюсь, что тебе придется поискать другого мастера, приятель. Ты прав: он и в самом деле опознал во мне дейва, поэтому пришлось убить его. Я не мог поступить иначе. Ведь он наверняка стал бы рассказывать по секрету всем и каждому, что даже Высшие покупают его бичи. Нет, мне нельзя рисковать!»
А Гор тем временем рассматривал новый бич.
– Отлично! Сестра будет просто в восторге.
– А как мы объясним ей смену лошадей, появление новой одежды и бича? – спохватился Мюрр.
– Скажем, что нашли в развалинах. Дескать, у монстра было полно всего.
– В том числе и лошади? – Повелитель Холода с сомнением покачал головой. – Она не поверит.
– Скажем, паслись неподалеку. Другого разумного объяснения ведь нет. Я знаю свою сестру. Если у нее и возникнут сомнения, она оставит их при себе. И вообще, сейчас ее интересует только одно: спасение Алира, и ради этого она поверит во что угодно.
– М-да… Ради Алира все, что угодно, – пробормотал Повелитель Холода.
Его терзали смешанные чувства. С одной стороны именно преданность мужу привлекала Мюрра в Огире, а с другой его изводила ревность: почему такая женщина досталась не ему.
– Слушай, Мюрр, – заговорил Гор.
– Зови меня Люгвином, – перебил Повелитель Холода. – Вернее, наедине можешь и Мюрром, но при других…
– Понял. Так я вот что хотел спросить. Может, ты нас к Башне проведешь через портал? И быстрее, и безопаснее.
– Не получится. – Мюрр с сожалением покачал головой. – Можно случайно в пробой угодить, а тогда провалимся так, что костей не соберем.
9
Ночь они провели все в том же лесу, правда, на приличном расстоянии от зловонных руин. Гор привычно быстро разбил лагерь, выставив по периметру магическую защиту.
Мюрр взялся приготовить похлебку из крупы и вяленого мяса. Огира вызвалась помогать, но атониец вежливо отказался. Ясно, что всадница не привыкла к походным условиям. Ей ни разу не приходилось готовить пищу на костре, так что она скорее испортила бы похлебку, чем сотворила что-то удобоваримое.
Гор посматривал на дейва-кашевара с удивлением и недоверием, но вмешиваться не посмел. Черный всадник был уверен, что еда окажется абсолютно несъедобной, и спать придется ложиться голодными.
Вскоре от котелка начал распространяться очень даже аппетитный запах, но это лишь усилило недоверие Гора. «Наверняка переложит приправ так, что будет горчить. Или пересолит. А то и вообще не доварит – думал он. – Из любого Высшего повар, как из тяжеловоза кунгур. За них же все делают слуги. Странно, что этот вообще знает, как поварешку в руках держать».
Когда Люгвин объявил, что ужин готов, Гор нацепил улыбку вежливости и потянулся ложкой к котелку, прикидывая, как бы незаметно выбросить причитающуюся ему долю «отравы». Положил себе немного, на самое донышко миски.
– Чего так мало? – удивилась Огира. Всадница была голодна и собиралась навернуть похлебку от души. – Накладывай побольше, а то я все съем, – шутливо предупредила она брата.
– Не хочу есть, – соврал Гор, встретился взглядом с Мюрром и торопливо пояснил: – Устал слишком.
– Бывает, – с неопределенной ухмылкой отозвался тот.
– М-м-м… Вкусно как! – с набитым ртом пробормотала Огира.
Гор удивленно посмотрел на сестру, осторожно попробовал похлебку… и не заметил, как миска опустела. Черный всадник с сожалением облизал ложку. Хотелось еще, но теперь было как-то неудобно подходить за добавкой. Проблему решил Мюрр. Он взял котелок и приблизился к Гору:
– Надо бы доесть, чтобы котелок помыть. Давайте на всех разделим.
Джигли с готовностью подставил миску.
– А ты вкусно готовишь, – признал он. – Часто этим занимаешься?
